- Пристав Кобур?

- Эээ… ммм… в-вы п-проснулись?

- Что происходит?

- Р-разбойникии! Нап-пали!

Сбросив остатки сна, я выглянула в дверной проём. Около повозки в красном снегу лежал один солдат-охранник, второй дрался с двумя нападавшими. Ещё дальше, двое с замотанными шарфами лицами поднимали заряженные арбалеты. Я едва успела пригнуться.

- Материал? – вцепилась я в пристава.

- В-вот, - Кобур показал шкатулку в трясущихся руках, - целый…

Я выхватила ящичек. Цапнула мохнатый шиворот. Свернула пространство.

Мелькнули очертания леса, под ногами взметнулся снег. Дальше, дальше, дальше, на сколько хватит сил…

…всё. Так, где мы? А, ворота в Пещерный.

- К-как?...В-выы… ввы.. кккто…? – проговорил пристав, в ужасе глядя на меня.

- Тарвол в пальто, – я села в снег, - фух…

- Надо страже сказать! – засуетился Кобур, – страже, да… страже… И, прошу вас! Материал. Будьте добры, дайте… дайте сюда. Дайте обратно!

Ишь ты! Я подняла шкатулку, протянула приставу. Хм. А ведь это второй футляр из трёх, и ключ в замке… Стоп, а разве он не у одного из охранников должен быть? И где верхняя шкатулка? Какого черта здесь происходит?!

- Верноподданная Адани, поторопитесь встать! – рявкнул Кобур, – еще на гусеницу надо успеть!

Да чтоб тебя монторпы разорвали! Я поднялась, стряхивая снег, и тяжело посмотрела в спину приставу. Тот торопливо шагал к воротам, вжимая голову в плечи на каждом шаге, словно ждал нападения со спины.

Разбойники, говоришь. Ну-ну.

Интерлюдия VII. Архив Инквизиции. Центр

Адресату по табелю «413»

Срочно/вне очереди

Лично

Регистрированный канал связи «1016»

получено 3 дня Чёрного солнца 258 цикла от Воссияния

Настоящим докладываю, что второго дня Чёрного солнца, на истёке закатного часа, замечена активность на объекте наблюдения «старая церковь» в затопленном квартале. Несколькими транспортными жуками доставлен некий груз и выставлена вооруженная охрана из неопознанных лиц. Один из жуков нес смытые, но читающиеся знаки принадлежности к стойлам Предвратного монастыря.

Напоминаю, что указанный объект наблюдения ранее неоднократно использовался контрабандистами из банды Шуро, разгромленной в прошлом сезоне при содействии служащих указанного монастыря. Нынешние действия идут в разрез с практиками, используемыми контрабандистами. Настоятельно рекомендую поднять ранее собранный материал.

Жду дальнейших рекомендаций.

Да не омрачится лик Великого Апри.

Полевой сотрудник №195

Срочно/вне очереди

Регистрированный канал связи «ОЦ»

получено 3 дня Чёрного солнца 258 цикла от Воссияния

Внимание всем полевым агентам, работающим в столичном секторе.

В связи с гибелью по неустановленной причине сотрудников №195 и №38, приказываю усилить бдительность.

Да не омрачится лик Великого Апри.

Адресат по табелю «413»

Глава 28. На круги своя

Аркан VII. Колесница. Глава 28. На круги своя

Вот и все дела. Официальная делегация суда встретила на вокзале степенно и торжественно. Лопаясь от серьезности, пристав Кобур сумбурно выложил краткий доклад. Потом - обмен дежурным кряхтением, благодарности за оперативную работу, обещание скорейшего разрешения дела... Индюки напыщенные. Хоть бы кто объяснил, что конкретно происходит, почему перебои движения змей, нервное шушуканье в вагонах, испуганные взгляды и ни одной газеты на стойках?

Я отвернулась от окна, откинулась на сиденье возка. Интересно. Очень интересно. Сколько едем, а всего десять человек на улицах насчитала. Десять. И это середина дня. Праздничные дни года. Всеобщий выходной. Я чего-то не понимаю, или в здешней Столице даже праздники не как у простых людей? В Хейдар народ веселился на улице дни напролёт, невзирая на мороз, а тут только какие-то странные личности по углам. Даже у кабаков народу не видно. Мы что-то прошлёпали под снегопадом?

