Цветы любви, цветы надежды, стр. 34

Вместе с Адрианой они отпраздновали событие шампанским, и только когда Оливия легла в постель, утомленная неожиданным всплеском радости, она поняла, что Гарри ни разу не сказал ей о том, что он ее любит.

Глава 20

Бракосочетание достопочтенного Гарри Кроуфорда и мисс Оливии Дру-Норрис было назначено на начало декабря. Гарри уехал со своим батальоном, которому поручили охранять побережье Норфолка, возводить сторожевые посты, тянуть заграждения из колючей проволоки и закладывать мины. Они будут заниматься этим, по меньшей мере, до января, а потом их отправят на новое место. Другие батальоны уже выдвинулись на материк, поэтому Гарри и все обитатели Уортон-Парка, у многих из которых были родственники в Пятом королевском норфолкском полку, благодарили судьбу за то, что им посчастливилось еще какое-то время побыть на родине.

Адриана предложила Оливии подождать до свадьбы и лишь потом записаться в женские ВМС.

— У тебя еще будет много времени, ma cherie. Ты невеста, будущая леди Кроуфорд! Сейчас тебе следует остаться со мной и насладиться приготовлениями к самому торжественному событию в твоей жизни.

Скорая свадьба отвлекла Адриану от мрачных мыслей. Леди Кроуфорд сосредоточила все свои силы на организации предстоящей церемонии. Новости, поступающие из-за моря, с каждым днем становились все серьезнее, но она решила устроить детям шикарный праздник.

Оливии происходящее казалось продолжением светского сезона. Ее жизнь превратилась в очередной раунд походов к портным: вместе с Адрианой она съездила в Лондон и заказала модное платье у самого Норманна Хартнелла. Надо было составить списки гостей, которые придут на помолвку и свадьбу, и разослать им приглашения. Обычно подготовка к таким громким свадьбам занимала год, но Оливия и Адриана сумели уложиться в несколько месяцев.

Родители Оливии, разумеется, пребывали на седьмом небе от счастья. Они приехали в Уортон-Парк на выходные, чтобы поздравить молодых. После праздничного обеда отец девушки и Кристофер произнесли торжественные речи, одобрив решение своих детей и пожелав им счастья.

Оливия сочувствовала матери, которую отстранили от участия в организации свадьбы, но миссис Дру-Норрис восприняла это без обиды, сказав дочери, что лорд и леди Кроуфорд оплачивают все расходы, и это весьма кстати: папиной военной пенсии не хватило бы даже на платья для подружек невесты, не говоря уже об остальном.

Вечером накануне свадьбы в доме устроили обед для друзей и близких родственников обеих семей. Из Лондона приехала Венеция, прихватив с собой и других подружек Оливии. Она сидела на кровати Оливии, пока невеста красилась за своим туалетным столиком.

— Знаешь, дорогая Оливия, а я на тебя обиделась. Ведь ты меня подвела. Я думала, мы с тобой договорились не выходить замуж, и вот, пожалуйста: прошло всего несколько месяцев, и ты идешь под венец! Ты уверена, что Гарри — тот самый, единственный?

— Я обожаю и его, и Уортон-Парк, — твердо ответила Оливия.

— Но ты же понимаешь: тебе придется до конца своих дней быть привязанной к этому дому. Ты должна родить наследника, а может, завести еще несколько отпрысков.

— Я люблю детей, — вскинулась Оливия. — И хочу, чтобы они у нас были.

— А ты точно знаешь, что Гарри тебя любит?

— Конечно! — резко ответила Оливия. Вопрос Венеции задел ее за живое. — Если бы не любил, не стал бы просить моей руки.

После обеда Оливия устало поднялась на второй этаж и направилась к себе в спальню. Вдруг кто-то обнял ее сзади за талию.

— Привет, моя милая девочка! Как ты себя чувствуешь? — Гарри потерся носом о ее шею. По его дыханию девушка поняла, что он выпил.

— Немножко волнуюсь, — призналась она. — А ты?

— Жду не дождусь, когда закончится вся эта круговерть и мы станем мистером и миссис Кроуфорд. Ты хочешь этого?

—Да.

Он нежно поцеловал ее в лоб.

— Спокойной ночи, милая. Насладись последней ночью свободы. Встретимся завтра в церкви.

