Патруль - не всегда добро (СИ), стр. 24

Чарли даже не пытался управлять кораблём, заявил, что он очень хреновый пилот, и в атмосфере летает гораздо хуже Боба. Я удивилась, ведь на Мекке именно он делал экстренную посадку, но промолчала. А вот когда Чарли стал расспрашивать, почему корабль не такой как все, молчать уже не могла – не сомневалась, что если понадобится, он без колебаний прибегнет к пыткам, и совесть его ничуточки мучить не будет. К тому же, пришлось говорить правду – Чарли я бы ещё смогла чего-нибудь правдоподобно наврать, но за разговором следил Боб, а искина так просто не проведёшь.

- Очень сильно смещён вперёд центр тяжести, - честно сказала я. – В носовом отсеке есть какой-то левый груз, примерно тонна, плюс-минус пятьсот килограмм. Груз расположен более-менее на центральной оси корабля.

Боб кивнул, подтверждая, что мои слова не расходятся с его наблюдениями.

- А ты, небось, и понятия не имеешь, что это за груз? – недоверчиво спросил Чарли.

- Я его не видела, - снова честно ответила я. – Мне сказали, что это лазерная пушка, тогда тот провод управления, о котором говорил Боб, её включает. Но это чужие слова, с тем же успехом там может быть устройство самоликвидации. И я не знаю, зачем оно там, и какие у него условия срабатывания.

- Точно не пушка? – уточнил Чарли с растерянным видом.

- Без понятия. Но не представляю, как её наводить на цель, если она управляется единственным дискретным сигналом.

Боб согласно кивнул, а я мысленно попросила Мать космоса, чтобы это всё же оказалась пушка, а не бомба.

Глава 29

Казалось бы, меня должно беспокоить только одно – как избежать скорой смерти, а если никак, то приготовиться к ней. Но вместо этого я постоянно думала о сексе, точнее, не о нём самом, а о его последствиях. Дело в том, что по моему женскому календарю шли дни, благоприятные для зачатия, а беременность от Чарли – последнее, чего бы я себе пожелала. Ему я об этом ничего не говорила – это ему наверняка не помешает меня прикончить, а в остальном его это не касается. Если вдруг выберусь из этой переделки живой, запросто решу эту проблему. На многих планетах аборты запрещены, но в каждом порту есть хирурги этого профиля. Не будь их, космикам пришлось бы регулировать состав семьи совсем уж варварскими способами. Не избежал сексуальных тем и Леон.

- Глянь, Жюли, они крепко спят, - шепнул он на второй день полёта, прервав поток адресованных мне оскорблений. – Ты можешь взять молоток и прикончить их парой ударов.

- А ты не можешь? Мужчина у нас вроде бы ты, и агент Патруля – тоже ты, - напомнила я.

- Я не могу. При четырёх же я беспомощен, как младенец.

- Прикончить, говоришь? А кто заткнёт рот Бобу? Он запрограммирован поднимать тревогу, когда на корабле готовится бунт.

- А отключить его ты не можешь?

- Нет, Леон. Ты же сам постоянно говоришь, что я не хакер, а шлюха и проститутка.

- А отключить ему оптические камеры?

- Заорёт, что ничего не видит.

- А динамик?

- Динамик встроен в компьютер.

- А если весь компьютер обесточить?

- Там мощный аккумулятор. Пропало питание – любой компьютер орать начинает. Или ты надеешься, что этот пират будет долго просыпаться? Не надейся.

- У тебя тысячи причин, чтобы ничего не делать!

- Да? – обиделась я. – А у тебя – одна. Ты при четырёх же ни на что не способен.

- А ты – шлюха! Тебе просто нравится, когда он тебя трахает! Ты так страстно орёшь при этом!

- Не твоё дело, как я себя веду при оргазме. Уже не твоё.

Я сотни раз пыталась придумать, как перебить пиратов. Мне казалось, что главное для этого уже сделано – мои руки не скованы, и я могу свободно бродить по кабине. Я пыталась достать из аптечки снотворное – Боб поднял тревогу. Пришлось врать Венди, что искала противозачаточные пилюли. Не нашла, само собой – их там никогда и не было. И у Венди их не оказалось – по её словам, она предохраняется иначе. Зато я поняла, что и к аптечке мне доступа нет.

