Список жертв, стр. 78

Риган кивнула, понимая, куда он клонит.

— На церемонии открытия парка вы сказали, что три раза в неделю — по понедельникам, средам и пятницам — вы занимаетесь бегом в Конрад-парке. Моррис прочел статью и отправился туда с намерением дождаться вас. Не думаю, что он хотел убить — это получилось спонтанно. Он надеялся убедить вас возобновить грант. Схватил женщину и вдруг понял, что это не тот человек, от которого он должен получить деньги. И тогда, думаю, он пришел в ярость и… сделал то, что сделал.

— Вы говорили, что она сопротивлялась.

— Да, и тогда он заметил молоток, который забыл там один из рабочих, схватил его и убил ее. — Уинкотт в упор взглянул на Алека. — Но теперь расследование закончено. Когда мы получим результаты проверки ДНК, мы засадим его пожизненно. Вообще-то там хватит и на три пожизненных срока.

Уинкотт встал и протянул Риган руку, прощаясь.

— Джон, я так вам благодарна…

— Остались некоторые формальности, но они не займут много времени. Вам позвонят из офиса прокурора и скажут, когда вы потребуетесь. А мне пора.

Он вопросительно взглянул на Бьюкенена, но тот сделал вид, что ничего не заметил, и закрыл дверь за коллегой. Он хотел попрощаться с Риган наедине.

— Слушай, я… — Алек вдруг замолчал, не зная, что говорить.

— Да? — Риган смотрела ему в глаза и ждала.

— Ты ведь знаешь, что мне надо уезжать.

— Да.

— Ну вот. Я пойду соберу вещи, а потом отправлюсь в Бостон.

— Навестить семью?

— Точно.

— А потом в ФБР.

— Да. Теперь мое место там.

— Я понимаю. — Интересно, он знает, что ее сердце разбивается? Вот сейчас оно разлетается на куски, как стеклянный елочный шарик. И это очень больно.

— Слушай, наверное, я не должен был…

Этого Риган не могла допустить. Если он скажет, что им не следовало заниматься любовью, она… она просто умрет.

— Я ни о чем не жалею, — торопливо сказала она. — А теперь иди домой. Тебе надо собрать вещи.

Он наклонился и поцеловал ее в лоб.

— Я пойду.

— Иди. — Риган открыла дверь. — И помни, ты движешься вперед. Жизнь идет своим чередом.

— Да, точно.

— Тогда иди.

— Слушай, если ты когда-нибудь будешь в Бостоне…

Глава 42

Иногда самые необыкновенные события случаются в самые обычные дни. Эрик Гейдж открыл глаза субботним утром и сразу понял, что день сегодня будет особенный. Он не смог бы объяснить, что навело его на эту мысль и в чем именно будет заключаться исключительность наступившего дня, а потому решил просто ждать, в надежде что все само собой разъяснится. Он давно научился не задавать лишних вопросов.

Ответы нашлись быстро — раньше, чем он думал. Эрик выбрался из постели. Надел халат и побрел в кухню. Пока он наливал стакан апельсинового сока, за спиной раздался шепот. Нет, даже не шепот, а шелест… невнятный звук, похожий на шипение змеи. Но он знал, чей это голос. Эрик застыл. Он не делал попыток повернуться. Просто стоял и слушал, пытаясь разобрать слова. «Нет нужды оборачиваться, — сказал он себе. — Я и так знаю, кто там, за спиной». Он закрыл глаза и ждал, что шепот повторится. Стоял и слушал стук своего сердца. Эрик простоял так минут пять, может, и больше. Ничего. Тогда Эрик начал сомневаться. Возможно ли, чтобы ему померещилось?

Он решил продолжать действовать как обычно, словно ничего не случилось. К шести часам Эрик переоделся в старую одежду и заехал в соседнее кафе выпить чашку кофе. К семи тридцати он закончил уборку гаража — ритуал, который с завидным постоянством совершал каждую субботу. Съел свой завтрак и приготовил поднос для Нины.

Потом принял душ и облачился в новый спортивный костюм — черный, с узкой белой полоской в боковых швах. Над нагрудным кармашком вышит логотип фирмы. Карманы удобные, застегиваются на молнию. Собственно, эти карманы и послужили основным аргументом в пользу покупки именно этого костюма.

