Символ любви, стр. 53

Глава 26

Хейли была так расстроена, так разгневана и взбешена, что не видела, куда идет, охваченная одним желанием — оказаться как можно быстрее и как можно дальше от Стивена. Она почти бежала по садовой дорожке, пылая негодованием, пока ей не почудилось, что голова ее может взорваться, подобно раскаленному шару. Но она радовалась своему гневу. Он не давал ей рухнуть на колени униженным и страдающим клубком, хотя сердце ее разрывалось от боли. Наконец она остановилась и огляделась вокруг, все еще не понимая, где находится. Ее окружала живая изгородь. Вытянув шею, она рассмотрела вдали огни в окнах дома. Господи, как далеко она зашла от дома! Заметив неподалеку мраморную скамью, она с облегчением рухнула на нее. Вернуться в дом у нее не было сил. Немного поразмыслив, Хейли решила, что туда она вообще не станет возвращаться. Зачем подвергать себя опасности новых оскорблений, если она случайно встретится со Стивеном? И с Викторией разговаривать у нее тоже не было никакого желания. Что она может сказать сестре Стивена? Хейли даже не хотела вспоминать все те гадости, которые ей наговорил Стивен, не то что повторять их вслух. Охваченная стыдом, она закрыла лицо руками. «Господи, какая же я была дура!» — думала Хейли. Она считала, что любит Стивена, но разве это возможно? Ведь она, конечно же, совсем его не знала! Тот, кого она любила, никогда не стал бы вести себя так, как этот холодный и жестокий незнакомец в саду. Это лжец, недостойный того, чтобы думать о нем. «У меня есть кого любить — моих родных, которые меня любят и которым я нужна», — решила Хейли. Но как она ни старалась, все равно не смогла сдержать слез — они непроизвольно навертывались на глаза и текли по щекам. Бесполезные, мучительные слезы, которыми она оплакивала свои иллюзии, оплакивала того, кого любила так горячо и так недолго. Того, кого на самом деле никогда не существовало. Гости развлекались: либо танцевали, либо разговаривали. Шампанское и бренди лились рекой, веселя собравшихся беззаботных людей. Одинокая фигура крадучись выскользнула из бального зала через французское окно. Человек шел быстро, опустив голову, и вскоре исчез в саду. «Скоро тебя не станет, мерзавец, и тогда все перейдет ко мне, как и должно», — шептал он на ходу, предвкушая скорую развязку. Вперившись во тьму, Стивен долго еще смотрел в ту сторону, куда убежала Хейли. Душа его кровоточила, нервы были напряжены до предела. До последних минут своей жизни, если ему суждено прожить долго, он не забудет выражения на ее лице. И ее последнего, исполненного презрения взгляда, брошенного на него. В глубокой задумчивости он двинулся наконец по дорожке, направляясь в сторону, противоположную от дома. Пора бы ему и встретиться с Джастином, сначала он должен прийти в себя и успокоиться. Он заметил мраморную скамью и решил ненадолго присесть. Крепко закрыв глаза, он попытался в который раз изгнать из своих мыслей образ Хейли. Как, черт возьми, она познакомилась с Викторией? Не замешан ли здесь каким-то образом Джастин? Стивен терялся в догадках, но он намерен узнать все до конца этой ночи. Потрясенное лицо Хейли мелькнуло перед ним, и он уронил разболевшуюся голову на руки.

— Приветствую вас, Стивен. Голос звучал из темноты.

Стивен поднял голову. К нему кто-то приближался. Стивен замер, увидев пистолет, нацеленный прямо в грудь. Тревога Джастина нарастала с каждым мгновением. Стивен запаздывал. Ловушка была готова, полицейские на местах, но в окутанном мглой саду Стивена не было. Прошло еще пять минут, но дорожка оставалась пустой. И никаких шагов. Сердце у Джастина забилось; его охватил ужас. Проклятие! Стивен, где же вы? Стивен посмотрел на пистолет, медленно поднял глаза и наткнулся на взгляд, полный ненависти. Он думал, что удивится или испугается, но вместо этого почувствовал странную отстраненность, словно наблюдал за всем со стороны. Как зритель неожиданной сцены в жуткой пьесе.

— Должен сказать, что я ожидал не этого, — заметил он безразличным голосом. Он посмотрел на пистолет. — Может быть, вы мне сообщите, почему вы направили на меня это оружие? Или, что еще лучше, нацелите его на что-то другое?

