Преисподняя, стр. 5

Загрузка...
загрузка...

Данте ухмыльнулся:

– Странно, как сильно меняется отношение к окружающему, когда в тебя начинают стрелять.

– Не слишком сильно. – Рэчел выпрямилась. – Почему ты так уверен, что мы готовы стать изменниками?

– Послушай, Рэчел, – сказал Данте, – допустим, у меня есть собака. Если она попытается загрызть меня, я не стану кормить ее бисквитами и гладить по головке.

– Не смей сравнивать Божью Десницу с собакой!

Он пристально посмотрел на нее:

– Я и не сравнивал, сударыня. Собака – это вы. Расправившись с командой чистильщиков, вы укусили руку, кормившую вас. Они с самого начала собирались убить вас, а теперь их желание лишь усилилось. Десница – это не выбор для вас. Я просто пытаюсь предложить нечто иное.

Я положил руку на плечо Рэчел и почувствовал, как она дрожит.

– Мы благодарны тебе за это. Как его зовут?

Он долго разглядывал нас:

– Я был должен вам, но теперь вы у меня в долгу. Не выдавайте меня, ладно?

– Даю слово. Как ты, Рэчел?

Она крепко стиснула зубы, но кивнула:

– Клянусь перед Богом!

Данте кивнул в ответ:

– Этого достаточно. Парня зовут Альдус Ксенон. Его можно найти неподалеку от забегаловки в Чайнатауне, возле Галереи. Я назову ему ваши имена и сообщу о вашем возможном приходе. Если с вами что-нибудь случится и не понадобится встречаться с ним, забудьте его имя. А заодно забудьте и мое, ладно?

– Хорошо, Данте. Как ты сказал, мы у тебя в долгу.

– Стало быть, вы уходите?

– Да. После еще одной чашечки настоящего взбадривающего кофе. – Я взял дымящуюся чашку. – Хочешь еще, Рэчел?

Она пожала плечами и натянуто улыбнулась:

– Двум смертям не бывать, одной не миновать.

Автомобиль по-прежнему стоял на улице, и рядом не было никаких холикопов, готовых стрелять в нас без предупреждения. Мы сели в машину и отъехали подальше от вокзала Юнион, затем нашли универсальный магазин, где купили приличную одежду и обувь для любителей быстрого бега. Переодевшись, мы остановились у платного видеофона на улице и набрали код Фрэнка Джерси.

Фрэнк часто работает дома, вот и сейчас он ответил после первого звонка. Судя по всему, он был один. Я отключил видеосигнал с нашего конца линии, поэтому он не мог видеть меня.

– Джерси слушает. – Его голос звучал так хрипло, что казалось, будто мы разговариваем по проволочной связи прошлого века. Он взглянул на пустой видеоэкран и сдвинул брови: – Кто это?

Я не мог выдавить ни слова. Временами Фрэнк напоминал мне отца, но сейчас я не доверял ему.

– Это Рэчел, Фрэнк, – тихо сказала Рэчел. – Гидеон тоже здесь.

Из его груди вырвался глубокий вздох, и я увидел, как он откинулся на спинку стула.

– Нам нужно поговорить с тобой, – продолжала она.

Фрэнк прикусил нижнюю губу и предостерегающим жестом поднял руки.

– Не здесь. Ничего не говорите. Большой Мальчик, через полчаса. – Наклонившись вперед, он быстро отключил связь. Экран погас.

– Большой Мальчик? – недоуменно переспросила Рэчел.

– Мемориал Линкольна, – пояснил я. – Фрэнк всегда так называл это место. Он будет ждать нас справа, со стороны реки. Ему нравится лично расспрашивать там своих информаторов, обмениваться сведениями, которые нельзя передавать по обычным каналам.

– Что-нибудь не так?

– Не знаю. У меня какое-то странное чувство, словно он ожидал нашего звонка.

– Возможно, так оно и есть. Он должен знать о случившемся, даже если его не предупредили заранее. Естественно предположить, что мы попытаемся связаться с ним.

– Нужно немедленно отправиться туда, – заключил я. – Приедем заранее, проведем рекогносцировку и убедимся, что он не обманывает нас.

– Гидеон, это же Фрэнк! Он не может так поступить!

– Надеюсь, что ты права, крошка. В ином случае нам останется только лечь и умереть.

