Цербер: волк в овчарне, стр. 31
Она подошла к кабине и открыла дверь. Увиденное поразило меня. Тело высокого мускулистого человека – словно по нормам цивилизованных миров. Казалось, он недавно умер.
– Два-один-два-шесть-семь – проснись и выходи, – скомандовала она.
Труп шевельнулся, открыл глаза, осмотрелся. И вышел из кабины, оказавшись очень естественным.
Я подошел и взглянул на него с некоторой неловкостью, поскольку теперь это была личность, а не предмет вроде статуи.
– Поразительное сочетание органической химии, компьютера и молекулярной биологии, – заметила Мертон.
– Это робот?
Она кивнула:
– Они прибывают в грубом человеческом облике и с такой же массой. С помощью поставляемых нам образцов клеток мы можем пересадить ему всю эпидерму настолько искусно, что он станет точной копией своего донора. Материал, который мы используем для этого, аналогичен веществу всей конструкции, но способен следовать генетическому коду оригинала. Если подлинник у нас под рукой, можно добавлять шрамы, пятна и прочее, чтобы добиться абсолютного сходства.
– Черт возьми, как вы делаете это? – задохнулся я.
– Мы не делаем и не можем делать. Конфедерация смогла бы, если бы захотела. Но в этом случае конструкция была бы другой. При внимательном изучении быстро понимаешь, что эти устройства – продукт общества и культуры, чрезвычайно чуждых нашей. Здесь не нарушаются физические законы. Но до такого уровня эволюция должна была идти совершенно другим путем.
– Откуда же тогда они поступают?
Она пожала плечами:
– У нас здесь только несколько экземпляров. Частично для подготовки, частично для экспериментальных целей. Нам не дают их в больших количествах. Они довольно осторожны.
– Но что происходит у вас? Изменение сознания?
– Нет. Это может быть проделано в любом месте варденской системы в радиусе ста шестидесяти миллионов километров от орбиты Момрата. Так же, как это делается в атмосфере, содержащей только церберианские микроорганизмы Вардена. Подробностей я не знаю.
– И вас не беспокоит, что мы используем их, чтобы шпионить за Конфедерацией?
– Почему я должна беспокоиться? В руках государства все превращается в прах, включая людей. Мы получаем абсолютно новую технологию от совершенно нечеловекоподобной цивилизации. Это гораздо интереснее. Я не могу винить их за то, что они не пошли на контакт с Конфедерацией. Мы же убивали физически или морально чужие расы, с которыми вступали в отношения!
– Похоже, если бы вы не попали сюда добровольно, то согласились бы отправиться сюда в качестве каторжанки…
– Возможно, – рассмеялась она. – Теперь мы этого не узнаем. Во всяком случае, у меня получилось!
Я уставился на нее, усиленно размышляя:
– И вам не удалось разгадать язык программирования? Кому же это по силам?
Она вопросительно посмотрела на Богена и, когда он кивнул, снова повернулась ко мне:
– Все не так просто. Пойдемте к видеоскопу.
Мы направились в инструментальный отсек.
– Вот. Смотрите на экран.
Я увидел увеличенное изображение клетки. Нет, не клетки. Что-то вроде амебы.
– Это клеточная частица одного из роботов, – объяснила она. – Не биологическая клетка, а объект, ведущий себя точно так, как клетка. Это полный микрокомпьютер, использующий органические молекулы и органическую структуру. – Она покрутила рукоятку, и изображение сменилось скоплением свободно плавающих образований. – Молекулярная химия сама по себе кошмар, – заметила она. – Мы не наблюдаем ничего необычного. Никаких особых элементов. Но атомы соединены друг с другом способом, который я себе не представляю. Мне не известен метод, позволяющий построить или вырастить подобное из всех этих компонентов, и заставить его работать. Например, я беру цепочки углерода, серы, цинка, калия, магния, десятки других элементов и соединяю их, но я никогда не получу ничего похожего. – Она сфокусировалась на группе клеток и увеличила изображение до предела. – Видите маленькие волоски? Это электрические соединения между ближайшими клетками. Похожи на нервы, но не являются ими. Объединенные, они образуют сознательную систему связи между клетками. Мозг сообщает каждой клетке или группе клеток последовательность действий, скажем так, и они ее выполняют. Мимика и вообще все что угодно. Вплоть до функций организма. Невероятно! Даже в старые времена, в разгар войны роботов, не встречалось ничего похожего. Может быть, нам когда-нибудь удалось, если бы тогда исследования не свернули.
