— А вкуснее? — кто ж знал, что в плане выпивки я настолько привередливая?

— Есть у меня орочья наливка. На степных ягодах настоянная. Вкусная.

Наверное, меня должна была насторожить его предвкушающая улыбка, но обещание вкусного и алкогольного решило дело.

— Тащи!

К тому времени, как Вэлард вернулся с пузатой бутылью из темного стекла и парой небольших рюмочек, я успела избавиться от надоевшего плаща, и даже дверь подергала, просто так, на всякий случай. Ведь то, что лорд перемещается, вместо того, чтобы через дверь идти, еще не значит, что та самая дверь закрыта. Подумала так, подергала ручку, и поняла, что ошибалась. Именно это оно и значит.

Оглядев бутыль, я с сомнением поинтересовалась:

— И все?

— Тебе хватит.

— Не хватит, — я была в этом уверена. Я планировала напиться, — тащи еще. Две. Нет, лучше три.

— Иза, — он сомневался.

— Жалко тебе что ли?

— Хорошо, но имей в виду, она крепкая.

— Учтем.

Вэлард вздохнул и пропал. Оставив после себя темный дымок и принесенную бутыль на столе. А я сунула любопытный нос в бутыль. Притертая крышка легко выскочила из горлышка и я почувствовала одуряющий ягодный запах, с ощутимым спиртным душком. Но пахло вкусно.

И пока лорд, который теперь муж, и я ему уже заранее сочувствую, отсутствовал, я основательно присосалась к бутылке, напрочь игнорируя рюмочки несерьезного объема. Горло обожгло, но обжигающий привкус спирта, причудливо путался среди насыщенного ягодного вкуса и я жадно пила, захлебываясь и отфыркиваясь.

Когда Вэлард вернулся обратно, тара моя опустела больше, чем на треть, а я плохо соображала, что творю.

По полу покатилась принесенная им бутыль. Зазвенел поднос с криво нарезанными закусками, а меня схватили за руку.

— Иза! — бутыль отнял, меня встряхнул, прислушиваясь к бульканью в моем желудке и вглядываясь в спешно мутнеющие глаза. Еще раз встряхнул и прошипел мне прямо в раскрасневшееся лицо, — брачная ночь у нас все равно состоится. Слышишь?!

Потрепав его по щеке, я широко улыбнулась, не имея уже ничего против. В конце концов, он мне теперь муж, вот пускай супружеский долг и отдает.

— Да пожалуйста, конечно. Только не тряси меня так больше. У меня внутри все щекотится, — и глупо хихикнула, глядя на побледневшую от гнева физиономию. Но веселилась недолго, мне почему?то показалось, что он сейчас сердечный приступ заработает. И я испугалась, — Вы…выэ…вэа…

Язык категорически отказывался произносить его имя, а сам лорд становился все бледнее, и я плюнув на все проникновенно прошептала:

— Если тебе сейчас плохо станет, я же тебе помочь не смогу, — не сдержавшись икнула и попросила, преданно заглядывая ему в глаза, — так что ты держись, пожалуйста. Ага?

Он коротко простонал, выпустил меня из рук, и опустился на край кровати, устало сгорбившись. Присев рядом, я погладила его по плечу. Голова слегка кружилась, в теле ощущалась поразительная легкость, мне было хорошо. И я совсем не хотела, чтобы Вэларду было плохо.

— Ну ты чего? — наглаживая плечо, я пыталась заглянуть ему в глаза, — ну не расстраивайся. Ну, пожалуйста.

— Зачем ты это сделала? — глухо спросил он.

— Так, первая брачная ночь же!

— Поэтому ты напилась?!

— Ага, — радостно улыбаясь я доверительно склонилась к нему и, обдавая несчастного крепленым ягодным дыханием, шепнула, — какая свадьба, такая и брачная ночь.

Вэлард недоверчиво посмотрел на меня, а я, довольная вниманием, назидательно подняла указательный палец к потолку и четко произнесла:

— Расплата!

Сказать больше ничего не смогла, погребенная под обвалом. Ощущение было именно такое, когда невменяемый больше обычного, мой вроде как муж, хотя до сих пор в это слабо верилось, навалился подминая под себя.

