Талисман, стр. 79

– Мы уже собирали семейный совет, на котором все решили остаться здесь, в Дамфрисе. За исключением Кейси. Он не может жить без ваших лошадей.

– Джейн очень обрадуется тому, что Кейси согласился уехать с нами. Она поговаривает о том, не взять ли с собой кого-нибудь из старших племянников, чтобы они получили образование в Англии.

– Только через труп Меготты, можете не сомневаться, – усмехнулся Джок.

Личные вещи одной только Джори заняли целую повозку, а Джейн была с утра до ночи занята тем, что упаковывала домашнюю утварь, одежду, всякие безделушки и одежду Линкольна Роберта. Ей удалось уговорить Грейс Мюррей поехать с ними. Няня, правда, очень настороженно относилась к Англии и всему, что было с ней связано, но она сильно привязалась к маленькому лорду.

Брюс сообщил Линксу, что встреча с Комином состоялась и они подписали документы, скрепляющие их тайный договор.

В тот вечер Джейн искупала ребенка, и Линкс помог уложить его спать.

– Мы еще должны упаковать обе колыбели и детскую ванночку… да, и напомни мне, чтобы я попросила Томаса найти место для нашей собственной ванны, – хлопотала Джейн.

– Если ты возьмешь с собой еще что-нибудь ненужное, – рассмеялся Линкс, – мы утонем в первой же встретившейся трясине. Неужели ты думаешь, что в Англии не найдется ванны?

Джейн привстала на цыпочки и обвила руками его шею.

– Бог с ними, с ваннами, но я буду очень скучать по своему лесному пруду. Давай завтра сходим туда в последний раз?

Линкс любил ее так сильно, что не мог ни в чем отказать.

Глава 36

После событий в Фалкирке удача окончательно изменила Фитцуорену. Монтейт сначала избегал его, а потом и вовсе скрылся, чтобы разработать план поимки Уоллеса. Подписанный отцом ордер на его арест не позволял Роджеру вернуться в армию, где даже собственные офицеры, немало знавшие о его делишках, были настроены против него и, дабы спасти свои головы, были не прочь выдать Фитцуорена наместнику.

Деньги таяли с каждым днем, и чем больше неудач его преследовало, тем сильнее он ненавидел де Уорена. Фитц награбил много сокровищ, которые хранил в Тортвальде, но воспользоваться ими не мог, так как Линкс поставил своих рыцарей охранять ворота замка.

Не видя другого выхода, он вернулся в Эдинбург и прятался в его закоулках, меняя жилье, пока деньги не иссякли совсем, а затем под покровом ночи пробрался в замок отца, где крал себе, еду на кухне и спал в конюшне. Когда он узнал о болезни отца, то чрезвычайно обрадовался, желая смерти «этой старой свинье».

Позже Фитцуорен услышал от слуг в замке об ухудшающемся здоровье короля и понял, что дни Эдуарда Плантагенета сочтены. В его развращенной душе блеснул луч надежды: прибрать к рукам принца Уэльского не составит труда, а когда удастся завоевать расположение юного Эдуарда, разве уж так невозможно будет получить право на владение графством Суррей? Конечно, при условии, что Джон и Линкс де Уорены будут уничтожены.

Когда Джон де Уорен переехал в Дамфрис, Фитцуорен последовал за ним и нашел безопасное убежище вблизи Селкиркского леса. Летние ночи были теплыми, а дичи здесь водилось так много, что ему требовался лишь нож и небольшой охотничий лук, который он сам изготовил из длинной, прочной ветки лиственницы.

Фитцуорен затаился и ждал, разрабатывая план убийства.

Линкс усадил Джейн в седло впереди себя, и они вместе поехали проститься с чудесным лесом и прудом. Они медленно двигались вдоль извилистой реки Нит, и Джейн вдруг заметила пару выдр в воде. Линкс остановил коня, чтобы полюбоваться, как те, выйдя из реки, принялись гоняться друг за другом в высоких камышах.

Джейн откинулась на его грудь, Линкс обнял ее за талию, повернул коня и направил его к лесу. Захваченная врасплох олениха испугалась и убежала прочь.

– Твоя лошадь вспугнула ее, – с укором сказала Джейн. – Нам следовало добираться сюда пешком.

– Тогда я лишился бы удовольствия ехать верхом, держа тебя между ног.

Джейн лукаво взглянула на мужа.

