Талисман, стр. 5

– Которые всегда оказываются необдуманными, – напомнил Линкс.

Джори накрыла его ладонь своей.

– Линкс, Джоанна ничего не могла с собой поделать. Разве ты не помнишь, как это бывает, когда влюбишься?

– Влюбиться? – скептически переспросил Линкс. – На свете нет такого понятия. Это все сказки, придуманные женщинами для женщин. Мужчины могут лишь притворяться, чтобы получить от женщин то, что им нужно, но вряд ли найдется хоть один мужчина, верящий в подобную чепуху.

– А как насчет Сильвии?

– Наш брак был договором, как и все приличные браки. Мы не занимались такими глупостями, как любовь.

Джори, удивленная, пристально посмотрела на брата. Линкс де Уорен был одним из самых красивых рыцарей Англии. Его мускулистая фигура и грива темно-желтых волос заставляли женщин вздыхать и мгновенно отдавать ему свои сердца. Было просто непостижимо, что такой красавец еще ни разу не влюблялся. Марджори, испытывавшая в этот момент острую жалость к брату, быстро опустила ресницы, пытаясь скрыть от него свои чувства.

– Похоже, сегодня Эдуард не присоединится к нам за столом, – сменил тему Линкс.

– Не присоединится. Он только что получил донесение, которое вызвало у него неописуемый гнев. – Джон понизил голос, чтобы никто, кроме Линкса, не смог расслышать его слов. – Король Шотландии уволил всех чиновников, назначенных Эдуардом, и конфисковал принадлежащие англичанам земли. Наш король сейчас диктует указ, по которому до окончания войны с Францией все шотландские пограничные крепости переходят в его руки.

– Значит, нам нужно готовить своих людей к скорому выступлению, – решительно заявил Линкс.

Глава 3

Король Эдуард бушевал в приступе ярости, которой были подвержены все Плантагенеты:

– Сукин сын! Пожиратель навоза! Плешивый бабуин!

Перед ним в страхе съежились гонцы. Их поймали шпионы короля в порту, когда они пытались тайно провезти письмо королю Франции Филиппу.

– Если этот пес Балиоль и его подлый приспешник Комин думают, что я позволю им заключить союз с Францией, значит, их мозги сожрали черви. Боже всемогущий, неужели они не понимают, что будут раздавлены? Балиоль три года сидит на шотландском троне по моему распоряжению, но, клянусь, три года – это слишком много!

В одной руке король держал письмо к Филиппу Французскому, которое конфисковали его шпионы, а в другой – присягу на верность, подписанную Балиолем. Разгневанный взгляд Эдуарда сверлил стоявших перед ним предателей.

– Мятеж! Измена! Теперь сам Господь ему не поможет – слишком поздно!

– Ваше величество, позвольте мне передать ваши слова Балиолю, – прохрипел один из пленников.

Взбешенный тем, что изменник осмеливается выторговывать себе жизнь, Эдуард властно поднял палец, подзывая стражу.

– У нас есть собственные королевские гонцы. Я не нуждаюсь в шотландских отбросах. Повесить их.

Эдуард вернулся в свои покои и вызвал к себе людей, которые доставили пленников. Они состояли на службе епископа Даремского, обязанностью которого было набирать в армию рекрутов в северных провинциях. Твердой рукой король написал письмо, хваля епископа за усердие и приказывая ему привести свое войско в замок Норхем, на самой границе с Шотландией.

Затем он присыпал песком влажные чернила, растопил воск для печати, прижал свой золотой перстень с изображением леопарда к мягкой розовой массе и с гневом воскликнул:

– Если эти шотландцы забыли, что я веду свое происхождение от завоевателей, то пусть пеняют на себя! – Затем приказал Джону де Уорену: – Созовите моих военачальников на совет.

Эдуард Плантагенет вошел в большую комнату со сводчатым потолком, где собрались его военачальники. Вчера начали подходить войска, и он был доволен их численностью, а когда из Ирландии подоспеет Эдуард де Бург со своими отрядами, то у него будет пять тысяч кавалерии и сорок тысяч пехотинцев. Король верил, что одной демонстрации силы будет достаточно, чтобы шотландцы подчинились.

Теперь же король Эдуард был взбешен.

