Вячеслав Дадиани был парень небедный и позориться перед крутыми дядями и тетями в скромном черном платье, в котором я хоронила маму, наверное, не стоит. И я решилась оторвать Ларку от увлекательной беседы с “бедным” опером. Конечно же, называя его “бедным”, лично я имела ввиду его знакомство с Ларкой, а не его материальное положение, как считает подруга. Я показала на часы, на руке у Александра и сказала:

- Лара, шестнадцать часов, мне надо срочно в магазин, надо одежду для похорон купить, - в глазах у подружки промелькнула искра понимания.

- Девушки, мне тоже пора ехать, к сожалению, - включился в разговор господин Нечаев. - Телефон мой у вас есть. Если что-то случится, Ксения, Лариса, сразу звоните, без стеснения. На счет похорон, я сегодня же уточню и пришлю вам адрес, - я хотела поблагодарить, но тут влезла Ларка:

- Звонить можно в любое время? - невинно осведомилась подруга.

- Да, в любое время дня и ночи, - проникновенно улыбнулся Александр, - а от Вас Лариса, я еще и список жду, объектов для осмотра.

Мы тепло попрощались, загрузились с Ларкой в машину и отправились по магазинам.

- С чего начнешь осмотр? - поинтересовалась я.

С жилплощади, конечно, - расхохоталась Ларка, - а ты, о чем подумала?

- Ты не исправима! - простонала я сквозь смех, - между прочим, все почти так, как ты хотела, парень работает на Рублевке.

- Между мужчиной, работающим на Рублевке и живущим, большая разница.

- По мне так, в глаза эту Рублевку бы никогда не видеть, и будет мне счастье, - выдохнула я.

Глава 3

Ларка притащила меня в крутой торговый центр на садовом кольце и развила бурную деятельность.

- Лариса, - взмолилась я, - об одном прошу, без пошлятины.

- Не дрейфь, должно быть просто, но дорого и сексуально!

- Зачем мне на кладбище быть сексуальной? - недоумевала я.

- Ксюха, ты иногда меня просто убиваешь, - пыхтела Ларка, роясь на вешалках, - ты вдова миллионера! А то, что ты оборванка из Кузьминок, знать всем не обязательно. Должна быть в женщине какая - то загадка? Потом, ты должна выглядеть прекрасным и хрупким цветком, чтобы рука убийцы не посмела даже прикоснуться к тебе. Это мы уже обсуждали. Опять же, вдруг младший братик захочет на тебе жениться, чтобы патенты, так сказать, на сторону не ушли. И вообще, ты там не раскисай, а по сторонам гляди лучше, мало ли что, - я только зубами клацнула, от открывшихся мне перспектив.

Мы долго спорили, но Ларка уперлась рогом в черное обтягивающее платье с длинным рукавом и узкой юбкой за колено. Оно мне нравилось, но смущали две вещи: довольно низкий треугольный вырез на груди и такой глубокий разрез сзади, что просто капец.

- Ларка, я это не надену! Ты только посмотри, тут вообще наклоняться нельзя!

- А мы чулочки на резинке черные наденем и наклоняться не будем! Куколка! - заявила Ларка и натянула мне на голову шляпу с колесо. Я взвыла:

- Я хочу, чтобы меня Макс Дадиани вообще не заметил, а ты что делаешь? Я в той шляпе как колокольня в поле!

- Ёлочка, ты ерунду говоришь! Как можно не заметить прекрасную вдову на похоронах! Ты будешь гвоздь сезона! Девочки, что скажете? - призвала к себе на помощь консультантов бутика Ларка.

Девочки хором подтвердили: “Не заметить прекрасную вдову в такой чудесной шляпе, да еще в чулочках, практически невозможно!”

- Что и требовалось доказать! - обрадовалась Ларка.

- Ты меня не слышишь, - швырнула я шляпу, - я иду прощаться, а не балаган устраивать. Вместо шляпы платок, чтобы декольте прикрыть. Или вообще это платье брать не буду. Это все! - отрезала я.

- Скучно с тобой! - заявила Ларка. - От того у тебя мужики и мрут!

- А ты цирк из всего устраиваешь! - не осталась я в долгу. - Вот они от тебя и разбегаются!

Сошлись мы на черном шифоновом платке от Шанель, полупрозрачном с тонкой нитью рисунка. Он был довольно широкий, и при желании под ним можно было спрятать вырез на груди.

