Брачный приз, стр. 54

— Мне нужно сходить в церковь…

— Я отведу тебя, Розамонд, — мягко предложил Роджер.

— Нет, хочу побыть одна.

— Я провожу и подожду у двери, — настаивал он.

Верный своему слову, он задержался у порога, а она встала на колени перед алтарем, молясь за душу Ричарда и его матери Изабеллы, доброй и милой женщины. От Элеоноры де Монфор Розамонд узнала, что Изабелла не любила своего первого мужа, Гилберта де Клара, зато во втором браке, с братом принцессы, принцем Ричардом Корнуэльским, была головокружительно счастлива. Они страстно любили друг друга.

Розамонд вздохнула. В ее замужестве страсти хватает, а вот любви…

Ричард Глостер отрекся от Симона де Монфора, но Розамонд сообразила, что новый граф Глостер твердо держит его сторону. Неужели это рука Господа покарала Ричарда за предательство?

Она вздрогнула. Лучше назвать это судьбой, хотя и очень странной.

Услышав шаги за спиной, она гневно обернулась. Но это оказался не Роджер, а принц Эдуард, прибывший в церковь, чтобы тоже помолиться за Глостера. В сиянии свечей его волосы и бородка отливали золотом. Боится ли он Господней кары за измену?

Розамонд поняла, что Эдуард Плантагенет ничего не страшится. Он — законный наследник английского трона. Олицетворение силы, он будет овеян славой!

За стенами церкви послышался шум, и Розамонд, как и Эдуард, узнала голоса — Роджер препирался с Алисой!

— Я графиня Глостер и имею право увидеть его!

Эдуард поднялся и направился к двери. Розамонд неохотно последовала за ним.

— Эдуард! — громко возопила Алиса. — Это Гилберт виноват! Он убил отца! Какой ужас! Оба были взбешены… Гилберт пил и кричал… лицо Ричарда побагровело… он схватился за грудь и упал на пол. Тогда Гилберт сорвал злость на мне…

Алиса разразилась слезами, и Эдуард, обняв ее, привлек к себе.

— Тише, дорогая моя, я знаю, как ты расстроена.

— О, Эдуард! Он всегда был так добр ко мне, и я его искренне любила. У меня сердце разрывается от горя. Я не могу оставаться в Вестминстере. Завтра же уеду в Тонбридж, но хотя бы сегодня разреши переночевать здесь!

— Разумеется, дорогая, тебе нельзя быть одной! Роджер велит приготовить вам покои.

Алиса смерила Рода и Розамонд самодовольным взглядом. Розамонд поспешно удалилась к себе и дождалась прихода Роджера.

— Если Элеонора узнает, что Алиса де Клар здесь, с Эдуардом, она с ума сойдет от горя. Алиса посмела заявить ей, что она — любовница Эдуарда, и Элеонора закрыла перед ним не только двери своей спальни, но и сердце… По крайней мере так она утверждает. Я сделала все возможное, чтобы разубедить ее, даже сказала Элеоноре, что Алиса — твоя любовница. Это не такой уж большой грех, все равно многие так думают.

— И ты тоже, Розамонд?

Она долго смотрела ему в глаза, прежде чем улыбнуться:

— Нет, милорд, полагаю, у вас более тонкий вкус.

Судя по тому, как блеснули глаза Роджера, он остался доволен ее ответом.

— Я поместил Алису на верхний этаж, в апартаменты королевы.

— Но это прямо над комнатами Эдуарда, а ты ведь знаешь, какова она! Алиса сделает все, чтобы Эдуард провел с ней ночь, и обязательно найдет способ похвастаться этим перед Элеонорой!

Род тихо выругался.

— Надеюсь, ты не требуешь от меня провести ночь с Алисой, чтобы удержать ее подальше от Эдуарда?

Розамонд приподняла брови:

— Что за странное предложение! Скорее, тебе следует провести несколько часов с Эдуардом, чтобы уберечь его от Алисы. Или ты предпочитаешь что-то другое?

Род схватил ее в объятия и поцеловал.

— Ты лучше всех знаешь, с кем бы я хотел провести ночь, Розамонд.

Он видел, как подействовала на жену смерть Ричарда Глостера, и не хотел, чтобы ей снились кошмары.

— Я немного посижу с Эдуардом, но он вряд ли будет этим доволен. Принцы не слишком любят, когда их уединение нарушают, и Эдуард не исключение. К тому же нас не касается, с кем он спит.

Как и предрекала жена, Род, поднявшись наверх, увидел Алису в обществе Эдуарда.