Тонкие губы скривились в невеселой улыбке.

— Мне нравится, когда оно нацелено именно в эту сторону. И в этом не ничего странного. Ведь я собираюсь вас убить.

— Понятно.

Стивен быстро прикинул разделяющее их расстояние и решил, что схватиться за пистолет ему не удастся.

— Я не советую вам пытаться разоружить меня. Я превосходный стрелок. Вы умрете, не успев прикоснуться ко мне,

— Вот как? — протянул Стивен. — Я и не знал, что у вас есть такие таланты, но ваша уверенность кажется мне неуместной. Вы уже не раз стреляли в меня, и каждый раз мимо.

— Это не я, глупец вы эдакий. — Каждое слово говорящей женщины источало яд. — Наемные недоумки ничего толком не сумели сделать. Теперь для верности я все сделаю своими руками.

Стивен сделал вид, будто смотрит по сторонам.

— А где же мой дорогой братец? Выходите, Грегори. Вы что же, прячетесь в кустах?

Раскаты гортанного смеха наполнили воздух.

— Ваш братец не более чем пьяный идиот, который кормится из моих рук. У него не хватит ума, чтобы кого-нибудь убить.

— Значит, вы делаете это не для него? — Стивен внимательно смотрел на убийцу, выжидая мгновения, когда можно будет перехватить пистолет.

Она посмотрела на него как на безумца.

— С какой это стати стану я что-либо делать для Грегори? Он мне омерзителен. Когда вы умрете, Грегори унаследует титул и состояние, я же стану маркизой. И все достанется мне! А когда в конце концов умрет ваш отец, я стану герцогиней. И высшее общество больше не будет презирать и третировать меня как непривлекательную, не умеющую держаться тихоню, неприметную жену второго сына герцога.

Она впилась взглядом в Стивена, и ее ненависть опалила его, голос женщины дрожал от ярости.

— Я стану королевой высшего общества. Все будут искать моей дружбы, заискивать передо мной. Никто не осмелится игнорировать меня, смотреть как на пустое место. И никогда впредь я не буду подвергаться унижениям — безобразная жена Грегори, женщина, достойная жалости. Власть и влияние преобразят меня. — Глаза ее сузились — две щелки, источающие яд. — И больше меня не будет мучить безразличие Грегори. У меня появится много любовников, мужчины станут соперничать друг с другом, искать моих милостей, угождая мне.

Стивен понимал, что его спасение в одном — чтобы не дать ей замолчать.

— Скажите, Мелисса, если вам так безумно хотелось получить этот титул, почему вы не вышли за меня? Почему стали женой Грегори?

— У меня не было выбора. Мой отец устроил этот союз. Поначалу я была в восторге, радовалась, что наконец-то мне удалось покинуть свою семью. Вы знали, что у меня три старшие сестры?

Стивен покачал головой: — Нет.

— Конечно, не знали. Никто не знает. Никто не удосужился поговорить со мной. Я некрасива. У меня нет ни блестящего ума, ни музыкальных способностей. Я противная, неуклюжая, робкая, и поэтому на меня никто не обращал внимания. Я существо малозаметное. — Она устремила на него сверкающий взгляд. — А три мои сестры очень хороши собой. Хороши собой и талантливы. Мужчины ходили за ними по пятам, и наши родители устроили им замечательные дебюты, открыли дом для толпы поклонников. У каждой из них был большой выбор. На меня же никто не обращал внимания, — продолжала Мелисса, — всю жизнь меня оттесняли, отталкивали, высмеивали и прятали. Я думала, что моя жизнь изменится, когда я выйду за Грегори, но она стала еще хуже. Я знала, что он женился на мне только из-за моих денег, но я надеялась… — Голос ее дрогнул, и Стивену показалось, что в глазах ее блеснули слезы. Но когда она снова заговорила, голос у нее был твердым, как гранит: — Грегори презирает меня и не упускает возможности сообщить мне об этом. Он унижает меня, щеголяя передо мной своими женщинами, словно я для него пустое место ничто. Я надеялась, что у меня будет ребенок, но ваш брат не желает ко мне прикасаться. — Она шагнула вперед. — Он совершил ошибку. Вы все жестоко ошиблись. А завтра все, чего я хотела, к чему стремилась и чего я заслуживаю, будет моим. — И, сжав пистолет обеими руками, она подняла его на уровень груди Стивена.