Романс о Розе, стр. 19

Тедиес фыркнул, и его серебристые усы мило встопорщились.

– Значит, вы оба поступаете очень эгоистично. А ведь Эндрю и Элис пошли на жертвы ради вас.

Дрейк моментально помрачнел:

– При чем тут моя мать?

– Она любила Эндрю, – отозвался Тедиес – Разве ты не знал? Или ты был слишком поглощен стремлением отомстить за отца, чтобы замечать чьи-то чувства? Твои расспросы по этому поводу не остались незамеченными при дворе.

В глазах Розалинды мелькнул живой интерес. Что это за дела у Дрейка при дворе? Дрейк вмиг напрягся:

– Я подозревал, что мать хотела выйти замуж за Эндрю, но мы никогда об этом не говорили.

– Конечно, не говорили! – с негодованием воскликнул Тедиес, почувствовав себя в своей стихии. – Как и лорд Даннингтон, Элис думала только о твоем благополучии. Эндрю женился бы на ней, но решил не препятствовать твоему браку с Розалиндой.

– Что? – уточнила Розалинда. – Что ты имеешь в виду?

– Брак между сводными братом и сестрой наверняка бы осудили. Эндрю полагал, что вы любите друг друга.

По спине Розалинды пробежал холодок, и она крепко зажмурилась.

– Нет, он никак не мог так считать.

– Я не говорю, что так оно и было, – пояснил Тедиес, махнув рукой. – Но твой отец верил в это и пожертвовал своим счастьем в надежде осуществить свою самую заветную мечту.

В голове Розалинды промелькнула сцена обнимавшихся и целовавшихся Жака и Фрэнни, и она тут же представила на их месте себя с Дрейком. Сосредоточенно глядя на темную жидкость в бокале, она робко поинтересовалась:

– А отец с Элис… – она замолчала, проглотив комок в горле, и начала снова: – Отец и Элис когда-нибудь… Ну, то есть… они были?..

– Любовниками? – договорил за нее Дрейк.

– Вероятнее всего. – Тедиес задумчиво пригладил усы. – Но такие отношения никогда не заменят брак. Брак обычно приносит определенное умиротворение, которого не достичь ни при каком другом варианте.

– Бедный отец! – Розалинда смахнула с глаз слезы. – И Элис. Несчастная Элис! Какая неоценимая жертва! – Она часто заморгала и посмотрела на Дрейка. – Я любила твою мать, можешь мне поверить. Мы с ней даже подружились. Жаль, Дрейк, жаль.

Он подошел к ней и остановился так близко, что она ощутила его спокойствие и уверенность.

– Ты сожалеешь, – прошептал Дрейк. – О чем? О том, что признаешься врагу в своих чувствах?

При слове враг между ними вновь поднялась невидимая стена. Розалинда выпрямилась и повернулась к Тедиесу:

– Дядя, ваш расчет на чувства чуть было не оправдался. Но я не собираюсь строить свое будущее на сентиментальности. И хотя мы с Дрейком сделали бы все, чтобы сохранить этот дом, о браке между нами не может быть и речи, Понимаете, мы с ним такие разные, словно день и ночь.

– Как белое и черное, – согласился Дрейк.

– Как масло и вода, – подхватила она.

– Она – луна, а я – солнце. Мы вращаемся в одном небе, но всегда в разное время.

Тедиес сочувственно посмотрел на обоих:

– Тем более жаль. Ну, раз я не в состоянии убедить вас, придется сообщить об этом адвокатам. – Розалинда нахмурилась, а Дрейк заметно встревожился. – И когда они закончат с этим делом, – менторским тоном заметил Тедиес, – вам очень повезет, если от поместья вообще что-то останется.

– Пожалуй, он прав, Дрейк.

– Стой на своем, Розалинда. Мы будем противостоять законникам, как любой своре шакалов.

– А я в этом не очень уверена.

Она в задумчивости приблизилась к окну, но отнюдь не затем, чтобы полюбоваться последней яркой вспышкой фейерверка на фоне черного неба.

Розалинду терзало сомнение по поводу того, что она одержит победу в судебной тяжбе А даже если и так, то из-за судебных проволочек ей еще многие годы не удастся вступить во владение Торнбери.

Тем не менее преимущество было на ее стороне – она знала королеву, причем настолько близко, насколько Елизавета вообще подпускала к себе женщин. Значит, Розалинда могла попросить королеву вступиться за нее, и поскольку у Дрейка особых связей при дворе нет, в этом случае она легко выиграет дело.

