Владычица морей, стр. 22

Он крепко прижал ее к себе и поцеловал. Пораженная, она попыталась вырваться, но он ожидал этого сопротивления и, сжав ее затылок, заставил стоять на месте. Попытка отстранить его руками тоже не удалась, и Кортни вскоре забыла обо всем – его губы были так нежны и теплы, так побуждали к поцелую. Обольщающим движением он водил губами по ее рту, пока ее губы не раскрылись. Руки, сжатые в кулаки еще минуту назад, разжались, и, уцепившись за перед его рубашки, она притянула его к себе. Но ведь она собиралась решительно ему сопротивляться, ибо это безумие – подпускать к себе Рори Макларена. Чувства, о существовании которых она и не подозревала, захватили ее, и все мысли о сопротивлении улетучились. Она вздохнула и покорилась неизбежному.

Рори был ошеломлен охватившей его страстной нежностью. Кортни была так хрупка и тонка. От нее пахло дорогим мылом и духами, даже от волос веяло запахом лепестков роз. Кожа ее обнаженных плеч и спины, которую гладили его руки, была такая нежная, что он боялся оставить синяки своими прикосновениями.

Со вздохом она отстранилась и прерывисто вздохнула. Он поднял голову и посмотрел на нее.

– Мне кажется, милорд…

– Кортни, – прошептал он, наклоняясь, – сегодня не надо рассуждать. Отдадимся чувству.

Их губы сомкнулись, и она не успела запротестовать.

Этот поцелуй был жестким и требовательным. Его руки лежали у нее на бедрах, крепко сжимая их. Они оба едва сдерживали свой пыл.

Такого дикого желания Кортни не испытывала никогда. Оно бушевало в ней, от него она чувствовала слабость и необходимость прильнуть к Рори. Она слышала, как стучат их сердца, ощущала теплоту его дыхания, когда он целовал ее лицо. Наконец она вздохнула и поднесла свои губы к его губам, чтобы отдаться одурманивающему поцелую.

Сладость эля на его языке возбуждала ее, сила его рук приводила в трепет, от его поцелуя она возносилась все выше и выше.

Рори не ожидал от себя такой неистовости. Он не был новичком в искусстве страсти, но никогда прежде желание не охватывало его с такой первобытной силой. Нет, надо бежать, немедленно, пока не поздно. Но этого он был сделать не в силах. Еще один поцелуй, еще мгновение подержать ее в своих объятиях. Он продлил это мгновение, ощущая ее губы на своих. Затем поднял голову и заставил себя сделать шаг назад.

Оба были потрясены своим поведением и не хотели этого признать. Кортни едва держалась на ногах. Стараясь стоять прямо, она встретилась с ним взглядом.

Чтобы не показать, как у него дрожат руки, Рори схватился за двери ее покоев и распахнул их.

– Спокойной ночи, миледи, – низким голосом произнес он. – Это был незабываемый вечер.

– Милорд. – Она прошествовала мимо него и остановилась в раскрытых дверях, высокомерно подняв голову. – Спокойной ночи.

– Что бы там ни было, – промолвил он напоследок, ухватив Кортни за руку и сжимая ее, как тисками, – утром мы потолкуем начистоту.

Когда же она попыталась вырваться, он зажал ее подбородок между пальцев, заставив посмотреть ему в глаза.

– Вы слишком долго избегали моих вопросов, – сурово сказал он.

Она, не дрогнув, встретила его взгляд.

– Что ж, можно и потолковать.

Затем повернулась, и дверь за ней захлопнулась. Рори почувствовал такую слабость, что на минуту оперся на стену.

Он должен овладеть ею. И дело вовсе не в обольщении. Эта женщина мучила его, как мучает голод или жажда.

И все же… он знал, что леди Торнхилл вовсе не та, за кого себя выдает. Когда он узнает правду, сохранит ли он ее тайну? Или посчитает делом чести открыть эту тайну королю?

Он шел, прищурившись вдоль плохо освещенного коридора. Берегись, Макларен, предупреждал он себя. Леди весьма непроста. Возможно, ты встретил себе ровню.

Он и не подозревал, что в глубине коридора, из приотворенных дверей, за ним зорко следила пара глаз. А дама, возможно, не так невинна, как мне показалось, подумал, глядя на шотландца, соглядатай.