– Обычно между ног бываешь ты!

Его мужская плоть напряглась, и Джейн не устояла перед соблазном поддразнить Линкса:

– Если вы так разгорячены и взволнованы, милорд, купание в пруду охладит вас.

– Тогда я предпочту воздержаться от него.

– Но, мой обожаемый лорд, если вы не хотите купаться, зачем нам тогда раздеваться? – продолжила игру Джейн.

Линкс спешился и помог ей спуститься на землю.

– Значит, не стоит раздеваться, любовь моя? Ямочки на щеках появились снова.

– Ну, если только ты придумаешь вескую причину для этого.

Линкс раздевал ее медленно, целуя каждый уголок любимого тела, по мере того как тот освобождался от одежды и открывался теплым солнечным лучам. Затем Джейн проделала то же самое с ним, но Линкс поспешно срывал с себя одежду.

Он вытянулся в высокой траве, усыпанной пестрыми цветами, потянул за собой Джейн, и они, наполовину скрытые благоухающими травами, предались любви.

– Я люблю тебя, – шептал он между поцелуями.

– И когда же ты понял, что любишь меня? – отвечала она, желая снова и снова слушать его признания.

– Я всегда тебя любил.

– Лгун! Ты даже не замечал меня, пока я не научилась у Джори тому, как разбудить твою ревность. Признайся, Линкс, ты полюбил не меня, а леди Джейн.

– Хочешь знать правду? Все женские штучки, которым тебя научила Джори, заставили меня страстно желать тебя, но полюбил я тебя за твою нежность и преданность. Когда я, беспомощный, лежал при смерти, ты отдала мне все… ничего не требуя взамен. Именно тогда я безнадежно, до безумия влюбился в тебя.

Ее душа пела.

– Любовь и вожделение – какое восхитительное сочетание! – шептала она, прижимаясь к нему всем телом и подставляя губы для поцелуя.

Притаившись за густой завесой листьев, Фитцуорен злобно следил за любовниками. Ненависть, которую он столько лет вынашивал в себе, ядом разливалась по его жилам. Вот он – виновник всех несчастий, из-за которого отец отвергает его, сына. Именно из-за Линкса он впал в немилость, и его преследуют невзгоды, страдания и нищета. Роджер яростно проклинал ненавистного кузена за то, что тот выжил после совершенного на него нападения. «Этот сукин сын, – думал Фитц, – не только все еще жив, но процветает и наслаждается жизнью!»

Высокая трава скрывала многое из того, что происходило на берегу пруда, но слух его улавливал каждое слово, каждое движение, каждый страстный вздох. Роджер обуздал свое нетерпение – на этот раз он не промахнется. Взял лук, стрелу и присел на корточки, выжидая.

Линкс стряхнул с себя томную усталость, заставившую его вздремнуть под теплым солнцем.

– Ты спишь, любовь моя?

– Я наблюдаю кое за кем в траве. Ничего подобного я прежде не видела.

– Что это там? – спросил он и, не устояв перед соблазном, нежно погладил ее обнаженную спину.

– Совокупление двух очаровательных змей. Это так захватывает!

Они долго наблюдали, как змеи извивались и терлись друг о друга, исполняя свой медленный чувственный танец.

– Именно так я хочу любить тебя, – прошептал Линкс.

– Именно так ты и делаешь, – ответила она.

– Я так же основателен?

– Должно быть… ведь ты снова сделал мне ребенка. Линкс ошеломленно уставился на нее.

– Дженни… тебе не следует бегать по лесу… да еще раздетой.

Джейн встала и откинула с лица свои растрепанные волосы. – Хочу и буду! – воскликнула она смеясь. – И ты не посмеешь запретить мне ездить верхом или плавать.

Джейн грациозно подбежала к пруду, зашла в воду по грудь, уверенная, что любимый последует за ней.

И тут она увидела, как из листвы вынырнул человек и прицелился из лука в спину мужа. Ее глаза расширились от ужаса, и из горла вырвался предупреждающий крик:

– Линкс!

Лорд резко обернулся, и смертоносная стрела просвистела мимо, едва не задев плечо. Услышав, как Джейн вскрикнула от боли, он понял, какую цель нашла стрела. Линкс узнал ненавистного Фитцуорена, обратившегося в бегство, но ранение Джейн делало преследование невозможным. Все внутри похолодело, когда он увидел, что жена скрылась под водой.