Подарок для Ёлки (СИ), стр. 51

загрузка...

- Ты уверена? Вдруг твоя тонкая душевная организация не выдержит потоков грязи. Ведь концерт рассчитан исключительно на тебя. Мне, что слону дробина

- Моя душевная организация выдержит и не такое, - заверила я Макса, - меня не феи цветочным нектаром вскармливали. А вот Вика твоя непорядочно поступает, Солнце ведь совсем недавно умер. И напакостить мне или тебе есть миллион способов, не трогая усопших.

- Я эту сучку, придушу лично, если встречу! - начал опять заводиться Дадиани.

- Даже не думай, - я залезла Максу на колени, - из-за дуры в тюрьму садится.

Дадиани сердито сопел, успокаиваясь, а я мысленно представила себе Викулю и выстрелила в неё из воображаемого пальца - пистолета. С удовольствием резко выдохнула и сдула дымок со ствола.

“Всё Викуля, для Макса ты труп, можно не волноваться. Даже если меня переедет поезд к тебе он точно не вернётся!” - подумала я.

- Насколько я тебя поняла, опровержения не будет?

- Нет, много чести! - отрезал Макс.

- В любом случае, десяток человек найдется, которым ты захочешь объяснить ситуацию? - продолжила я, вдохновлённая кивком Макса. - Как тебе такая версия? Мы с тобой давно встречались, а с Вячеславом дружили. Твой брат просто мечтал, чтобы мы с тобой поженились. Когда мы с тобой, якобы поссорились, Солнце предложил мне расписаться с ним и стать Дадиани, тебя позлить! Я в сердцах согласилась, мы зарегистрировали фиктивный брак, но жила я у себя. После смерти всё вскрылось, и мы помирились на похоронах. Что скажешь?

- Более развернутый вариант? Для друзей и коллег? Пойдет, - согласился Макс.

В этот момент зазвонил офисный телефон, Дадиани ответил:

- Да, жду, пусть в переговорную заходит, - положил трубку на место и снимая меня с колен, пояснил: - адвокат приехал. Документы для нотариуса готовы и договор сейчас подпишешь. Счёт в банке на тебя уже открыли, через пару дней карту привезут. Пока снимай со Славкиной по максимуму. После вступления в наследство через шесть месяцев, придётся пошлину платить на остаток.

Мы с Максом пошли в переговорную. Адвокат оказался полноватым мужчиной лет пятидесяти в дорогом костюме, с удлинёнными волосами, закрывающими уши, с крупным носом и полностью седой. Бодро поздоровался с Максом, представился Михаилом Наумовичем, поцеловал мне руку, выразил соболезнования.

Со словами: “Приступим!” - шлёпнул портфель на стол начал доставать документы, ещё часть принесла Марина, и сверху положила мой паспорт.

Дальше подписывала кучу бумаг. Трудовой договор на работу и договор на распределение прибыли от реализованных патентов, с правом приоритетного выкупа. Я рылась в этой стопке, усилено морща лоб, и стараясь вникнуть, под чем же я подписываюсь, Макс с Михаилом Наумовичем, пили кофе и перебрасывались не совсем понятными мне фразами, пока речь не зашла обо мне.

- Прелестная девочка, да к тому же, наследница. Дождёшься, уведут!

- Не успеют, - хмыкнул Макс, - я жадный.

- Зачем я это подписываю, - влезла я в мужской разговор, - давай я завтра откажусь от наследства и всё.

Глаза адвоката резко округлились и полезли на лоб.

- Вот как значит? - он вопросительно посмотрел на Макса, тот только плечами пожал и, улыбнувшись, пододвинул мне бумаги обратно под нос.

- Ксюша, пиши, не отвлекайся!

Михаил Наумович еще немного покрякал, допил кофе и вкрадчиво так спросил у меня:

- Ксения Анатольевна, а вы осведомлены о стоимости своего наследства и его количестве?

- Да, конечно, я так понимаю квартира и патенты.

- Прекрасно, - обрадовался адвокат, - а стоимость квартиры вам известна?

- Приблизительно. Именно она меня и пугает, что мне теперь её сторожить сидеть? В мои планы это не входило.

- Какие ещё планы? - напрягся Макс.

- Я для чего языки учу, - терпеливо начала я объяснять двум бестолковым, - путешествовать хочу, мир посмотреть, в жизни сама хочу всего добиться. Ты же смог, и я попробую!