– Понятно. Вы полагаете, что даже Конфедерация не в силах перепрограммировать или распрограммировать эти штуки?
– Мало ли что Конфедерация! Мы – в тупике. Мы можем наблюдать за процессом, но не в состоянии изменить его. И самое главное, мы не способны отделить нужную программу от ненужной информации. Понимаете?
– Значит, вы считаете, что Конфедерации это по силам?
– Сомневаюсь. Потому что каждая клетка снабжена устройством самоуничтожения. Выведенная из строя или находящаяся под угрозой захвата, она просто тает.
– Полюбовались? – нетерпеливо спросил Боген, – Достаточно для первого раза.
Я кивнул. Я был поражен. Более того, напуган до смерти.
Глава 16
ВАГАНТ ЛАРУ
Я провел ночь в комнате для гостей с необычайным комфортом, окруженный полотнами старых мастеров, и в такой компьютеризованной роскоши, о которой успел уже забыть. Я спал долго, зная, что мне могут потребоваться все мои силы и способности. Потом великолепно позавтракал, потом с разрешения и под неусыпным наблюдением охраны осматривал коллекции шедевров.
Вечером прилетел флаер и приземлился на лужайке, которая так нравилась мне. Вышли пятеро, каждый держал в руке чемоданчик. Мне оставалось только смотреть в окно и гадать, кто из них Лару.
Похоже, это был специальный трюк.
– Вы никогда не знаете, кто из сопровождающих – он, – предупредил меня Боген. – У него около двух дюжин людей, которые выполняют за него различные функции, и путешествует он с этой свитой.
Я немного забеспокоился:
– Значит, настоящего здесь может и не быть?
– Я гарантирую, что один из них – это он. Это надежно. Обращайтесь с каждым из них, словно он Лару.
Я мрачно кивнул, и мы направились в замысловатый кабинет властителя Ромба. Мысль о «двойниках» тревожила. "Еще одно уязвимое место", – взволнованно думал я.
Меня представили высокому элегантному мужчине с шевелюрой, тронутой сединой, что придавало ему вид солидного политического деятеля. Я посмотрел на остальных. Один был тучным коротышкой и немного напоминал Отаха, но я представлял себе властителя Цербера совсем другом. Надо обратить на него внимание. Никто не примет человека с такой внешностью за диктатора. Я окинул взглядом остальных, сидевших в расслабленных позах и смотревших на меня. Интересно, сами-то они знали, кто из них кто?
Я подошел к указанному мне "Лару", остановился и слегка поклонился.
Он подал руку, на губах заиграла улыбка.
– Оставьте эти церемонии, – любезно предложил он. – Здесь мы – деловые люди. Присаживайтесь.
Я последовал совету. Некоторое время он изучающе рассматривал меня.
– Значит, вы убийца первого класса.
– Был, – уточнил я, слегка расслабившись. – Меня больше не интересует эта работа.
– Похоже, в вашем лице, Занг, мы нашли ценного и интересного человека. Однако мне непонятно. Если вы добровольно согласились на это, то почему стали изменником?
– Я не был добровольцем, – ответил я. – Выбрали мою кандидатуру, усыпили, проинструктировали в разбудили на тюремном корабле.
Он рассмеялся:
– Да, это на них похоже. И теперь вы занимаетесь своими делами. Я задам вам несколько вопросов более практического характера.
– Начинайте.
– Во-первых, предположим, что мы взяли вас в дело. Какие гарантии, что вы не обманете нас?
Теперь наступила моя очередь смеяться.
– Обману вас? Я, одиночка? Посмотрим на это с другой стороны. Чем вы гарантируете мне жизнь после завершения операции?