Прекрасная помощница для чудовища (СИ), стр. 1

Виктория Свободина

Прекрасная помощница для чудовища

Черновик

ГЛАВА 1

— Чудовище, — томно и вместе с тем тоскливо вздыхают мои подруги, провожая взглядами одного из учредителей нашей компании.

Тоже посмотрела вслед мужчине. Красив, этого не отнять. Любоваться издалека — одно удовольствие, но лучше только издалека. Кличка Чудовище не зря приклеилась к Виктору Гайне. Но мне сейчас не до размышлений о чудовищном характере этого воротилы. Меня мучают проблемы куда более приземленные.

— Лерочка, а ты чего сегодня какая‑то неразговорчивая и грустная? — внимательно посмотрела на меня Оксана — главная сплетница в нашем отделе. Только и ждет возможности поживиться новой сплетней и что‑нибудь разнюхать.

— Да вот, ноготок сломала, — гордо продемонстрировала Оксанке указательный палец.

— А, понятно, — скисла коллега и вновь уткнулась в свою чашку с кофе.

После обеда мы с девочками вернулись на свои рабочие места. Села в свой закуток, открыла отчеты, недавно найденную статью про зверства коллекторов — это может скоро стать актуальным: папа что‑то слишком беспечно относится к взятым на себя обязательствам по кредиту. Зевнула… и поверх всех окон открыла книгу с детективом. Прочитаю только пару страниц — там до финала совсем недолго осталось. Главное, чтобы эти 'несколько' страниц не переросли в сотню.

— Лер, тебя начальник вызывает, — проходя мимо, сообщила Маринка — моя коллега.

Ну вот. Вновь расстроилась. Только после обеда настроение улучшилось. Опять он. Сколько можно?

Поплелась к начальнику, куда деваться.

— Лерочка, — приторно улыбнулся мне лысеющий невысокий пузан — мой шеф Павел Дмитриевич. — Что же ты не заходишь? Я уже давно жду от тебя последний отчет по продажам.

Ага, как же, знаю, чего он ждет.

— Отчет еще не готов, Павел Дмитриевич.

— Очень плохо. Лерочка, в последнее время ты совсем перестала меня радовать.

Мужчина встал и направился ко мне, скромно притулившейся на стуле. Не — е-ет! Только не это.

'Стой! Я тебе приказываю! Сто — о-ой!'.

Увы, я не экстрасенс, так что мысленное внушение не сработало. Шеф подошел к моему стулу вплотную, пузом трясь о мое плечо. Отодвинулась на самый кончик стула.

— Лера, хватит уже играть со мной в эти игры. Мы оба взрослые люди.

Мужчина кладет мне руку на плечо и начинает меня гладить. Все, хватит это терпеть!

Вскочила с места, дав шефу по рукам.

— Павел Дмитриевич! Вы мне не нравитесь. Перестаньте ко мне приставать!

— Лерочка, — мужчина казался не впечатленным моим выпадом и встал так, что перегородил мне выход из кабинета. — Давайте поговорим начистоту. Вы мало что из себя представляете в профессиональном плане, и на ваше место в столь успешную компанию найдутся сотни претенденток.

— На что вы намекаете?

— Ни на что, Лера. А еще я в финансовом отделе навел справки — на вас есть обязательства по ипотечному кредиту, и потеря работы может весьма печально сказаться на вашем благополучии. Не так ли?

— Чего вы хотите, Павел Дмитриевич?

Этот самый Павел Дмитриевич подошел ко мне, обдав приторным запахом своего парфюма.

— Лерочка, вы весьма привлекательная девушка, но совсем этим не пользуетесь. Вы безынициативны, в вас нет желания пробиваться наверх. Сидите постоянно за своим компьютером. Очень зря. Скоро я ухожу на повышение, мог бы порекомендовать вас на свое место — образование у вас хорошее, стаж, опять же, уже достаточный, работу отдела вы знаете.

Мужчина взял меня за руку и стал поглаживать ладонь. Меня чуть не стошнило. Вырвала свою руку и отошла подальше от приставучего начальника.

— Чего вы хотите, Павел Дмитриевич? — повторила я свой вопрос.

— Я хочу, чтобы вы приняли правильное для себя решение, Лерочка. Через две недели я уезжаю в командировку на месяц в Китай и могу взять вас с собой. Подумайте, такой шанс выпадает немногим. Во время поездки я заодно вас подучу, чтобы вы смогли стать достойной начальницей отдела.

