Пряный поцелуй, стр. 9

У Лины пересохло во рту.

— То есть ты хочешь получить деньги немедленно?

— Да нет, конечно, можешь распоряжаться ими, сколько захочешь. Просто… — Он замолчал.

— Просто — что?

— Последнее время у меня не раз возникало такое чувство, как будто ты мечтаешь как можно скорее прекратить наши отношения.

Лину бросило в жар. Дирк попал в точку. Именно об этом она и мечтает. Однако, с финансовой точки зрения, Лина не имеет права рисковать и ставить под удар существование фирмы.

— Дирк, я никогда не забуду, как ты помог мне. Я очень благодарна тебе.

— Ты меня избегаешь, Лина.

Ей показалось или в его голосе действительно прозвучала настороженность? Или угроза? Или тоска?

— Дирк, дорогой, либо прямо сейчас забери свои деньги, либо дай мне спокойно работать, чтобы однажды я все-таки смогла вернуть тебе долг разумным путем.

— Я уже поручил своим сотрудникам отыскать адрес этого повара. Мне бы хотелось, чтобы однажды ты поцеловала меня так же страстно, как его. — Он принужденно рассмеялся.

Сердце у Лины упало. Нет, Дирк не из тех, кто добровольно отходит в тень. Он не отступится от своих планов.

— Это просто телевизионные примочки. Один поцелуй, не более того. Ты же все прекрасно понимаешь, Дирк. Пока.

Она говорила нарочито беспечным тоном, но, положив трубку, со стоном опустила голову на стол. Лина ненавидела себя за этот никчемный, вынужденный флирт с Дирком. Но у нее не было выбора. Надо держать его на коротком поводке, чтобы всегда был под рукой. Чтобы ни в коем случае не забрал свои деньги. Сложно придумать более неудачный момент для разрыва отношений — сейчас, когда в кассе недостача.

Лина взяла документы и пошла к Инес в бухгалтерию. Хоть бы они поскорее нашли ошибку…

Глава седьмая

— Разрешите?

Марк протискивался по проходу. Пассажиры никак не могли рассесться по местам. Пристроив сумку на багажную полку, он, наконец, плюхнулся в кресло. Пристегнулся и закрыл воспаленные глаза.

И тут же перед ним возникла Лина. Взгляд ее голубых глаз обдавал холодом. Но чувственные полные губы выдавали то, что подо льдом полыхал вулкан.

Черт!

Надо возвращаться домой. На кухне своего ресторана он моментально ее забудет. Поварское искусство требует абсолютной концентрации. Места для наглых и невоспитанных баб в голове великого кулинара Марка Блума нет.

Но в его сердце есть место для Лины Рудольфс! И она практически все это место заняла, заполонила собою!

С этой бестолковой мыслью Марк задремал.

Когда он проснулся, самолет был все еще в воздухе. Марк сонно покосился на своего соседа.

Банковский сотрудник, заключил он по серому деловому костюму. Строгий портфель, золотые часы, журнал в руках — какое-то германское экономическое издание. Отвратительное чтиво. Все, что связано с финансами и деньгами, Марк находил сухим и занудным.

Себя он считал художником. Он творил обеды, как писатели пишут романы. Вдохновенно и с фантазией. Фотографии его произведений украшали обложки дорогих глянцевых изданий.

Марк еле слышно вздохнул. Если бы он еще умел так же хорошо обходиться со своими деньгами, как готовить… Давно бы добился положения. Но большая часть его очень даже приличных доходов текла сквозь пальцы. В конце месяца Марк с завидным постоянством удивлялся, куда опять подевалась солидная зарплата.

Наверное, не помешало бы обзавестись хорошим консультантом. Бум вокруг его персоны однажды спадет. Нужно откладывать на черный день.

Марк скрестил руки на груди и собрался еще подремать, но тут его взгляд случайно упал на разворот журнала, страницу которого перевернул его сосед.

— Позвольте-ка! — совершенно не отдавая себе отчета в собственных действиях, Марк выхватил журнал из рук банкира.

Тот возмущенно крякнул, но Марк ловко и быстро выдрал страницу. Не обращая внимания на громкий протест соседа, Марк вскочил с места и бросился по коридору к туалету. И только закрыв за собой дверь кабинки изнутри, успокоился. Его интересовала женщина, которая смотрела на него с фотографии. Волосы уложены в высокую прическу. Открытая улыбка прямо в камеру.