Глава десятая

Кортни проснулась, страшась того, что будет. Сегодня Рори Макларен станет задавать ей вопросы, на которые придется дать хорошо продуманные ответы. Она провела полночи, готовясь к предстоящему допросу.

Днем ее позвали в сад. У Кортни запрыгало сердце – пришла пора убедить Рори, что она здесь, в Англии, лишь как помощница королевы. Собственная жизнь и жизнь Торнхилла зависела от ее способности убедительно лгать.

Желая как можно скорее покончить с этим, она, приподняв юбки, почти летела по широким каменным ступеням, ведущим из огромного зала в сад.

Рори мерил шагами садовую дорожку, опустив голову и сцепив руки за спиной. Он поклялся себе на сей раз добиться правды. При звуке торопливых шагов он поднял голову.

Кортни. В платье из бледно-розового муарового шелка, обвивавшемся вокруг щиколоток словно прозрачное облако. Она не потрудилась сделать прическу, блестящие пряди волос обрамляли ее лицо и струились вдоль плеч и спины мягкими волнами. Щеки ее раскраснелись, а при виде его губы приоткрылись в немом восклицании.

Она была так хороша, что у него перехватило дыхание.

Но, взяв себя в руки, он решил не поддаваться чувствам и ни в коем случае не сворачивать с намеченного пути. Сжав кулаки, он напомнил себе, что в течение этих нескольких минут он всего лишь верный друг короля. Его чувства к этой женщине не имеют никакого значения, пока он не убедится, что цель ее пребывания в Англии соответствует ее положению. Он узнает правду, или она предстанет перед королевским советом.

– Милорд. – Она остановилась, стиснув ладони.

– Кортни. – Он с удовлетворением отметил, что руки у нее слегка дрожат и что причина ее испуга – он.

Он указал на скамью под сучковатым дубом. Когда она села, он опустился рядом.

Кортни с восхищением смотрела на мускулистое бедро, едва касавшееся ее юбки. Какой он сильный! Она тут же одернула себя, решив не отвлекаться: надо сохранить ясную голову, если она рассчитывает пережить этот допрос.

– Вы знаете, зачем я позвал вас?

Она заставила себя выдержать его суровый взгляд.

– Да. Вы желаете получить ответы на свои вопросы.

Он кивнул головой, в свою очередь, стараясь не замечать, как вздымается у нее грудь.

– Каким образом из пиратки вы превратились во фрейлину королевы?

Она опустила ресницы. Вынести его взгляд было невозможно.

– Мой отец решил, что мне пришло время вести образ жизни, подобающий девушке моих лет.

Он усмехнулся.

– И вы тут же угодили во фрейлины королевы? Не слишком ли высоко залетели?

– Отец оказал французскому двору много услуг. Желая отплатить ему, король Людовик великодушно позволил мне сопровождать его сестру в Англию.

В голосе Рори зазвучал металл:

– В страну, которую Торнхилл ненавидит? Вы не находите это странным?

– Наши державы пытаются помириться. Разве ваш монарх не женился на французской принцессе?

Рори кивнул в знак согласия.

– Да. Это начало, первый шаг к миру между Англией и Францией. Но мне трудно поверить, что этот шаг по душе капитану пиратского судна.

Кортни испепелила его взглядом.

– Мой отец был серьезно ранен в последней битве. – Она оглянулась по сторонам, прежде чем добавить, понизив голос: – В той самой, когда вам удалось бежать.

Он замолчал, вспомнив кровавое сражение, быстрый волнующий поцелуй, изнурительное плавание к берегу. И, наконец, свобода, бесценный дар, ради которого стоило вынести все страдания.

Рори ждал, что еще она скажет.

– Торнхилл изменился, он очень слаб и не скоро поправится. «Ястреб» больше не будет плавать.

В ее голосе прозвучала искренняя боль, но Рори удержался от утешения, стараясь не забывать, зачем он вызвал ее сюда.

– Простите, Кортни. Я знаю, как вы любили «Ястреб».

– Да. – В горле у нее застрял ком. – Это был мой единственный дом.

Не замечая, что голос его помягчел, Рори спросил: