В предвкушении страсти (ЛП), стр. 45

Фейт закончила прогноз для «БлюЗ Индастриз», «Семтек» и «Лиллейн Контрактинг» и выключила триггерную панель.

— Я хочу прогуляться.

— Ясно.

Снаружи, скрытая большими деревьями, Фейт смогла наконец выдохнуть и вытерла ладони о джинсы. Они сменили обычное для неё платье из-за утреннего видения.

За ней идет ягуар.

Видение предупреждало: решайся. Но она уже сделала выбор, приняла его притязания. После сегодняшнего дня она никогда больше не вернется в этот дом, в привычное, безопасное место. Она не смогла выследить убийцу Марин — он не прельстился её лишённым маскировки разумом ни вчера вечером, ни сегодня утром — ей придётся покинуть ПсиНет. Месть останется за ней. Это она знала наверняка.

Вернувшись в дом, она сделала ещё три прогноза.

— Вы точно не перенапрягаетесь? — спросил Си Юнь после третьего.

— Думаю, на сегодня хватит. — Ей понадобятся силы, чтобы совладать с хищником, который идет за ней.

— Я могу послать к вам бригаду медиков.

— Не нужно. Я хотела посмотреть, как далеко простираются мои силы, учитывая рост психического потенциала.

— Разумеется. Вам надо было сказать мне заранее. Я перешлю вам результаты сканирования. По-видимому, мозг эффективнее управляет вашим телом во время предсказаний. Никаких признаков стресса.

— Отлично. — У неё возникла идея. — После такого выматывающего утра я буду спать очень крепко, так что, пожалуйста, проследите, чтобы меня не беспокоили хотя бы часов двенадцать, после того как я лягу.

— Я прослежу.

— Благодарю.

Понимая, что её поведение тщательно изучают на предмет отклонений из-за несуществующего стресса, Фейт старательно придерживалась обычного распорядка. Она прошла на кухню, налила в стакан высококалорийный напиток, содержащий большую часть необходимых ей витаминов и минералов, потом неторопливо съела два энергетических батончика. Затем она загрузила в личный органайзер обещанные результаты и уселась в гостиной, чтобы просмотреть их. Она твердо решила взять их с собой, когда сбежит. Скорей всего, это ее последняя возможность получить такие подробные сканы, а для любого Я-Пси они бесценны, поскольку на них нанесены все отделы головного мозга. Включая участки, наиболее подверженные распаду. Ведь, что бы ни случилось, она — Я-Пси, а это более высокий риск помешательства. Так было всегда.

Только через два часа она потянулась и отправилась в спальню, продолжая просматривать файлы. Оказавшись внутри, она отбросила притворство, быстро собрала в рюкзак кое-какие вещи, которые не хотелось оставлять. Их было немного: ее личный органайзер, голографическое фото Марин, загруженное из базы данных Пси-Клана, и фотография отца. С сегодняшнего дня он будет считать её предательницей, но при всей его холодности он был единственной постоянной величиной в её жизни, она будет по нему скучать. Сверху она бросила смену одежды. И всё. Печальный итог её жизни до настоящего момента.

Выйдя в гостиную, Фейт с удивлением услышала сигнал входящего вызова.

— Да, — ответила она в микрофон.

— С вами хочет поговорить ваш отец.

— Сейчас включу экран.

— Не нужно. Он у ворот.

Она уронила руку с кнопки включения экрана, во рту внезапно стало сухо, как в пустыне.

— Я встречу его во дворе. — Она не это собиралась сказать, но её снова неожиданно опередило предчувствие.

Отключившись, Фейт вышла из дома и направилась по дорожке, которая вела к воротам. Энтони навещал её лично, только если хотел обсудить конфиденциальные вопросы, а обеспечить секретность легче всего было снаружи. Причин у его неожиданного визита могло быть две. Либо просто просьба сделать особенно точное предсказание, либо обсуждение намного более каверзного вопроса — её возможного назначения в Совет.

А вот и он, идет ей навстречу. Высокий мужчина, кожа чуть темнее, чем у неё, черные волосы, седые у висков. В темном костюме, белой рубашке и голубом галстуке он смотрелся идеальным Пси до самых кончиков ногтей. Что бы он сделал, если бы узнал, что она планирует побег?

