Волшебная книга Эндимиона, стр. 8

— У них улыбка красивей, — услышал он голос Дак и открыл глаза.

Он не заметил, как они с матерью подошли.

— Не хотите пройти до конторы привратника? — спросил он, глядя на мать.

Контора находилась возле главного входа, и туда привозили ежедневную почту. Может, будет письмо от отца? Правда, с утренней почтой его не было, но ведь сейчас уже далеко за полдень.

— Лучше пойдем в большой парк, — сказала миссис Уинтерс, заслоняя лицо рукой от яркого солнца. — Сегодня выдался такой чудесный, совсем летний день. После всех дождей… А ты сбегай, Блейк. Мы подождем тебя здесь.

Да, день сегодня что надо! Не хочется возвращаться туда, где они сейчас живут и где он до сих пор не чувствует себя уютно. Там сыро и мрачно в любую погоду, и при любой погоде нет ни телевизора, ни компьютера. Какая же это жизнь?

Он побежал за почтой: письмо отца должно, просто обязано сегодня прийти. В Оксфорде они уже больше двух недель — сколько же оно может лететь через океан? Он написал отцу уже несколько открыток, только не сумел рассказать обо всем, о чем хотелось: почерк у него такой — не успеет начать, как на открытке уже не хватает места для продолжения и приходится брать вторую, третью… Кроме того, он не знает, что можно, а чего не следует писать, чтобы не обидеть отца. Например, о том, что ему здесь все интересно и хотелось бы задержаться подольше, или наоборот — что он скучает по дому и мечтает поскорей вернуться. И то и другое — чистая правда, но как она подействует на отца?

Блейк вспомнил, как отец печально улыбался, когда провожал их, хотя до этого говорил, что Оксфорд — жутко интересное место, есть на что посмотреть, и вообще, путешествовать необходимо всем людям, в любом возрасте.

Волшебная книга Эндимиона - subtitle.png

Когда Блейк прибежал к флигелю привратника, то увидел, что почта уже прибыла и ее раскладывают по алфавитным гнездам. Окончания этой работы уже ожидал человек с густой темной шевелюрой, в скрипучей кожаной куртке, с мотоциклетным шлемом в руке. Блейк содрогнулся: было похоже, что тот держит свою отрезанную голову.

Мотоциклист в нетерпении постукивал пальцами по конторке, Блейк оглядывал комнатушку. Внимание его привлекло большое объявление на стене, сообщавшее, что здесь, в колледже, проводится ежегодная конференция членов Книжного сообщества «Экслибрис»[2], в которой примут участие сэр Джайлз Бентли и профессор Маршан, они расскажут о своих новых книгах.

Это напомнило Блейку о книге с пустыми страницами, которую он обнаружил, и он подумал, что, наверное, этому «Экслибрису» было бы интересно заняться его находкой. Рассказать им о ней, что ли?..

Привратник Баррет закончил разборку почты, извинился за проволочку и попросил темноволосого мужчину назвать себя.

— Профессор Маршан, — сказал тот таким тоном, словно удивлялся, что его могут здесь не знать.

Блейк посмотрел на него с интересом: тот самый, о ком говорится в объявлении? Мужчина поймал его взгляд и подмигнул ему. Блейк покраснел.

— Да, это я, — дружелюбно признался профессор и поспешно прибавил, кивая на высокую худую женщину, только что вошедшую в контору: — А это доктор Адриенна де Йонг из Кустеровского института в Голландии.

Собственно, эти сведения предназначались не для Блейка, на кого он смотрел в это время, а для привратника, потому что в его обязанности входило регистрировать прибывающих на конференцию, выдавать им папки с необходимыми документами, планами для передвижения по территории университета, входными кодами и ключами от комнат. Что привратник и сделал, а после ухода ученых обратился к Блейку.

— Вот видишь, целый божий день едут и едут! У меня уже голова кругом. Подумать только, как много людей отрываются от своих дел из-за нескольких старых книжек с непонятными названиями.

Он показал пальцем на объявление о конференции, где эти названия были перечислены.