Прекрасный выход из положения! Никаких адвокатов. Она завтра же встретится с королевой, если сможет добиться аудиенции. Обратившись к ее величеству, Розалинда подробно объяснит, почему Дрейк недостоин унаследовать Торнбери. И ее проблемы будут решены.

Странно, почему же она чувствует себя чертовски виноватой?

Глава 10

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем к парадному подъезду подали карету. По крайней мере так показалось Розалинде, которая вдруг заторопилась домой. Поцеловав дядю Тедиеса в щеку, она воспользовалась помощью Дрейка и села в карету. Он тотчас устроился рядом.

– Попрощайтесь за меня с Фрэнни, дядя, – попросила Розалинда, когда Тедиес захлопнул дверцу.

– Непременно.

– И пусть разбудит меня, когда вернется в Торнбери-Хаус.

Тедиес кивнул, Дрейк постучал в потолок, и кучер, щелкнув кнутом, тронул с места. Услышав мерный стук копыт и потянув носом воздух, чтобы удостовериться, что запах серы от фейерверка улетучился, Розалинда вздохнула с облегчением и сменила позу на более удобную. За окном в лунном свете мелькали темные силуэты деревьев.

– Слава Богу! Наконец-то мы покинули Крэнстон-Хаус. А я уж было подумала, что леди Блант станет до рассвета терзать меня расспросами.

Дрейк хмыкнул:

– Весьма примечательная личность.

– Во всех отношениях. Хорошо, что ты меня выручил. Ведь только мы закончили беседу с Тедиесом, как она меня перехватила. Я никак не могла вырваться.

– Не переживай. Меня самого не отпускала леди Эшенби.

Розалинда встрепенулась и с живым интересом взглянула на него.

– Леди Эшенби. Что ты о ней думаешь?

– Она мила. Мне знаком такой тип женщин. Мягкая и нетребовательная.

Розалинда нахмурилась, впервые задумавшись о том, насколько близко он знаком с таким типом женщин.

– А чего так упорно добивалась от тебя леди Блант?

Розалинда в задумчивости закусила губу:

– Она страшно интересовалась тобой.

– Неисправимая сплетница!

– Возможно, она полагает, что ты богат и в состоянии ссудить ее деньгами. Она нынче в большой нужде. Ее вопросы, однако, касались совсем другого. Если бы я не знала, что этой интриганке стоит бояться только самой себя, то сказала бы, что она испугалась твоего возвращения.

– Раз она такая интриганка, почему же ты с ней так доброжелательно говорила?

– Во-первых, мы были у нее в гостях. И потом, ты разве забыл? Я пять лет провела при дворе и научилась терпимо относиться ко всем, а доверять очень немногим.

– Дельный совет.

Услышав нотки неодобрения в его голосе, Розалинда вспыхнула.

– Конечно же, такой головорез, как ты, не нуждается в дипломатии. Ах да, вспомнила! Леди Блант как раз и расспрашивала меня о твоих приключениях на море.

Дрейк тут же повернул к ней голову:

– И что она хотела узнать?

– Насколько удачным было твое последнее путешествие. Я сказала ей что ты бы не отправился в плавание, если бы не был уверен в успехе.

– Значит, ты веришь в меня, – тихо заметил он.

– Пожалуй, верю, но по-своему. Я чертовски уверена, что в конце концов ты получишь все, что хочешь, независимо от того, заслуживаешь этого или нет, причем любыми, пусть и нечестными, способами.

Не дождавшись ответа, Розалинда попыталась разглядеть в темноте глаза Дрейка, гадая, не ошиблась ли она. Почему он не хвастает своими успехами?

– Дрейк, ты наверняка уже знаешь о том, что сейчас создается новая торговая компания. Ост-Индская компания. Я слышала, что они планируют использовать открытые тобой пути. Ост-Индию усиленно изучает капитан Джон Дэвис. Он вернулся в Мидлбери в прошлом месяце. Говорят, он станет помогать новой компании прокладывать торговые маршруты.

– Я не удивлен, – хрипло произнес Дрейк, едва шевельнув губами.

– Тебе, должно быть, неприятно, что ты так рисковал, открывая новые пути, а они, с их большими кораблями и огромными деньгами, будут наживаться на этом. Впрочем, поскольку в этот самый момент твои корабли с пряностями идут в Англию, то, думаю, ты не против, чтобы другие воспользовались результатами упорного труда.