Оливия легла в постель, охваченная внезапным волнением. Ее пугала не свадебная церемония, а то, что случится после, когда завтра вечером они с Гарри войдут в большие хозяйские апартаменты с видом на парк и за ними закроется дверь.

Разумеется, она знала, что ей предстоит: Венеция с удовольствием посвятила ее в подробности физического соития. Но как Оливия ни старалась, ей было трудно представить интимную близость с Гарри.

«А что, если он такой же невинный, как я? Хоть бы у него был какой-нибудь опыт по этой части, тогда, по крайней мере, один из нас будет знать, что делать», — размышляла она.

Она боялась первой брачной ночи, но успокаивала себя тем, что через это прошли все замужние женщины.

«И потом, — подумала Оливия, засыпая, — это единственный способ зачать ребенка».

Утро выдалось солнечное и холодное. В восемь часов в спальню Оливии вошла Элси. Она несла поднос с завтраком, и ее распирало от радостного волнения.

— Торопиться не надо, мисс, у меня все под контролем. Вот, смотрите, — она показала девушке лист бумаги, — я составила график утренних дел, так что мы с вами будем четко знать, чем нам надо заниматься.

Присутствие рассудительной Элси успокоило Оливию.

— Ты чудо! Спасибо, — проговорила она, когда горничная поставила поднос ей на колени.

— Жду не дождусь, когда вы наденете это платье! — воскликнула Элси, показывая на серовато-белое атласное чудо портновского искусства, надетое на манекен в углу спальни Оливии. — Ее светлость сказала, что после завтрака поднимется на вас посмотреть. Потом я наберу вам ванну, и мы уложим ваши волосы.

В девять часов в дверь Оливии постучали.

— Войдите!

Появилась Адриана с большой кожаной коробкой в руках. Она подошла к девушке и поцеловала ее в обе щеки.

— Знаешь, cherie, это самый счастливый день моей жизни! Мой сын женится на девушке, которую я люблю, как родную дочку... Что еще я могу желать? Подойди-ка сюда, я покажу тебе свой подарок.

Адриана села на скамеечку и похлопала по сиденью рядом с собой, призывая Оливию присесть, потом открыла коробку и достала изящный бриллиантовый гарнитур: колье и крупные серьги-капельки.

— Это тебе, Оливия. Надень их сегодня. В последние двести лет их носили все невесты семьи Кроуфордов. Ты сбережешь комплект, а потом передашь невесте сына в день его свадьбы.

— Как красиво! — ахнула Оливия. — Спасибо, Адриана.

— Не надо меня благодарить, cherie. — Женщина встала. — Я лишь хочу, чтобы мы с тобой всегда оставались близкими подругами. Ну, мне пора: пойду проверю, как идут приготовления к торжеству. Я с нетерпением жду момента, когда ты официально вступишь в нашу семью.

В половине двенадцатого Оливия оделась и собралась. Увидев свою юную госпожу, Элси преисполнилась восторженного благоговения.

— О, мисс Оливия, вы так прекрасны! Будь я мужчиной, обязательно на вас женилась бы. — Захихикав, она протянула Оливии длинные перчатки из белого атласа.

— Спасибо. Знаешь, я жутко волнуюсь! — Оливия развела руками. — Иди же сюда да обними меня покрепче. Мне сейчас очень нужна дружеская поддержка.

— Конечно, мисс. — Осторожно, чтобы не помять роскошное платье Оливии, Элси заключила девушку в объятия.

— Эти несколько недель ты отлично за мной ухаживала, спасибо, — улыбнулась Оливия. — Я попросила Адриану, чтобы она оставила тебя со мной.

— Вы хотите сказать, что теперь я всегда буду вашей служанкой? — Элси радостно округлила глаза.

— Да. Никто другой не справится с этой работой лучше, чем ты. Конечно, если не возражаешь. Кстати, твое жалованье повысится на несколько шиллингов.

— Ох, мисс, это чудесно! Большое спасибо, — проговорила Элси срывающимся голосом. — А сейчас вам лучше спуститься на первый этаж, там вас ждут.

— Хорошо. — Оливия несколько секунд постояла, пытаясь успокоиться. — Пожелай мне удачи, Элси.

Горничная посмотрела ей вслед.

— Удачи вам, мисс, — пробормотала она, когда Оливия вышла из комнаты.