Лина Рудольфс.

Марк углубился в чтение заметки под фотографией. Дифирамбы женщине, которая за два года превратила продуктовую лавку в прибыльную экспедиторскую фирму, доставляющую товары одиноким людям.

Он не мог оторваться от ее лица. Лина вдруг подмигнула ему.

Или все-таки нет?

Марк яростно зажмурил глаза. Так и свихнуться недолго. Лина нарушила его душевный покой. И поэтому она — та женщина, которую он не должен видеть больше никогда.

— Марк, сколько этих штуковин ты можешь печь за день?

Хозяин ресторана «Чарльз», где работал Марк, мистер Уайт, заинтересованно хлопнул в ладоши.

— Черничных тортиков? Я вообще-то не фабрика, и у меня тут не конвейер…

— Миллионы людей видели тебя по телевизору. Телефон не умолкает!

Чарльз Уайт подцепил с подноса, который Марк только что достал из печи, пирожное. Естественно, обжег пальцы. «Так тебе и надо, — мстительно подумал Марк, — жадность фраера сгубила».

Однако Чарльз как ни в чем не бывало продолжил:

— Все хотят пирожков, которые привели эту фригидную тетку в чувство!

— Она не фригидна. Ты что, не видел, как она поцеловала меня?

— До, но только после того, как отведала чернички!

Чарльз Уайт чуял, что дело пахнет успехом и баснословной прибылью. Дело его жизни. Он закрывал глаза и представлял себе, как тысячи черничных тортиков покидают его ресторан. Звенят монеты, шуршат купюры… Ведь именно ему принадлежит «Чарльз», в котором работает Марк Блум!

Марк — гениальный повар, а Чарльз — великолепный бизнесмен. Он знает: ковать железо надо, пока оно горячо. В смысле продавать черничные тортики с пылу с жару. Пока накал страстей не улегся…

А Марк был готов рвать на себе волосы. Рецепт тортика родился просто под настроение. За время работы в «Чарльзе» он создал множество изысканных блюд. А популярность пришла только к черничным десертам. И только потому, что Лина его поцеловала. Может, следует поблагодарить ее за это?

Ну почему, почему она не выходит у него из головы? После передачи прошла целая неделя, а он все время думает о ней. Помнит ее нежную кожу. Слышит аромат ее тела, ощущает ее вкус на языке. Проклятье, даже мурашки побежали, стоило вспомнить подробнее…

Он подумал о смятом фото из журнала, что теперь лежало у него в бумажнике. Для него оно дороже драгоценностей английской королевы…

— Ты веришь в любовь с первого взгляда? — неожиданно обратился Марк к хозяину.

Чарльз округлил глаза. А потом подмигнул и хмыкнул.

— Я ее знаю?

— Вряд ли. Я вчера познакомился с ней в метро.

— Ха! Вот как? Ты ездишь на метро?

Развеселившийся Чарльз наблюдал за Марком, как тот, выдавливая крем из шприца, пишет на черничных тортиках: «Любимой Лине».

— Давай, Марк, делай их, сколько сможешь. Мы оба заработаем.

«Любимой Лине» — какое, к черту, метро!

— Нет, точно где-то ошибка. Такого просто не может быть, чтобы подчистую исчезли наши последние поступления!

Лина нервно барабанила пальцами по корпусу монитора. Можно подумать, от этого на дисплее появятся правильные цифры…

— Кто-то подключился к нашей сети. Я не вижу других объяснений.

— Думаешь, хакер?

— Скорее всего.

— Надо сообщить в полицию. Это уголовное преступление, — Дженни полезла в блокнот.

А мысли Лины двинулись в другом направлении. После передачи шквал звонков не прекращался. Потенциальных клиентов с каждой минутой становилось все больше.

Они всегда работали по предоплате. Даже самые крупные фирмы в отрасли работают так. А теперь, пока неизвестно, на какой счет ушли последние поступления, возник дополнительный риск. Следовало бы взять новые кредиты, чтобы удовлетворить повышенный спрос. И тем самым попасть в еще большую зависимость от Дирка.