- Черную сумку от Шанель я тебе завтра привезу, - расщедрилась Ларка, - я ведь могу взять твою машину? Тебе все равно пока личный водитель нужен, - я кивнула и спросила:

- Ты завтра со мной?

- В машине посижу, на стреме. Мало ли что…

- Спасибо!

- Не за что!

Ларка отвезла меня к дому, наставляя по дороге:

- Маникюр красным, волосы распустить, макияж водостойкий, ты у нас чувствительная натура. На шею твой крестик из белого золота и кольцо от покойного мужа, туфли эти же, - ткнула Лара пальцем на мои ноги, - завтра приеду, проверю.

- Слушай, езжай отдыхать, задолбала ты меня уже сегодня, - беззлобно ругнулась я на подружку. - Как узнаю адрес и место похорон, позвоню. Все пока.

Подхватив пакеты из бутика, я отправилась домой. Надо принять душ, погладить вещи и, главное, выспаться. Всё - таки сотрясение мозга давало о себе знать.

Через час пришла смс от следователя Александра Нечаева с названием кладбища, адресом и указанием времени - двенадцать ноль -ноль и припиской: “Я тоже буду. До завтра”. Я перекинула сообщение Ларке и отправилась сушить и укладывать волосы.

Звонок в дверь оказался для меня полной неожиданностью и, отложив фен и щетку, я выглянула в глазок. Максим Дадиани собственной персоной.

“Добить пришёл”, - мелькнула мысль. Не открою, пусть лесом идёт!

Словно прочитав мои мысли, родственничек хорошенько долбанул в дверь и проорал:

- Открывай, я знаю, что ты дома! - и еще пару пинков в дверь.

Я с тоской посмотрела на дрожащую дверь, поговорить все равно придётся. Взяла в правую руку открытый флакон с лаком для волос, накинула цепочку на дверь и со словами:

- Ну, если ты так настаиваешь, - открыла замок.

Дадиани толкнул дверь, но цепочка не позволила ей открыться больше чем на десять сантиметров. Я же предусмотрительно отошла от двери, выставив перед собой флакон с лаком. Максим Сергеевич был явно не готов к такому радушному приёму. Внимательно на меня посмотрел через щель и спросил:

- На похороны идёшь завтра?

- Иду, - цепочка и флакон придали мне храбрости.

- Я пришел позвать тебя и сказать адрес.

- Как ты меня нашел? - уточнила я на всякий случай.

- По номеру машины. Может, пустишь? Что мы как не родные через дверь разговариваем, - и устало на меня посмотрел.

- Хорошо, - кивнула я, - подожди минуту, - захлопнула дверь.

Быстро оглядела себя: трикотажные обтягивающие шортики и майка без лифчика. Я поставила флакон на трюмо у зеркала, натянула джинсовую курточку, сбегала на кухню и, вооружившись скалкой, убрала цепочку. Прихватив снова флакон с лаком, отошла подальше от входной двери и крикнула:

- Welcome! - но господину Дадиани мой welcome не очень понравился. Оглядев мою экспозицию, он прикрыл дверь и со словами:

- Я здесь присяду, - пристроился на обувной полке в прихожей.

Мы продолжали молча буравить друг друга глазами. Дадиани младший был сегодня не такой резвый, как в прошлую нашу встречу. Слегка помятый и немного пришибленный. Но, несмотря на явную усталость, первым все -таки высказался Максим Сергеевич:

- Ничего так, симпатичная и ножки класс! - констатировал он, а я задохнулась от возмущения.

- Симпатичная я была в пять лет, а сейчас я сногсшибательная женщина, - и для наглядности перехватила скалку поудобнее.

Дадиани младший только хмыкнул:

- Хорошо я учту это! Завтра похороны в двенадцать, будь готова к одиннадцати. Я за тобой заеду.

- С чего такая милость? - не поняла я.

- Ты ведь Ёлка? Официантка из НОЭ? - я кивнула. - Славка мне говорил про тебя.

- Что говорил?

- Что ты добрая и красивая, как мама, и что должна быть Дадиани. Я последней фразе как - то значения не придал, видимо, зря… Пока еще не знаю, как он с Загсом вопрос решил, некогда было, похоронами занимался но, думаю, со временем разберемся.

- Я уже разобралась. Пресненский выездной Загс зарегистрировал наш брак без моего присутствия.