Блейк мельком взглянул на них, но тут же перевел взгляд на окно, за которым увидел, как эта долговязая тетка из Голландии, согнувшись пополам, гладит Мефистофеля. (Господи, он всюду, этот кот!) И потом Блейк услышал рев мотоцикла — значит, профессор отбыл. Интересно, села позади него эта ученая женщина? А мать самого Блейка села бы на мотоцикл?

Его мысли прервал голос привратника.

— Ну что, парень? Чем могу помочь?

Только сейчас Блейк разглядел, что мужчина совсем не молод, что у него небольшое пятнышко усов над губой и татуировка в виде большого дракона на правом запястье. А на левом — зеленого цвета якорь.

С надеждой глядя на темное отверстие деревянного шкафчика под буквой «У», Блейк сказал:

— Может, пришло мне письмо? Фамилия Уинтерс. Имя Блейк.

Ему хотелось получить личное послание от отца. Чтобы тот обращался только к нему, и чтобы отцовским почерком там было написано, что все в порядке, все хорошо — было, есть и будет.

Пока привратник рылся в корреспонденции, Блейк обратил внимание, что в одном из углов стоят чемоданы приехавших, видимо, на конференцию — из самых разных стран: Австралия, Индия, Россия, Япония… Нет только чемодана Кристофера Уинтерса, США. Его отца. А почему? Чем он хуже других? И разве у него не найдется, о чем им всем рассказать? Наверное, мама просто не захотела, чтобы он поехал? Или они опять поругались?..

— А знаешь, Уинтерс, для твоей семьи есть письмишко.

Привратник протягивал конверт. Ух! Сердце у Блейка радостно забилось — наконец-то!

Он схватил письмо, но тут же понял, что оно не из дома. Не от отца: на конверте не было обычных для авиапочты полосок, и почерк совсем не отцовский, а какой-то мелкий, торопливый. У отца он красивый, отчетливый. И очень занятный — как картинки про животных. Одна буква похожа на слоновий хобот, другая — на жирную сову, сидящую на ветке. Да и вообще, все, за что он ни возьмется, становится интересным. Только почему-то не все это замечают.

Письмо, которое Блейк держал в руках, было адресовано его матери. Точнее, матери и ее ребенку: «Джульет Сомерс с ребенком» — так значилось там. Собственно говоря, это было вовсе не письмо, а приглашение на какой-то званый вечер.

— Что тебя расстроило, парень? — спросил привратник. — Другого письмеца ожидал? Его еще пишут, но оно тоже придет. Не расстраивайся.

— Да, спасибо, — ответил Блейк. — Может, завтра… Я зайду.

Почему мама сообщила здесь свою прежнюю, девичью фамилию? — думал он на обратном пути. Может, просто ошиблась и случайно написала ее? Но он знал, мать не из тех, кто ошибается, да еще в таких простых вещах. А что касается «ребенка», о котором написано в приглашении, так он давно уже не ребенок, и, значит, они приглашают его сестру. Ну, и пожалуйста. Очень они ему нужны… Без них проживет…

Волшебная книга Эндимиона - dragon.png

Глава 3

— Это напоминание об ужине сегодня вечером, — сказала Джульет Уинтерс (она же Сомерс), когда Блейк вручил ей приглашение. — Вы двое тоже приглашены, не думайте, — добавила она. — Вместе с почетным гостем, сэром Бентли. — Это она так пошутила.

Дак восторженно подпрыгнула и поскакала вперед, а Блейк поплелся сзади. Ему совсем не улыбалось сидеть и скучать со взрослыми, которые будут, он уже это знает, либо хвалить мамины научные книжки, либо восхищаться умственными способностями Дак. Или тем и другим вместе. Его же почти не заметят. Кроме того, он не хочет, чтобы его считали сыном миссис Сомерс — он был и останется сыном миссис Уинтерс.

— В приглашении сказано только про одного ребенка, — проговорил он в спину матери. — Зачем мне идти?

— Тебе нужно пойти, — не оборачиваясь, сказала мать. — Насчет одного ребенка — это просто упущение или опечатка. Знаешь, как у них бывает?

Нет, он не знает и не хочет знать, как у них бывает, и не имеет ни малейшего желания идти туда.