Цветы любви, цветы надежды, стр. 67

— Это Ко Чанг, — сообщила Лидия. — А вон там мой дядя, он нас ждет!

Гарри пошел вслед за Лидией к одной из многочисленных рыбацких лодок, которые тихо покачивались у пирса. Пока девушка тепло здоровалась с дядей, Гарри стоял в сторонке. Потом они быстро заговорили по-тайски, Лидия кивнула на Гарри и поманила его рукой.

— Познакомьтесь, Гарри, это Тонг, мой дядя, но он не говорит по-английски.

Дядя Тонг склонился в традиционном тайском приветствии, потом выпрямился, широко улыбнулся беззубым ртом и сердечно пожал гостю руку. Лидия перевела его слова: он рад, что Гарри вместе с его родными будет отмечать Сонгкран.

— Пожалуйста, скажите вашему дяде, что для меня большая честь побывать у него в гостях, — ответил Гарри, когда Тонг усаживал его в лодку.

Вскоре они поплыли к Ко Чангу.

Между тем закатное солнце вдруг нырнуло в море, и начало смеркаться. Через пятнадцать минут, когда они уже причаливали к берегу, тьма сгустилась. Нагнувшись, Тонг достал из-под сиденья две масляные лампы и зажег их. Лидия взволнованно смотрела на Гарри. Ее дядя помог ему выбраться на сушу, и он ощутил под ногами мягкий песок.

— Вот мы и приехали, Гарри. Добро пожаловать на остров, где живет мой дядя, — улыбнулась Лидия.

Гарри с трудом различал пейзаж: вокруг было черным-черно. Однако он понял, что они идут вдоль берега. Среди высоких пальм ютились деревянные хижины, мягко освещенные масляными лампами. Когда они подошли поближе, от одного домика отделилась группа детей. Впереди виднелся силуэт пожилой женщины. Они криками приветствовали Лидию, и та побежала к ним. Женщина обняла спутницу Гарри, и он понял, что это ее бабушка. Когда Лидия обернулась, он заметил в ее глазах влажный блеск.

— Идите сюда, Гарри, познакомьтесь с моими родственниками. Они рады, что вы будете праздновать Сонгкран вместе с нами.

Лидия представила ему свою большую семью: бабушку, дедушку, дядю, тетю и их четверых детей, еще одну тетю с мужем и тремя детьми.

Тонг протянул Гарри бутылку пива. Он сел на мат, расположенный на песке, и его немедленно окружили маленькие племянники и племянницы Лидии. Все дети немного говорили по-английски, они засыпали его вопросами: как он воевал, убил ли хоть одного японца? Гарри старательно отвечал, но сомневался, что они его понимают, поэтому подкреплял свою речь выразительной мимикой. Когда нацелил воображаемый пистолет на воображаемого японского солдата, малыши начали бегать по пляжу, кричать «Бах-бах!» и размахивать воображаемыми пистолетами.

Лидия вышла из темноты и грациозно присела рядом с ним.

— Сегодня ночью вы будете спать здесь, в домике на берегу. Моя тетя сейчас все для вас подготовит.

— Спасибо, — ответил Гарри. — А где разместитесь вы?

— В доме моей бабушки, в деревне за пляжем.

— А кто здесь живет? — поинтересовался он.

— Дядя Тонг, тетя Китима и их дети. Он рыбак, поэтому поселился поближе к морю. Сейчас они строят большой дом в деревне и когда-нибудь переедут туда.

— Я бы с удовольствием заночевал прямо здесь, — пробормотал Гарри, взглянув на луну.

В Чанги долгими бессонными ночами он рассматривал этот белый диск. Судя по его размеру и форме, завтра будет полнолуние. Волны с тихим плеском набегали на песок, принося умиротворение в окружающую среду.

— Как здесь чудесно! — тихо произнес Гарри.

— Я рада, что вам нравится. Будете ужинать? — Лидия показала на дымящийся костер и подвешенную над ним решетку с жирной свежей рыбой.

Гарри кивнул и тяжело поднялся на ноги.

Все уселись за длинный деревянный стол — дети пристроились на матах — и приступили к трапезе. Гарри еще никогда в жизни не ел такой вкусной рыбы. Малыши держали в руках большие кокосовые орехи и с удовольствием пили из них молоко. Он мало понимал из того, что говорили вокруг, но язык счастливого, теплого и уютного семейного сборища универсален. Лидия, сидя между бабушкой и дедушкой, то и дело поглядывала на Гарри, спрашивая глазами, все ли в порядке.