ГЛАВА 4

Мы добрались до Мемориала Линкольна через двадцать минут, припарковались рядом с рекой и, оставаясь под прикрытием деревьев, пошли туда, откуда можно было видеть заднюю часть комплекса. Прохожие выглядели типичными туристами; правительственные служащие, наводняющие местность в послеполуденные часы, сейчас прилежно трудились в своих офисах. Это облегчало задачу выслеживания возможных агентов Десницы, но пока подходящих кандидатов не наблюдалось.

Затем, все еще скрываясь за деревьями, мы перешли на другую сторону комплекса. Из рощицы рядом с Мемориалом вьетнамских ветеранов мы проверили северную оконечность монумента. Опять-таки ничего особенно подозрительного. Но, поскольку все казалось нам более или менее подозрительным, мы ни капельки не успокоились.

Мы смотрели, как отец и мать водят малыша вокруг основания монумента и подтаскивают его вверх по ступеням; затем понаблюдали за другими родителями с сыном-подростком, который выглядел так, словно мечтал оказаться где-нибудь в другом месте. Отец делал фотографию за фотографией, а выражение на лице парнишки красноречиво свидетельствовало о том, что его тошнит от позирования. Я его не осуждал.

Внизу на широких ступенях сидела молодая пара. Юноша и девушка самозабвенно обнимались; время от времени они целовались и тут же с беспокойством оглядывались вокруг, высматривая холикопов. Казалось, они переживают лучшие дни своего медового месяца, но их быстрые взгляды на самом деле могли означать не опасение за свою безопасность, а наблюдение за жестокими убийцами Гидеоном Эшанти и Рэчел Брак. Я указал на них Рэчел, и мы решили повнимательнее присматривать за парочкой.

Через несколько минут мы увидели кряжистую, тяжеловесную фигуру Фрэнка Джерси, подходившего к мемориалу с южной стороны. На нем были форменные брюки и просторная светлая куртка-ветровка. Когда он подошел ближе, мы увидели серо-стальные волосы и изрезанное морщинами лицо. Да, это был Фрэнк.

Мы зашагали к монументу. Фрэнк отметил нас мимолетным взглядом и пошел дальше, огибая монумент с юга. Мы двинулись следом, нервно поглядывая на туристов, чувствуя себя обнаженными и уязвимыми на открытом месте.

Мы зашли за угол. Фрэнк стоял в нескольких ярдах от нас. Высокие деревья закрывали этот уголок от улицы и дорожного движения по Арлингтонскому мосту. Местечко хорошо подходило для тайных встреч, хотя я чувствовал себя загнанным в угол. Пожалуй, поэтому

Фрэнку нравилось встречаться здесь со своими информаторами: ему не составляло труда удерживать их на крючке.

Он стоял и молча смотрел на нас. Наконец я кивнул:

– Привет, Фрэнк. Спасибо, что пришел.

Он растянул губы в холодной улыбке, затем быстро сунул руку под расстегнутую ветровку и вытащил маленький, но грозный “авенджер” 32-го калибра.

Я услышал, как судорожно вздохнула Рэчел. В первое мгновение мне захотелось быстро броситься в сторону, но потом я понял, что это бесполезно. Фрэнк был опытным бойцом и прекрасно владел оружием. Мы не могли добраться до него, не подставив себя под пули.

Пока я ждал звука выстрела, его рука поднялась, но вместо того, чтобы нажать на спусковой крючок, он подбросил пистолет и протянул его рукояткой вперед.

– Тебе это понадобится, – проворчал он. – Возьми. Он достаточно маленький, чтобы прятать его в кармане брюк с поправкой на то, что ты достаточно сообразителен и не отстрелишь себе яйца по неосторожности. У меня есть такой и для тебя, Рэчел.

Он протянул ей еще один пистолет. Это было отличное оружие, маленькое и мощное, легко маскируемое на теле. Раз в пять меньше “уиллоуби”, из которых мы стреляли вчера ночью.

– Фрэнк, но… – начал я, но он перебил меня:

– Засуньте их в карманы. Они не холодные; это пластик, а не металл.

– Спасибо, Фрэнк.

– Ладно, только забудьте, от кого вы их получили. Мне остается год до пенсии, и мы с Лиз хотим отправиться не в Преисподнюю, а в какое-нибудь другое место. Нет, выпустите рубашки поверх брюк… хотя не знаю, почему я объясняю вам, как обращаться с оружием после того, что вы вчера натворили. Не ожидал от вас такой прыти.