Теперь это так называется?

— В общем, Лера, у вас есть время еще подумать. Пока можете идти. Но знайте, я очень не хочу увольнять такую хорошую девушку, но вы должны доказать мне, что готовы проявлять инициативу.

Начальник оглядел меня сальным взглядом и разве что не облизнулся.

Выпорхнула из кабинета, словно отпущенная на свободу птица из клетки. Ужас.

— Лерочка, ты почему такая бледная? Тебе плохо? — встревоженно спросила Анна — секретарь Павла Дмитриевича.

— Да, я… что‑то плохо себя чувствую. Голова болит.

— Таблеточку дать? — участливо поинтересовалась немолодая женщина, в ее глазах я вижу понимание. А еще сочувствие. Похоже, для Анны не секрет, что творится за дверями кабинета ее непосредственного начальника.

— Нет, спасибо.

— Тогда, может, домой поедешь? Ты вроде на западе живешь, за городом? Вот, возьми бумаги, отвезешь в четвертый филиал, это наверняка от тебя недалеко, и можешь быть свободна. Павлу Дмитриевичу, если спросит, где ты, я объясню, что ты плохо себя чувствовала, и я попросила мне помочь с бумагами.

Схватила протянутую мне увесистую папку дрожащими руками.

— Спасибо, я поеду.

— Езжай, Лерочка. И знаешь… будь поосторожнее с Павлом Дмитриевичем. Помнишь Ольгу? Ту, что вышла в декрет? Так вот, ей начальник много чего обещал. Она все ходила, задрав нос, думала, большой начальницей станет. Ну вот, ни одного обещания не выполнил, так еще и ребеночка не признал. Хорошо, не уволил. Галочка еще была. С ней совсем плохая история вышла. Уволили ее, и без пособия, с неприятной записью в трудовой. Ходят слухи, что Павел Дмитриевич к Ларисе клинья подбивал, но обломался — у нее связи на высшем уровне оказались.

Анна совсем понизила голос, хотя и до этого говорила шепотом.

— Говорят, у Ларисы любовник среди руководства фирмы, но кто — неизвестно.

Секретарь — это просто кладезь сплетен.

Приехала домой в отвратном настроении. Сейчас бы закрыться в своей комнате и подумать, как выйти из сложившейся ситуации, но не судьба. Дома оказались не только отец, но и его новая жена с моими 'сестричками'. Вот я удивляюсь, почему работаю одна я и отец? И то, папа все больше у себя в мастерской сидит и ваяет картины, которые, конечно, гениальны, но современниками не поняты, а потому и продаются плохо. А раньше ведь папа был куда как популярнее, были и выставки, и гранты, много частных заказов, и это пока не женился и Наташа не стала петь ему по поводу его исключительности и гениальности, советуя не прислушиваться к 'низам' и давать советы, как надо писать картины.

— Явилась, — сморщилась Наталья — собственно, жена папы. Сидя за столом, женщина с царственным величием поедает недешевое такое блюдо из морепродуктов. Наверняка опять из ресторана еду заказывала. Нет, я не злая, просто наболело и день плохой. — Почему так рано?

— Документы в филиал отправили отвозить. Обычно это долго, но тот, в который я ездила, не так далеко отсюда.

— Понятно. Тут счета пришли за дом. Лежат на письменном столе в твоей комнате. Надо оплатить.

— Мне?

— Конечно, это ведь твой с отцом дом, вы его на двоих в кредит оформили.

— А ничего, что вы в этом доме живете и в куда большей степени пользуетесь всеми благами цивилизации в виде электричества, тепла и воды? Между прочим, отец выбрал такой большой дом специально по вашему требованию — престиж, как‑никак. А кредит оформлен на меня и отца, как на единственных работающих людей в этой семье.

— Девочка, тебя же все раньше устраивало. Какая муха тебя укусила? — смешно округлила глаза мачеха.

Вот какая я ей девочка, а?

— Надоело просто. Отец из сил выбивается, пытаясь заработать денег, чтобы погасить кредит, а вы только и делаете, что все тратите и живете на широкую ногу, хотя мы давно не можем себе этого позволить. У нас уже штрафные проценты по кредиту идут за неуплату. Гасим кредит практически только с моей скромной зарплаты, и этого не хватает. Хотите, чтобы нас коллекторы преследовать стали?

загрузка...