– Епископ Даремский сообщает, что английский флот, доставляющий провиант для армии, был атакован на реке Твид!

Нападавшие приплыли из крупного морского порта Берик, расположенного на территории Шотландии.

– Богатство этих торговцев заставляет их раздуваться от высокомерия! – изрыгал проклятия король. – Жирные свиньи считают, что находятся в безопасности за укреплениями на северном берегу! Скоро они поймут, что ошибаются!

Джон де Уорен обменялся понимающим взглядом с сидящими рядом с ним баронами и графами. Значит, прежде чем предпринять вторжение во Францию, им все-таки придется преподать урок шотландцам.

В дверях возникла суматоха, и в комнату стремительно вошел Роберт Брюс, отодвинув герольда, не успевшего объявить о его прибытии. Все присутствующие знали смуглого красавца Брюса, считавшего себя законным королем Шотландии.

Он почтительно поклонился Эдуарду и без предисловия кратко сообщил последние новости:

– Сэр, шотландская армия вторглась в Камбрию. Она разграбила северные графства и достигла Карлайла. Мы выступили, чтобы дать бой шотландцам, но они укрылись на своей территории.

– Эти сукины дети осмелились вторгнуться в Англию?! – Гнев Эдуарда Плантагенета граничил с безумием.

Графы и бароны заговорили все разом, выражая удивление и возмущение. Их голоса слились в сплошную какофонию. Наконец король поднял руки:

– Тише! Шотландцы хотят заключить союз с Францией против нас, они топят наши суда, а теперь посмели вторгнуться в Англию. Де Уорен, мы хотели бы выслушать ваши предложения.

Граф Суррей медленно встал. Он слыл решительным полководцем, именно поэтому Эдуард доверил ему командование всей армией.

– Ваше величество, я предлагаю отложить экспедицию во Францию, пока наши войска не подавят этот мятеж.

– Мы думаем так же, Джон. – Король с грохотом опустил кулак на стол. – Идем в Шотландию!

Раздались одобрительные возгласы и проклятия. Все понимали, что выбор сделан. Если Эдуард Плантагенет принимал решение, то никогда не отступал от него.

Сверкающие голубые глаза Эдуарда остановились на Роберте Брюсе.

– Это война. Вы с нами или с шотландцами? – без обиняков спросил он.

Король знал, что Брюсы обладали большой властью и заключили секретное соглашение с семью другими шотландскими графами, поддерживающими притязания Роберта на трон. Эдуард также отдавал себе отчет в том, что без их поддержки он не сможет управлять Шотландией. Но когда он предпочел Балиоля Роберту Брюсу, новый правитель Шотландии конфисковал все владения Брюсов на западной границе и передал в руки их злейших врагов – Коминов.

Роберт стиснул руку Эдуарда и взглянул прямо ему в глаза.

– В этом деле мы на вашей стороне. Подразумевалось, что в обмен за поддержку Англии Брюсы получат обратно все, чего они лишились.

– Нашей первой целью будет Берик, – отдал приказание Эдуард Джону де Уорену.

Линкс перекрестился и прошептал:

– Да поможет господь жителям Берика! Будем надеяться, что когда город падет, Балиоль подчинится требованиям нашего короля.

Перси, Стенли и Боуэн присоединились к Джону де Уорену, чтобы обсудить стратегию предстоящего похода, а Роберт Брюс поклялся в верности королю.

– Я хочу, чтобы Брюсы по-прежнему владели Карлайлом. Замок должен оставаться неприступным и служить штаб-квартирой для наших пополнений из Уэльса и Ирландии. Когда Шотландия капитулирует и выдаст нам Балиоля, все западные владения будут возвращены вам, – пообещал Эдуард.

Линкс де Уорен подошел к другу. Король Эдуард с одобрением смотрел, как молодые люди обнялись. Владения де Уоренов и Брюсов в Эссексе располагались по соседству, и в детстве они дружили.

– Де Бургу было приказано разместить своих людей в Карлайле. Они уже появились? – спросил Линкс.

– Да. Как только мы прогнали вторгшиеся войска, на реке показались корабли ирландцев, – с иронией ответил Роберт. – Лучше поздно, чем никогда. Завтра они начнут прибывать сюда.