Остановил бы ее. Любыми возможными путями.

— Отец.

— Прогуляйся со мной, Фейт. — Он свернул с основной дорожки на другую, которая, извиваясь, уходила вглубь парка. — Я слышал кое-какие тревожные новости.

Несмотря на жаркий день, на неё повеяло холодом.

— Калеб Крайчек?

К её облегчению, он кивнул:

— Ходят слухи, что он не даст Совету выбирать.

— Ничего неожиданного.

— Я хочу, чтобы ты вышла из соревнования.

— Что? — Повернувшись к нему, она удивленно застыла.

Энтони остановился рядом с ней.

— Ты не обучена вести нападение. А у Калеба были годы практики.

— Я знаю, но…

— Ты слишком ценна, чтобы подвергаться опасности.

Значит, доход, который она приносит, перевесил амбиции отца.

— Я понимаю. Бизнес есть бизнес. Но что, если я решу продолжить?

— Пси-клан, конечно, тебе поможет. Тем не менее, подумай хорошенько, Фейт. Ты ясновидящая-кардинал, поэтому уже обладаешь значительной политической силой, пользуешься ты ею или нет.

— Я в полной изоляции.

— Это изменится, если захочешь.

Она ответила, не задумываясь:

— В самом деле?

Энтони смотрел на неё несколько долгих мгновений. Она спросила себя, не заподозрил ли он чего.

— Я уже потерял одну дочь, — наконец заговорил он. — Хватит. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы уберечь тебя.

Ей хотелось бы думать, что за его словами стоят чувства: забота, любовь, но она знала, что это будет самообман.

— Твой источник сообщил примерное время нападения? Или способ? — Она снова пошла по дорожке, заставив маленькую девочку внутри замолчать.

— В пределах двух дней. Что до способа, известно, что Крайчек пользуется ПсиНет. Подозревают, что у него есть официально не зафиксированные способности помимо телекинеза, которые позволяют ему нападать, не обнаруживая себя.

— Думаешь, у него талант, как у Никиты Дункан?

— Ментальные вирусы? — Казалось, Энтони обдумывает это предположение. — Нет. Что-то другое. Конечный итог применения его исключительных способностей своеобразен и крайне тревожащ.

— Я думала, его жертвы обычно исчезают.

— Исчезают. Но я обнаружил, что сам Крайчек не имеет отношения к исчезновениям. Это семейные группы — они не хотят, чтобы между ними и жертвами нашли связь.

— Зачем столь радикальные меры? — Ей хотелось собрать как можно больше информации о человеке, который почти наверняка станет новым членом Совета. Знание — сила, она больше не будет беспомощной.

— Уверена, что хочешь знать?

— Конечно.

— Жертвы Никиты умирают, либо становятся такими глубокими инвалидами, что не могут заботиться о себе, подобное бывает после некоторых церебральных нарушений. Это несчастье для самого человека, но никак не затрагивает конституцию и гены и не отражается на семейной группе.

Совсем не похоже на её отца ходить вокруг да около.

— Так чем отличается Крайчек?

— Его жертвы сходят с ума.

Глава 20

Фейт была очень-очень рада, что шла следом за Энтони, потому что в тот момент не смогла бы скрыть свой испуг.

— Сходят с ума?

— Как удалось выяснить, его жертвы обнаруживают грубые расстройства поведения примерно через два дня после воздействия. К пятому дню они уже безумны во всех смыслах, хотя психиатрический диагноз разнится от случая к случаю.

Подавив панику и ужас, она попыталась изобразить спокойствие.

— Это существенно упрощает принятие решения — у меня нет никакого желания лишиться рассудка раньше времени. Возможно, тебе, как главе семьи, стоит сообщить Совету. Для меня, наверное, небезопасно выходить в ПсиНет. Хотя бы до тех пор, пока Крайчек не узнает, что я выбыла из соревнования.

— Так и сделаю по дороге в город.

Они повернули обратно.

— Спасибо. — Фейт до боли жаждала хоть какого-нибудь проявления заботы, того, что Энтони никогда не сможет ей дать. Но он — ее отец. Конечно, ей хочется, по крайней мере, его одобрения.