Посмотрела на Макса, нахмурился, понимать меня не хочет.

- Я самостоятельный человек, уже давно. Не люблю просить и зависеть.

- Вот как раз с наследством и сбудется твоя мечта, - сообщил злющий Дадиани, чую сейчас поругаемся.

- Это не моё наследство, оно твоё, я Солнцу никто!

- Ксения Анатольевна, - Михаил Наумович, с радостной улыбкой влез в нашу милую беседу с Максом, - скажите мне, пожалуйста, как вы относитесь к брачному договору?

- Положительно, - просияла я в ответ, - с одним обязательным пунктом!

- Это, с каким же? - поинтересовался этот хитрый лис, поглядывая на Дадиани.

- Дети в случае развода, остаются с матерью! - и я размашисто подписала очередной лист договора.

Посмотрела на Макса, тот с улыбкой глядя на адвоката, отрицательно помотал головой. Михаил Наумович закатил глаза и сообщил:

- Максим Сергеевич, ты попал!

- Нет, - сообщил Дадиани.

Я подняла на него глаза.

- Что нет? Это значит не с матерью? Или не попал?

- Нет, это значит, Дадиани не разводятся! - отрезал Макс.

Вопрос с разводами благоразумно решила не поднимать, с учётом повышенной смертности от неестественных причин в семействе Дадиани. Они до них просто не доживают.

Глава 13

Я молча подписывала бумаги. Макс с адвокатом продолжали перемигиваться и общаться полунамёками. Закончив с договором, отодвинула его и решила дать мужчинам поговорить.

- Я немного проголодалась, - сообщила, глядя на Макса, - пойду в ресторан, вам заказать что-нибудь?

- Я с удовольствием составлю вам компанию в следующий раз, сегодня у меня еще одна встреча, - вежливо отказался Михаил Наумович.

Макс попросил стейк и десять минут времени. Я прихватила сумку и отправилась в ресторан, расположенный на первом этаже офисного центра. Быстро спустилась на лифте, выбрала свободный столик, подозвала официанта, отдала заказ. Только достала телефон, чтобы позвонить Ларке, как за мой стол, без приглашения уселся незнакомый мужчина. Я сердито вскинула глаза. Извините, как же, незнакомый, визитку давал, точно помню. Осталось вспомнить, что на ней было написано.

- Здравствуйте, э-э-э… - выдала я, напрягая память.

- Эдуард Саркисян, - кусочек картона с затейливой вязью, вновь возник перед моим взором.

- Точно, припоминаю, ЗАО “Фрокс”. Мы с вами на награждении встречались. С удовольствием бы пообщалась, но, - я выразительно посмотрела на часы, - Дадиани Максим Сергеевич будет с минуты на минуту. Мне так жаль, - сообщила я, даже не моргнув.

- Сколько у меня времени? - мгновенно сориентировался мой собеседник.

- Минут пять, - сообщила я, посмотрев на часы.

- Хотел вас пригласить на ужин…

- Я в трауре, и никуда не выхожу!

- Если вам понадобятся деньги, позвоните мне!

- У Максима Сергеевича приоритетный выкуп, - решила я не затягивать наше общение.

- Вы уже подписали договор, даже не вступив в права наследования? - расстроенный Саркисян водил пальцем по столу. - Быстро Максим Сергеевич вас в оборот взял. Очаровал и голову задурил.

- Это вы сейчас о чем? - уточнила я.

- О том, что только мы с Вячеславом договорились о продаже патента и не одного, заметьте, как он умирает. Для всех сюрприз, гром среди ясного неба - вдова Вячеслава Дадиани. Один Макс не растерялся. Окружил заботой и раз, наследница, толком не успев вступить в свои права, уже подписала все необходимые документы.

- Врете, - постучала я кончиком ножа по столу, - Вячеслав не мог ни о чем с вами договориться, у него был точно такой же договор, как и у меня.

- Конечно, был. Максим Сергеевич очень предусмотрительный мужчина. Но Вячеслав Сергеевич был гений, во всех смыслах этого слова. Нестандартное мышление всегда помогает решить проблему, в любой отрасли. И если Вячеслав Сергеевич сказал, что хочет продать несколько, заметьте, собственных изобретений! То, надо полагать, он нашел, как обойти договор и оставить с носом своего удушливо - предприимчивого брата. Человек захотел жить собственной жизнью, даже женился без одобрения брата. Это о многом говорит…

Загрузка...