Все, что мне было позволено делать — болтать ногами и возмущенно пищать, когда давали возможность. Или дышать. На выбор. После первых трех неудачных попыток повозмущаться, я решила, что кислород мне нужнее.

И уже утром, как?то некстати, поняла, что нужнее всего все же мозги.

Эпилог

Голова гудела медным колоколом, во рту геройский сложил лапки целый отряд грызунов под предводительством скунса, и каждая косточка в теле нещадно ныла.

А рядом с кроватью, в кресле сидел сумрачный Вэлард и только усугублял ситуацию.

— И что я вчера натворила, — поинтересовалась упавшим голосом, готовясь к страшному.

— Хочешь знать? — усмехнулся он. Знать я не хотела, а хотела холодной водички, специального отварчика, и в ванную. Но кивнула. Человек же жаждет общения, это сразу видно. Значит, придется общаться.

— Сначала ты меня щекотала, посчитав, что я слишком серьёзный для первой брачной ночи. А она должна быть весёлой, — немного нервно пригладив ладонью волосы, он признался, — желание твоё исполнилось. То, что происходило дальше, больше было похоже на цирк, чем на первую брачную ночь.

— Что…что было дальше?

Выразительный кивок на прикроватный столик, где валялось несколько пуговиц. Не моих.

— Потом ты решила, что пуговицы на моей рубашке нужно не расстегивать, а отрывать, — получила я пояснение к увиденному.

— И?

— И стала отрывать, — коротко ответил он.

— Все? — нет, в себе я не сомневалась, но пуговок было немало и закрадывались некоторые сомнения.

— Не все. Две верхних. Пуговицы были пришиты качественно, а ты слабая. Дальше я не выдержал…

— И? — зажмурившись я ждала ответа.

— И оторвал их ко всем выходцам… — взорвался он, но глубоко вздохнул, и уже спокойно продолжил, — оторвал их сам.

— А дальше? — глаз не открывала. С закрытыми было как?то легче. Как морально, так и физически. Тошнить почти перестало и воспринимать неизбежное было значительно проще.

— Дальше, ты как целительница захотела меня осмотреть, — коротко ответил он.

— И что?

— Знаешь, мы как?нибудь обязательно поиграем в лекаря, но вчера у меня не было настроения.

— Значит, не осмотрела, — констатировала я, приоткрыв один глаз, и спросила уже смелее, — , а дальше что было?

— Ты обиделась и заявила, что уже не хочешь никакую брачную ночь.

— И что?

— А как ты думаешь, Иза, что дальше? У меня уже несколько месяцев женщины не было.

— И ты? — напряженно спросила я, уже готовая устроить ему истерику. Просто последняя фраза прозвучала мрачно, и очень угрожающе. А я о нем сразу подумала самое плохое.

— И я тебя уговорил, — сообщил Вэлард неожиданное.

— То есть? Просто уговорил?

— Просто уговорил, — подтвердил он, странно улыбаясь, — когда ты пьяная, то не такая упрямая.

— И что ты мне пообещал? — быть может вчера я была пьяная и плохо соображала, но себя я знаю хорошо.

— А ты не помнишь? — ненатурально удивился он.

— Вэлард, — насупившись, я уже готовилась к членовредительству, и единственное, что меня останавливало, так это осознание того, что если я его вот сейчас лупить начну, то больнее все равно мне будет. И так все тело ноет.

— Не смотри на меня так, — попросил он, не осознавая чего смог избежать, успокоив меня фразой, — ничего необычного тебе не понадобилось.

— Не тяни…

— Я спросил, что же мы будем делать. Зная тебя, я был уверен, что в таком случае детей у нас никогда не будет. А мне наследник очень нужен.

— А я? — ну не могла же я на это повестись, в самом деле.

— А ты заявила, что не хочешь никаких детей, а хочешь собаку, — выдержав недолгую паузу, он самодовольно подтвердил мои самых страшные опасения, — я пообещал, что куплю тебе собаку, если ты подаришь мне наследника.

— Мрааак, продалась за животину, — пораженно выдохнула я, но решила брать от жизни все, раз уж оно так обернулось, и возмущенно поинтересовалась, — ну и где моя собака?

— А где мой наследник? — в тон мне ответил лорд.

И я уже собралась обидеться, но вопрос один очень важный мы еще так и не прояснили, потому пришлось терпеть и мириться:

загрузка...