Окна первого этажа Алебро светились в сугробах. На мембранах входной двери вились ледяные узоры неприличной формы. В холле, как обычно, за стойкой отирался дежурный. Я вписалась и моментально получила ключ – номер на моё имя заказали заранее.

Подхватив сумку, начала подъем. Лестница скрипела. С цветастых, но понурых картин жалобно смотрели непропорциональные люди и скособоченные дома. Что я здесь делаю, боги? Мне бы книги про снаряжение изучать, всякие навыки выживания в горах выведывать. А я всё работаю - не понятно на кого, не понятно, за что. Уж точно не за деньги. Вот и дверь номера…

- Поздравляю, Кетания. Миссия выполнена, материал сохранён, - в кресле у камина расположился магистр Паприк.

Кто бы сомневался!

- Одно «но» - пристав Кобур резво побежал искать вашу родословную. Не слишком ли вы неосторожны?

- На нас напали из-за материала? – спросила я, устраиваясь в соседнем кресле.

- Хотели подменить, - кивнул Паприк, и задумчиво повертел в руках кочергу.

- Кобур?

- Мелкая сошка. За ним более серьёзные люди, - магистр поворошил угли и с силой разбил несколько особо крупных.

- Хм… такая явная подстава с разбоем? Зачем так сложно? Мог и сразу подменить.

- Это не так просто, как кажется. Особенно на глазах у охраны. Для этого нужна ловкость, а не… гм… не Кобур.

- Да уж. Откуда он вообще несуразный такой… А теперь?

- Побоятся, - Паприк со вздохом откинулся на спинку кресла, - сейчас всё на виду и под нашим присмотром, причем с нескольких сторон. Нет. Всё закончится так, как идёт.

- Угу, - закивала я, изо всех сил сдерживая улыбку.

- Не расслабляйся, - строго сказал магистр, и впервые посмотрел в мою сторону.

Тяжёлый взгляд давно не смыкавшихся глаз вдавил в кресло.

- Как тебе город, сестра?

- Пустовато для праздников. Что происходит?

- На первый день Нарождения произошел взрыв на Центральной ярмарке, рядом с собором. Раскидало толпу паломников, многих убило на месте. Из-за отравленных осколков люди в больницах умирают до сих пор.

Я тряхнула головой. Боги. И здесь...

- Сопротивление?

- Пока не понятно. Слишком серьезно для них. Да и сопутствующее какое-то… странное. Мы подключаем дополнительные силы, но это требует времени. Официальной версии случившегося пока нет.

Магистр пошевелил угли, поднимая удушливую волну пепла. Затем усмехнулся и тяжело вздохнул.

- А если и будет – что толку? Чем дальше, тем меньше нужны наши заявления. В обществе уже масса слухов, от недееспособности власти до проклятия Апри за грехи. Вот, полюбуйся.

Паприк протянул цветастый листок. С доходчивым пафосом сельской проповеди, в нём говорилось, что Всесогревающий Господь проклял всех: Зрячих – за кровосмешение и гордыню, дворян вообще – за высокомерие и стяжательство, полноценных людей - за угнетение Перерожденцев, которые суть величайшее прегрешение против живой Планеты, а терпению её приходит конец.

- Что за бред? – фыркнула я.

- Ересь. И большие деньги, потому что разбрасывали листовки не руками по подъездам, а с неизвестного птицеящера по улицам. Видишь, как чужие рога и копыта покоя не дают... Эх. Было бы смешно, если бы не было так грустно. А, ладно, - Паприк поднялся с кресла, разминая ноги, - отдыхай пока. Ты хорошо поработала. Заседание назначили на послезавтра. Курьер с повесткой трется внизу. Спокойной ночи.

***

На суде я присутствовала как понятой по изъятию материала крови и сидела в компании каких-то помятых типов на одной из скамеек у стены. В ожидании «представления» я оглядывала зал. Высокое светлое помещение, оштукатуренное желтым, сеяло навязчивые мысли о вине. Тотальной, всепоглощающей, всеобъемлющей и безусловной вине. Вине всех перед всеми. Вине просто за то, что живёшь.

загрузка...