Черная молния, стр. 80

Лейт нахмурился.

– Хокинг!

– Я думаю, комвзвода, с ним все будет в порядке. Пройдет еще несколько минут, прежде чем он сможет что-либо предпринять, но первоначальная реакция уже угасает. Здесь паренек не умрет, если только будет вести себя хорошо.

– Да, правильно, – согласился Лейт и схватился рукой за запястье. – Хорошо. Пошли. Я заткну тебе рот кляпом, а руки и ноги свяжу веревками. А вот и веревки. Пока ты сможешь освободиться, мы уже будем очень далеко.

Мирко понимающе кивнул, как только двое других исчезли в кустах. В его крови жуткий огонь уже потихоньку угасал вместе со страхом смерти.

– Не думаю, что вы, спецназовцы, выразите заботу о людях, подобных мне.

– А мы и не выражаем, – признался Лейт, занимаясь веревками. – Но мы и не убиваем всех направо и налево. Даже солдат СБ. Думаю, что ты бы подобного хладнокровия не проявил.

Маркович задумался. Он почувствовал, что мускулы наливаются силой.

– Когда мои люди напали на тебя, – продолжал Лейт, – то вынули батарейки из твоего передатчика и аварийного маяка. – Комвзвода оглядел свою работу: хорошо связал. – То же самое касается и лазерного ружья. Конечно, ты можешь сделать попытку к освобождению и забить тревогу, но не забывай, где сейчас находишься. Тебе лучше сидеть здесь и ждать, пока за тобой сами не придут.

Мирко скрипнул зубами. Его последние надежды испарились.

– Спецназовцы еще и мысли, оказывается, читать умеют!

Лейт едва заметно улыбнулся.

– Тем и живем, что читаем. Спасибо тебе, солдат Службы Безопасности.

– Меня зовут Маркович, понял? Мирко Маркович!

– Приятно было познакомиться, – осклабился Лейт, изготовляя из клейкой ленты кляп. Кляп был готов очень быстро. Комзвода забил его в рот агенту Службы Безопасности Марковичу и скрылся среди деревьев.

Марковичу понадобилось что-то около часа, чтобы обрести прежний контроль над своим чувствами, а потом и координацией. Он быстро развязал себе веревки на ногах. Довольно быстро пришлось увериться в том, что спецназ и впрямь не оставил никаких средств к подаче сигнала о бедствии. Далее выяснилось, что также весьма трудно выяснить, в какой стороне находится дом Трендора и прочие охранники. Что касается кляпа, то без особого растворителя его изо рта не вынешь.

Мирко устало вздохнул носом, нашел плоскую скалу и прислонился к ней не без грусти. Улыбнулся под слоем липкой ленты. Глубоко внутри себя он чувствовал, как наркотик бьет и перемалывает внутренние органы, продираясь по кровеносной системе, точно каналокопатель. Изменяя все существо… Внезапно Мирко понял, что Лейт был не прав.

Эта штуковина на самом деле собиралась его прикончить!..

ГЛАВА 40

Когда ко дворцу Реджера подъезжали две машины, Анна Силкокс уже дожидалась их на улице, окунувшись в расплывчатое облако звездного света.

– Стража у ворот предупредила меня о вашем приближении, – сказала девушка Лейту, когда тот вместе с остальными вышел из машины и стал карабкаться вверх по лестнице. – Надеюсь, мы сможем переговорить с вами. Конечно, не раньше, чем у вас выдастся свободная минутка!

Лейт взял Анну за руку.

– Идем, – сказал он, отдав распоряжение Скайлеру относительно отправки бойцов в казарму, – идем в гостиную. Свободная минутка – вот она, уже выдалась!

– Реджер сказал мне, – начала Силкокс, – что вы пытались проникнуть в пещеры Эгиса. Неужели вы там никого не встретили.

Лейт сел рядом с девушкой на диван и потер лоб.

– Прости, Анна, но там к нашему приходу все умерли. Судя по виду останков, месяца два тому назад.

Силкокс испустила протяжный вздох и тягостно сглотнула.

– Видите, я вам не лгала, – заявила она не без гордости. – Я на самом деле не знала, куда они исчезли. Не знала, пока Реджер сам не сказал, куда вы направились. Потом у меня появилось время для серьезных размышлений. Вы узнали, зачем они туда ушли?

– И да и нет, – ответил комвзвода. – Они выгоняли там препарат, называемый «Порывом» или «Молнией», но мы не смогли выяснить, для его он предназначался. Ты ничего об этом не знаешь?