В ящике бюро лежат два заряженных пистолета. Один отправился в правый карман спортивной куртки. Эрик застегнул молнию и взглянул на себя в зеркало: совершенно невозможно определить, есть ли что-то в кармане. В левый карман он положил две запасные обоймы. Второй пистолет Эрик отнес в кухню и положил на стол. Теперь он готов. Осталось узнать к чему…

Внутри нарастало знакомое чувство страха и тревоги. Руки похолодели, и грудную клетку словно сжали стальные обручи: он не мог даже вдохнуть полной грудью. Демон прибирал к рукам его тело.

Эрику стало страшно, и он попытался сопротивляться темной волне, которая грозила затопить его сознание. Сел на стул, обхватил себя руками и принялся раскачиваться взад-вперед. Взад-вперед. Так еще хуже. Он вскочил и заметался по кухне. Может, еще не поздно все изменить. И тогда это будет не конец, а начало. Но надежда быстро погасла, и он двинулся к двери. Он не успел: за спиной опять раздался свистящий шепот. Теперь Эрик точно знал, что деться ему некуда.

— Время пришло.

— Нет! — Это вырвалось помимо его воли.

— Ты знаешь, что должен сделать.

— Нет, я не могу, не хочу! — Он стоял на месте и не мог двинуться. Только наклонил голову и то ли плакал, то ли скулил.

— Ты сделаешь это! — шепот перешел в крик.

Из последних сил цепляясь за остатки здравого смысла, Эрик крепко зажмурился и закрыл уши ладонями, пытаясь заблокировать голос, отдающий приказы.

— Нет, пожалуйста, не надо…

Но восстание было обречено с самого начала. Демон победил.

— Повернись и посмотри на меня. Открой глаза.

Эрик утратил волю. Движения его обрели странную точность и резкость; так двигается автомат. Он повернулся и взглянул в глаза демону. Через несколько секунд демон отдал очередной приказ. Нина уставилась ему в глаза и прохрипела:

— Убей ее для меня.

Глава 43

Алек, бормоча проклятия, пытался запихать очередной чемодан в переполненный багажник. И тут из-за угла вылетел ярко-красный «мустанг» 1968 года выпуска. Машина ревела мотором и сверкала отполированными боками, крыша опущена, радио включено на полную мощность. Гил лихо крутил руль, и те немногие волосы, что сохранились еще на его черепе, гордо реяли на ветру. Он лихо затормозил подле Алека и заглушил мотор.

— Ты уже сдал значок? — с любопытством спросил он, приглаживая волосы ладонью.

— Пока нет. — Алек захлопнул багажник и добавил: — Странно, что ты этого не знал.

— Я знал, но бывает так, что изменения происходят неожиданно и в последний момент. Честно сказать, я надеялся, что ты передумаешь.

— Это ФБР.

— И ты дал слово, да?

— Вроде того. — Бьюкенен пожал плечами.

— М-да, судя по чемоданам, ты действительно решил уехать. Алек промолчал. У него сегодня был свободный день, и он пытался до отказа набить его делами. Все, что угодно, лишь бы не думать о Риган. Но рассказать о своих муках Гилу он не мог: иначе к обеду весь Чикаго будет судачить о его переживаниях. Поэтому Алек сказал просто:

— Время пришло.

— А что ты решил сделать с мебелью и всем барахлом, которое не влезло в машину?

— Все перейдет вместе с квартирой следующему хозяину. Я забираю только одежду и кое-какие личные вещи.

— А кому достанется остальное? Кто будет жить в твоей квартире?

Гил, как всегда, совал свой нос куда не просят, но пока его интерес не переходил за рамки, Алек был не против:

— Его зовут Генри. Он переедет на следующей неделе. И ты его не знаешь.

— Ну… а не тот ли это Генри, что работает на Риган Мэдисон? Бьюкенен рассмеялся:

— Ты неподражаем! Как всегда в курсе. Скажи, есть ли что-то, что тебе неизвестно?

— А как же! Выигрышные номера лотереи, например. — Гил взглянул на небо и добавил: — И еще я не знаю, успею ли добраться домой до того, как начнется дождь.

— Слушай, а чего ты вообще приехал?

— Видишь ли, дружище, у меня нет мобильного телефона.

— Я знаю.

— Я их не люблю, — задумчиво продолжал Гил. — Кроме того, теперь, после того как я вышел в отставку, это вообще лишние расходы. Может, и имело бы смысл тратиться, если бы я много путешествовал, но последнее время я и из города-то никуда не уезжал. До любимых баров и ресторанов я хожу пешком. Бар «У Финнегана», например, всего лишь в квартале от моего дома.