Однако, большую часть времени монах оставался более-менее нормален. Мы сидели у камина, ведя неспешные разговоры о Переходах, кинжалах и мирах. Перерожденцы вообще делали хозяйственные дела бесшумно и споро, и старались лишний раз не попадаться на глаза.

И всё же, дверь в келью я запирала накрепко.

Глава 3. Беглое пламя

Аркан 0/XXII. ШУТ. Глава 3. Беглое пламя

Привычные декады - отрезки по десять дней - в Мерран именовали Гариями. Со дня моего прибытия прошла дюжина этих отрезков. Стало теплее, чёрный диск солнца превратился в ослепительно-белый серп. Дни стали светлее, снег темнее, в небе появились облака. От тепла зацвёл сарфум, местный мох. На каждой его колонии-нашлёпке, вылезло по нескольку коробочек иссиня-красного цвета, которые лопались при приближении человека. Когда я в очередной раз получила в нос облако вонючих спор, и одолела лестницу, перескакивая через три ступени, то окончательно поняла: нога восстановилась. Пора сваливать.

Феррик новость не одобрил, но поделать, конечно, ничего не мог. Вещей у меня особо не было, так что сборы получились короткими. Имей я мозги, ушла бы сразу. Однако я обещала помочь привести храм в порядок после зимы - кадаргам заходить туда не разрешалось, а дряхлому монаху, конечно, в одиночку тяжело. Решив отблагодарить старика за заботу, осталась ещё на пару дней.

Мы с Ферриком стояли с северной стороны круглого алтаря, и складывали тончайшее покрывало. По местной традиции, эта непроницаемо-чёрная ткань всю зиму прятала огромный позолоченный шар – символ Великого Апри, единственного бога. Шар этот висел в центре храма на колонне свернутого пространства – уму не постижимо, но факт. Феррик, конечно, про технологию сказать ничего не мог, всё объяснял чудом. И сейчас, когда зимнее затмение приблизилось к концу, священное покрывало полагалось снимать и прятать под алтарь до осени, когда небесный монторп, а точнее, соседняя планета Атум, начнёт «пожирать» бога-солнце вновь.

Улыбаясь, я представляла, как вернусь домой. Хотя сначала до нужного Зеркала, точнее, гобелена, добраться надо. Плутать ещё по этим заброшенным комнатам, пока выход не найду. Но я найду, не будь я Кадмор. Ну а там… Всех в крови утоплю. На собственных кишках повешу. Отвратительная казнь, согласна. Но тут по делу. С нами-то никто не церемонился…

Под размышления работалось споро, даже тусклые светильники и шепелявое бормотание Феррика нисколечко не раздражали. Прохладный воздух храма приятно щекотал кожу головы: я коротко постриглась перед дорогой, с удовольствием избавившись от надоевших волос.

Но, как говорится, много думаешь - мало получишь.

Мы уже почти свернули полотно, как входная дверь резко распахнулась. В храм заскочили несколько человекоподобных фигур, все в одинаковых серо-зелёных штанах и куртках, лица закрывали полупрозрачные маски. В руках - что-то, похожее на арбалеты.

- Духи! – взвизгнул монах и замахал костлявыми руками.

Упасть на пол, перекатиться за алтарь. Глухой удар возвестил о падении Феррика. Вот старый идиот!

Свист дротиков, или чего там, замолк. Несколько повелительных выкриков на Простом мерранском языке. Пауза. Менее требовательно, на Высоком наречии, и с жутким акцентом:

- Встать и выйти!

Взвесив шансы на побег по пустому залу, я медленно поднялась.

Мы сблизились на нижних ступенях приалтарного возвышения. Один из людей вышел вперёд.

- Оружие, - кивнул он на кинжалы у пояса.

Стиснув зубы, я отдала клинки. Двое, что держали меня на прицеле, отвели арбалетные скорострелы.

- Имя?

- Ээ… Элора.

- Статус? Быстро!

- Послушница.

- Выжившие?

- Я и он… Был.

- Перерожденцы?

- Трое.

Говоривший махнул рукой. Один из бойцов присел рядом с Ферриком и воткнул в локтевой сгиб монаха что-то, похожее на толстую колбу с иглой на конце. Полилась кровь. Старик вздохнул, всхрапнул, и я с облегчением поняла, что тонкие полосатые дротики смазаны чем-то усыпляющим, а не ядом.

Другой солдат с такой же колбой направился ко мне. О Небесный Воитель, это же не колба, а муха! Наполовину стеклянная.