– Ничего, – призналась Анна. – Ребята иногда говорили про «Молнию», что она поможет им вырваться вперед и освободить Землю от Рекриллов, но думаю, что имели в виду совсем другое… Как они умерли?

– Отравились газом, который скопился там еще со времен войны.

Лейт откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. Он чувствовал, что очень сильно устал, сильнее, чем даже во время давно отгремевших боевых действий. «Как я устал, – подумал комвзвода. – Очень сильно я даже устал. И мысли все такие горькие в голову вползают. Последний спецназовец. Может, Бернард был прав? Отдаем свои жизни ни за что, ни про что…»

– Ты что, не понимаешь, что мнешь мой любимый диван? – сказал Реджер.

Лейт разинул глаза.

– Привет, Манкс. Рад видеть тебя вживе, то есть извини, рад. что ты не умер!

Реджер жизнеутверждающе хрюкнул и сел на место.

– Да я и сам нарадоваться не могу!

– Расскажи, как все было.

Манкс задергался от неприятных воспоминаний.

– Пятеро из них появились две ночи назад. Они крались, как пумы, прямо по лазеечной дорожке. – Тут Реджер опять задергался, но уже чтобы неприятные воспоминания разогнать. – Вот что я тебе, Лейт, скажу. Это было самое ужасное светопреставление и кончина мира, которые я видел когда-либо. Как котят в коробке расстреляли. Даже ни малейшего шанса у них не было.

Лейт заупокойно фыркнул.

– Да, гордиться тут нечем. Спецназ не должен так подло и неэстетично умирать.

– Это не твоя вина, дорогой! – сказала Силкокс. – Я говорю, что ведь это Дженсен соорудил охрану типа «дом смерти» вокруг жилища Реджера, он погубил людей Бернарда. Ты не должен брать на себя эту вину.

– Руководители всегда должны за все на свете отвечать, – поведал многоопытный Лейт. – Ты когда-нибудь это тоже поймешь, даже если не станешь руководительницей. Впрочем, ты уже теперь возглавляешь группу «Факел» и движение сопротивления.

– Я-а-а? – изумилась Анна.

– Ты, кто же еще. Организацию нужно восстанавливать, нужно браться за дело освобождения от экспансии и т. п. Ведь все надо начинать с самого начала, правда, Реджер?

Реджер поскоблил ногтем за ухом.

– Не знаю, Лейт. Придется рисковать всем ради немногого. Я в донкихотские игрушки не балуюсь.

– Но ты окажешься у руля и на белом коне, если Рекриллы будут вышвырнуты с Земли. Большой кусок сможешь урвать, подумай. Не кусок, а кусище!

– Тебе не нужно перечислять всякие выгоды, – заметил Реджер. – Я все знаю и все просчитал по полочкам и до мелочей. Я вот только сомневаюсь, что Рекриллы скоро уберутся отсюда.

– Лейт, если ты говоришь об объединении с компанией Реджера, – вмешалась Анна, – с табуном уличных громил, то об освободительной борьбе народов лучше немедленно позабыть. У меня лично цели поблагороднее.

– Мы не вправе привередничать в наше очень, очень тяжелое, неспокойное время, – наставительно заметил много повидавший на своем веку Лейт. – Ты что, думаешь что вместе с Канаи сможешь свернуть горы?

– Канаи? С чего ты взял, что собираюсь состыковаться с ним?

– Ты только послушай, – гоготнул Реджер, – что она мелет. Вот перед нами лидер-патриот, который всех поведет к победе. Да сначала ведь нужно начертить в тетрадочке полное генеалогическое дерево, а потом уже идти в революцию. Так никто не пустит.

Силкокс расчленила Манкса на куски своим злобным взглядом.

– Конечно, прогуливаясь в твоем садике, где растут бергамотовые скользкие деревья, я скорее найду себе единомышленников, чем в народной гуще, – язвительно проскрипела она острыми зубами. – Я молода и румяна, спору нет, у меня кот наплакал жизненного знания, но я спокойно решу все свои проблемы и без вашей помощи.

Лейт ураганно вздохнул.

– Не смеши людей, Анна! Не исключено, что организация Реджера нам в чистом, беспримесном виде и не пригодится, но у нее есть много связей, огромная информационная сеть. А с помощью всего этого мы быстрее найдем нужных личностей в истории. Ты сможешь спокойно пробраться в конспиративные хатки «Факела», где наверняка, готов побиться об заклад, спрятаны секретные файлы и дубликаты важных документов и судьбоносных почеркушек. Канаи обладает великолепной спецназовской подготовкой и знает, где находится вход в гору Эгис, если только вы сможете найти достойное применение этому заповедному месту.