Он улыбался в ответ: все просто замечательно!

Примерно через час Гарри почувствовал, что его одолевает усталость. Он украдкой зевнул, но Лидия сразу это заметила и пошепталась с тетей, сидящей напротив. Та хлопнула в ладоши, и дети, копошащиеся вокруг нее, умолкли. Она что-то им сказала, малыши грустно закивали, понимая, что игры на берегу окончены и пора идти спать.

— Тетя проводит вас к месту вашего ночлега. — Лидия подошла к Гарри. — Я зайду за вами завтра, о’кей?

— Не стоит торопиться, Лидия. Пожалуйста, общайтесь с семьей, а я с удовольствием еще посижу здесь. Ваши родственники — очень гостеприимные люди. Поблагодарите их от моего имени.

— Вы и сами можете это сделать, Гарри, — подбодрила девушка.

— Да, конечно. Кор khun krup, — произнес он и неловко поклонился.

Сидящие за столом одарили его теплыми признательными улыбками, в которых не было и тени насмешки. Тетя Лидии повела его по пляжу к самой дальней хижине.

— Мистер Гарри, мы рады... что вы с нами, — последовав его примеру, произнесла она на ломаном английском.

— Спасибо, — отозвался Гарри, поворачивая деревянную ручку двери. — Спокойной ночи.

Он шагнул в домик, закрыл за собой дверь и огляделся. В хижине было пусто, если не считать матраса на полу, свежей стираной простыни и противомоскитной сетки. Гарри так устал, что не раздеваясь лег в постель и тут же заснул.

Глава 38

Гарри проснулся от слабой боли в бедренной кости — матрас был слишком тонким, — и его на мгновение охватила паника. Потом он сообразил, где находится, и открыл глаза. Комната по-прежнему тонула во мраке, свет проникал только из маленького, затянутого сеткой оконца, за которым виднелись пальмы, растущие позади хижины. Гарри потянулся, встал, открыл дверь и... ахнул от восхищения.

Он стоял на великолепном пляже. Пудрово-белый песок тянулся вдаль широкой дугой, которая заканчивалась зеленым холмистым полуостровом. Песок плавно спускался к спокойному изумрудно-зеленому морю. Гарри взглянул налево, потом направо и не увидел ни одной живой души.

Скинув одежду, он в одних панталонах побежал по обжигающе горячему песку и нырнул в море. Несколько минут энергично плыл, потом повернулся на спину и стал смотреть сначала на чистое лазурное небо, потом на берег, где идиллически гнулись и покачивались кокосовые пальмы, окаймляющие пляж. Далеко за пляжем виднелись горы, увенчанные облаками и поросшие непролазными джунглями.

Гарри долго лежал на воде, с трудом веря, что этот рай ему не приснился. Наконец он вышел на берег и плюхнулся на горячий белый песок. От волшебной красоты природы у него слегка кружилась голова.

Увидев движущуюся к нему маленькую фигурку под зонтиком, Гарри сел. Это была Лидия, она озабоченно хмурилась.

— С вами все в порядке, Гарри? — спросила девушка. — Мы уже думали, вы куда-то ушли, но потом увидели вашу одежду. — Она смущенно улыбнулась.

Гарри почувствовал неловкость, оттого что Лидия застала его в мокрых панталонах. Он встал и поспешил к домику.

— Я решил искупаться, — словно оправдываясь, произнес он. — Знаете, Лидия, я в жизни не видел такого роскошного места, как этот пляж!

Ее лицо просияло.

— Я рада, что вам понравилось, Гарри. Здесь так спокойно, правда?

— О Господи, да! — Он погрозил ей пальцем. — Предупреждаю: может так случиться, что я не захочу отсюда уезжать.

— Значит, вам придется стать рыбаком. — Она подала ему одежду.

— Я научусь ловить рыбу, — кивнул Гарри, — если это поможет задержаться здесь навсегда.

— Хотите помыться? — спросила девушка. — За домиком дяди и тети есть водопроводная труба. Там же мы приготовили для вас полотенце. Я подожду вас здесь. — Лидия села на крыльцо его хижины.

Гарри вернулся через пять минут, освежившись под струей чистой холодной воды.

— А теперь пойдемте в деревню, я покажу вам дом моей бабушки, о’кей? — Она сжала его руку. — Счастливого Сонгкрана, khun Гарри!