Ещё была неплохая идея внезапно выключить двигатель, и быстро разобраться с не ожидавшими невесомости пиратами. Я вполне могла, управляя кораблём, подобрать для этого момент, когда они оба делают шаг, и тогда они зависнут в воздухе посреди кабины. Дальше я должна метнуться к кладовой с инструментами, в невесомости, конечно же, набрать там молотков и всякого ещё тяжёлого, и метать в них, надеясь попасть в голову и прикончить. Да только все космики неплохо умеют передвигаться в невесомости, и пираты – тоже. Самое простое – снять комбинезон и бросить его в сторону, я так делала совсем недавно. Это куда быстрее, чем достать из кладовки тяжёлые инструменты.

А ещё можно, пока они спят, надеть скафандры и открыть входной люк. Да только Боб поднимет тревогу, как только я начну влезать в скафандр, так что вряд ли я успею одеться, и ещё более вряд ли смогу объяснить, зачем мне понадобился скафандр. Это вам не аптечка, в которой хотя бы теоретически могли быть противозачаточные таблетки. Таких планов было у меня немало, и все они могли сбыться только чудом, а я не Мать космоса, чудеса творить не умею. Оставалось надеяться, что Чарли тоже не чудотворец.

- Боб, реально ли избавиться от бомбы? – поинтересовался он у искина.

Конечно же, если эту штуку выбросить в космос, корабль станет самым обычным, и им сможет управлять Венди, а меня прикончат. У меня перехватило дыхание – Джоконда говорила, что лазерная пушка - часть оптической системы корабля, и без неё корабль «ослепнет», но у Боба могло быть иное мнение, да и Джоконда вполне могла соврать.

- Это очень рискованно, - ответил Боб. – Бомбы в устройствах самоликвидации часто устанавливают так, что попытка от них избавиться провоцирует взрыв. Чтобы провести гарантированно успешное разминирование, требуется опытный сапёр, а таковые есть даже не на каждой планете.

Я незаметно перевела дух. Хорошо, что удалось убедить Чарли насчёт бомбы, знай он, что это всего лишь пушка, наверняка попытался бы её вынуть. А ослепнет корабль или нет, мне уже будет без разницы. Если нет – меня убьют, если да – мы все погибнем. На атмосферном транспорте и даже на водном радары есть, а на космическом их не предусмотрено.

Ещё через пару дней Венди провела скачок в пространство Стоуна, на шести же Леон перестал поливать меня оскорблениями и ограничился стонами и жалобами на жизнь. Жаль, перерыв был коротким, как я ни изображала безразличие, этот поток грязи мне всё-таки изрядно надоел. Я собралась с духом, шагнула к нему и ухватила несчастного за горло.

- Или заткнёшься, или сдохнешь, - прошипела я. – Ты тут никому не нужен, ни мне, ни остальным, так что веди себя прилично!

Надо было проделать это раньше, но так или иначе, он оставил меня в покое. Правда, теперь Леон со мной вообще не разговаривал, и больше не оставалось никаких надежд когда-нибудь с ним помириться. Впрочем, если нас убьют, наши взаимоотношения – последнее, что будет меня беспокоить.

Скуку нашего путешествия слегка разбавила долгая невесомость – почти два дня мы для экономии топлива летели с выключенным двигателем. Раньше мне не доводилось так долго терпеть невесомость, остальным – явно тоже. Недовольны были все, особенно Леон, но мой бывший капитан, памятуя о моей угрозе, ничего не говорил, а своё неудовольствие показывал только мимикой. Когда вновь появились привычные четыре же, даже он вздохнул с облегчением.

Квантовый скачок в нормальное пространство проводила снова Венди, и у неё так плохо получилось, что неудовольствие высказал даже Боб. Чарли выругался и явно хотел отвесить ей оплеуху, но всё же удержался. Венди заявила, что у неё плохо получается пилотировать, потому что корабль с дурацким центром тяжести, а ей ещё и управлять им для тренировки не дают. Я сохраняла бесстрастное лицо, а сама здорово обрадовалась – раз она не смогла нормально снизить скорость, Чарли ни за что не доверит ей пилотирование в атмосфере, и я наверняка доживу до посадки.

Глава 30

За весь остаток дня мы с Венди даже словечком не перемолвились, зато обменивались ненавидящими взглядами и оскорбительными жестами. Один раз я, будто без всякой задней мысли, шагнула в её сторону, так Боб мгновенно заверещал «Юлия, не делайте этого!», и ко мне тут же подскочил Чарли со зверским выражением на роже. Я состроила невинное личико и пожала плечами, а он грязно выругался и пригрозил сделать со мной что-то нехорошее, и я ему поверила.