- Где мертвые?

- Т-т-ам…

Я махнула в неопределенном направлении, не отрывая взгляда от приближающегося жала. К горлу подступила тошнота. Муха. Трупная. Величиной с ладонь. Я попробовала отстраниться, но тщетно. Впрочем, процедура закончилась быстро и почти безболезненно.

- Веди!

Поскольку сила всегда компенсирует вежливость, я спустилась с алтарных ступеней и пошла к выходу из храма.

***

Воздух полуденного полумрака пропитал острый запах растоптанного снега. То тут, то там, горели закреплённые в настенных держалках факелы. Люди в серо-зелёной форме и масках сновали по проталинам. За плечами у каждого - металлический заплечный мешок, в руках – длинная металлическая труба, соединенная с мешком толстым ребристым канатом. Незнакомые устройства угрожающе бряцали при каждом шаге. На прихрамовом дворе испуганно мычали вологоловые кадарги, которых согнали в кучку и куда-то вели.

Тычок в спину. Я шла, хлюпая осколками ледка на лужах. Вот почему вчера не ушла, а? Старика пожалела с этим его полотном. И что теперь? Попала по полной программе. Чужой мир, чужие законы. Мухи ещё эти, бррр…

Тяжёлые резные двери монастырской усыпальницы оказались заперты.

- Тела там?

- Да. А ключ у Феррика, наверно.

Несколько гортанных звуков, взмах рукой. К нам подбежали двое бойцов с серебристыми заплечниками. Чёрные раструбы наперевес, столб ослепительно-зелёного огня, клубы смрадного дыма. В резной створке появилась дыра. Ничего себе стабилизация Пламени!

Меня толкнули в обратном направлении.

- А ну пошла.

Сопротивляться смысле нет: пространство открытое, их много, все вооружены. Хм. По всем признакам похоже на зачистку. Должно быть, санация после эпидемии. Только заражённых здесь нет, скоро в этом убедятся. А дальше что? Мародёрство? Глазки-то характерно блестят. Храм вряд ли разорят, тут с этим, вроде, строго, но по кельям и хозяйству порыскать могут. И допрос устроят наверняка: за спасённых и здоровых полукровок, скорее всего, вознаграждение дают. Жаль, не знаю имён сбежавших бастардов, прикинулась бы «ценным материалом». А так просто какая-то послушница получаюсь… А кстати, какая?

Не успела я на всякий случай придумать себе легенду, как мы обогнули храм и приблизились к его главному крыльцу. На нём теперь стояло несколько раскладных стульев и стол, за которым сидели двое без масок и рюкзаков. Судя по золотым нашивкам в виде солнышек и тому, как подтянулись бойцы по бокам от меня, офицеры. Они листали какие-то книги с разлинованными страницами.

- Итак, ещё раз. Имя, статус крови, положение?

А также срок пребывания в монастыре, когда и как пришла болезнь, почему старик спятил, как умирала братия, где полукровки, и прочая лубудень. Отвечала я вяло, повторяла по два раза, и периодически имитировала транс, в какой любил впадать Феррик.

Наконец, офицер что-то пробормотал на Простом наречии, сплюнул и махнул солдатам. Ни слова не говоря, те снова взяли меня под конвой. Мы опять обогнули храм. По дороге я несколько раз споткнулась, заглядевшись на развороченные двери склепа. В глубине полыхало пламя. Ветер донёс смрад сжигаемых трупов. Да уж. Зачистка образцовая, по всем правилам.

Вскоре меня втолкнули в одну из келий, вырубленных во внешней стене обители. Сразу за дверью, Феррик стоял на коленях перед солнечным диском, подрагивая костлявыми плечами. Чуть дальше, трое кадаргов забились в угол у кровати, бычьи головы на человеческих плечах казались нелепыми, как никогда. Существа прядали ушами, дёргали копытами, и тихо мычали от страха.

- Монстры сии есть отражение мощи разума человеческого, – любил говаривать Феррик, - милостию Великого Апри вся планета подчиняется нам.

Сейчас, однако, этот кусок планеты подчинялся огню.

***

Толстая и крепкая решетка не поддавалась ни на ноготь. Устав искать пути побега, я лежала на жесткой койке, и со злостью слушала перекличку - окна нашей «тюрьмы» выходили как раз на прихрамовый двор. Не надо знать язык, чтобы понимать происходящее. Общий сбор… проверка… деление на группы… разошлись… приступили…