— Тебе не следует быть наедине с лордом Эдуардом, — упрекнул он. — Куда пристойнее вам встречаться в замке Тонбридж!

Алиса наградила Роджера взглядом, полным яростной злобы.

— Не позволяй ему разговаривать со мной в подобном тоне, Эдуард! Он мне не хозяин!

— Очень жаль, Алиса. Будь я твоим опекуном, ты неделю не смогла бы сесть! — усмехнулся де Лейберн.

— О, Эдуард, ты слышишь? — взвизгнула она.

— Слышу и целиком с ним согласен, — бросил Эдуард. Прибытие Гарри Олмейна предотвратило неминуемый скандал. Молодой человек был вне себя от расстройства. Растрепанные волосы беспорядочно падали на лоб, растерянный взгляд блуждал. Эдуард и Род бросились к нему.

— Это правда? — с трудом выдавил Гарри, рассеянно приглаживая каштановые пряди.

Эдуард налил ему чашу вина.

— Выпей, Гарри.

— Лучше скажите, что случилось с моим братом, — попросил он, осушив чашу.

— У него было что-то вроде удара, — объяснил Роджер, — сразу после появления Гилберта в Глостере. Говорят, у Ричарда сердце разорвалось. Судя по всему, он не страдал — все было кончено в мгновение ока.

— О Боже, на глазах у Гилберта? — ужаснулся Гарри.

— Он бессовестно оскорблял отца! — вмешалась Алиса. На этот раз она не посмела обвинить Гилберта в смерти Глостера, зная, что Гарри был ближайшим другом мужа.

— Я должен мчаться в Вестминстер, — расстроенно сказал Гарри. — Эдуард, на ближайшие несколько дней я оставлю своих людей под твоим командованием.

Принц кивнул.

— Передай отцу, что завтра мы приедем выразить наши соболезнования.

Розамонд сидела у огня, гладя довольную Чирк.

— Глупая девчонка, как ты позволила Бебе наградить тебя щенятами? — пробормотала она, поглаживая вздутое брюшко собачки.

Рождение и смерть… Жизнь — это постоянный круговорот рождения и смерти… И кончина Ричарда — еще одно звено нескончаемой цепи…

Теперь все ее родственники, если не считать кузена Гарри, лежат в могилах.

Неожиданно ощутив тревогу за Гарри, Розамонд быстро перекрестилась, чтобы прогнать дурное предчувствие. Не стоит предаваться мрачным мыслям.

«Я должна отделить смерть от рождения, иначе щенята будут обречены… И мое дитя тоже!»

Она не слышала тихого стука в дверь. Зато Нэн поспешила открыть. На пороге стояла принцесса Элеонора. Нэн с поклоном пригласила ее войти.

— Розамонд, я очень сожалею о твоем кузене Ричарде, — вымолвила она. Карие глаза блестели от слез.

Розамонд была рада видеть Элеонору. Принцесса отвлечет ее, поможет развеять тоску.

— Это событие заставило меня понять, какой короткой может быть жизнь. Мы не должны тратить драгоценное время на ссоры с теми, кого любим, да еще из-за воображаемых обид… —, Элеонора застенчиво продолжила: — Думаю, мне следует пойти к Эдуарду — мы слишком долго были врозь.

— Нет!

Мысли Розамонд лихорадочно метались. Нельзя, чтобы Элеонора увидела Эдуарда с Алисой, иначе их отношения будут окончательно испорчены.

— Это Эдуард должен прийти к вам, Элеонора! Ему следует вас уговаривать! Женщины бросаются принцу на шею лишь потому, что он наследник престола! Вы должны вести себя иначе — вы принцесса и знатная дама. Немного равнодушия ему не помешает! Так он скорее отдаст вам свое сердце.

— Розамонд, как хорошо ты знаешь мужчин!

«Господи, если бы только это было правдой! Я совсем не знаю своего мужа и даже боюсь сказать, что ношу его ребенка!» — с ужасом подумала Розамонд. Вслух же она сказала:

— Возвращайтесь к себе, а я поднимусь наверх, притворяясь, будто ищу Роджера, который наверняка сидит у Эдуарда. Я шепну вашему мужу, что если он придет к вам, вы не будете чрезмерно строги.

Глаза Элеоноры зажглись счастьем.

Покои принца сторожил Оуэн, но он согласился впустить Розамонд. Дверь внутренней комнаты открыл ее муж. Увидев жену, Роджер недовольно нахмурился. Но Розамонд набралась храбрости и, проскользнув мимо него, направилась к Эдуарду и Алисе, занятым интимной беседой. Розамонд набрала в грудь побольше воздуха и начала: