Штурман пятого моря, стр. 3

– Приехали, – ошеломлённо прошептал Ника.

Теперь он точно знал, что двигатель не заведётся, потому что на винт намотались длинные толстые стебли. И хорошо ещё, если он не треснул до того, как Ника остановился.

Ветер подул сильнее, моторка раскачивалась на волнах, а Ника тупо смотрел вдаль. Из темноты, сияя разноцветными огнями, выплывал четырёхпалубный теплоход. Тот самый, к которому так спешил Ника. Но теперь это было уже совсем неважно. В голове вертелся один-единственный вопрос: «Как освободить винт?»

* * *

Теплоход исчез в темноте. Волна, докатившаяся до Никиной моторки, резко подбросила её и умчалась. Как будто и не было никакого теплохода. Как будто всё это приснилось промокшему от брызг Нике.

Он вдруг подумал, что за последние полчаса мимо не проплыл ни один катер. Может, было уже слишком поздно? Или просто его занесло в такое место, куда ни рыбаки, ни туристы не суются? Правильно, что тут делать…

Ника, придерживаясь руками за борта, подошёл к корме. Наверное, нужно поднять мотор. Втащить его в лодку, размотать водоросли с винта. А потом? Снова опустить двигатель в эту кашу? Если бы Ника точно знал, где начинается чистая вода, он бы, может, и рискнул. Но он не знал. Сюда он плыл, ориентируясь на огни над большим островом. А чтобы вернуться обратно, таких «маячков» не было. Берег, от которого Ника отчалил, был пустынным и тёмным. Почему-то, когда Ника отплывал, ему казалось, что обратная дорога найдётся без труда. Вернее, не так. Он вообще не думал про обратную дорогу.

Гул двигателя Ника услышал издалека. Он даже хотел было крикнуть что-нибудь, но решил подождать, пока катер не подойдёт поближе. Потому что кричать было стыдно, да ещё и непонятно – что именно. Помогите? Но ведь Ника не тонет же!

Он ёрзал на задней скамье и ждал.

Звук не приближался. Через несколько минут Нике показалось, что он, наоборот, становится тише. Ника испугался. Уплывёт сейчас по фарватеру, и всё – привет семье. И Ника решился.

– Эй! – позвал он в полсилы. – На катере!

Кажется, так когда-то кричали в каком-то фильме.

Никто не откликнулся.

Тогда Ника откашлялся и заорал во всё горло:

– Лю-ди!

Катер, высокий, бодро плюхающий по волнам, вырулил метрах в двадцати от Ники и остановился.

– Люди рядом, – крикнули оттуда.

Ника радостно замахал руками.

– Здравствуйте!

– Привет! Ты что там делаешь?

– Сижу! – отозвался Ника, с трудом рассмотрев очертания человека на борту.

Человек показался ему очень высоким и худым.

– Ловишь, что ли? – спросил незнакомец.

– Да нет, – качнул головой Ника. – У меня движок заглох.

– Ещё бы! – проворчали с катера. – Тут все глохнут. Трава сплошняком!

– Я уже понял, – признался Ника.

– Давай сюда, на вёслах!

Нику словно подбросило. Как же он сам не догадался? Про вёсла-то? Вот балда!

Ника плюхнулся на среднюю скамью, машинально потянулся к уключинам и вдруг…

– А я забыл, – пробормотал он хрипло и очень тихо.

Но человек с катера услышал.

– Бывает! – ответил Нике и опустил свои вёсла в воду.

Нике стало так стыдно, что даже в горле запершило.

– Троса тоже нет? – поинтересовался человек с катера.

– Нет.

– Дети цивилизации…

Эти слова прозвучали как ругательство, и Ника даже хотел обидеться. Но не успел.

* * *

Подул резкий ветер. Чёрное небо прорезала ослепительная молния. И раздался гром. Если бы Ника сам не услышал его, то ни за что бы не поверил, что такое бывает. Как будто каждая волна издавала оглушительный грохот. Такой, что звенело в ушах, а на глазах выступали слёзы.

Ника охнул и вытер лицо ладонями.

– Держись! – крикнул парень с катера.

Ника только кивнул и вцепился в борта.

Волны за считанные минуты из маленьких и тёмных превратились в высокие гребни с белой пеной наверху. Моторку подбрасывало и качало. Ника с трудом перевёл дыхание и зажмурился.

Если бы сегодня утром он знал, чем закончится день, то, наверное, просто не вышел бы из дома. Сидел бы сейчас один в квартире, слушал бы музыку. Или диск на видике поставил. Со старыми комедиями.

Ведь как было бы здорово! Родители улетели на две недели на Байкал. И денег ему оставили, и продуктов: ешь – не хочу. Чем не счастье?

Так нет. На подвиги потянуло! И всё равно ничего не получилось. Даже не из-за грозы, а из-за каких-то дурацких водорослей. Кому рассказать – смех один.

А может быть, и лучше, что не получилось. Потому что, если честно, план у Ники был уж слишком смелый. И опасный.

Плохо только то, что он так ничего и не сумел исправить…

– Не спи!

Он услышал окрик и открыл глаза.

– Вязать умеешь?

Нике показалось, что от грома человек с катера сошёл с ума.

– Чего? – вытаращился он. – Я что – бабка какая, чтобы вязать?

– Ты —…

Слова утонули в оглушительном раскате.

Когда Ника снова смог слышать, парень с катера уже ни о чём не спрашивал. Он бросил Нике конец троса, и Ника понял – что нужно вязать.

Глава 4

В половине двенадцатого теплоход, медленно переваливаясь на волнах, подошёл к крепости Орешек. В полутьме метались прожектора, освещавшие старые приземистые башни. Лучи света выхватывали то неровную каменную кладку, то клочки островерхих крыш, то пенные гребни воды, налетающие на стены и рассыпающиеся мелкими тёмными брызгами.

Алька запахнула плащ и поёжилась.

– Как-то там жутковато, – сказала она.

Света пожала плечами.

– Старые крепости часто мрачные. Но всё равно красивые.

– Не знаю, – покачала головой Алька. – У меня от такой красоты мурашки по коже.

– А так и должно быть! Чтобы кто увидел – сразу не по себе стало. И соваться туда расхотелось. Их же для чего строили? От врагов защищаться.

– Ну да, – согласилась Алька.

Теплоход снова набрал скорость. С каждой минутой очертания крепости становились всё призрачней, пока окончательно не исчезли в сизой дымке. Туристы, собравшиеся на палубе, начали расходиться. Девочки остались одни.

– Ну вот, – вздохнула Света, – все разбежались спать.

– Да уж спать, – покачала головой Алька. – В бар они утопали. Или на дискотеку.

– Может, посмотрим – как там?

– Да ну! – поморщилась Алька. – И так ясно. Сорокалетние тётки скачут под песенки своей юности. «Ласковый май», «Мираж» и Татьяна Овсиенко. Кайф! Я думаю, стоит сходить в другое место.

Она посмотрела на часы и стала серьёзной и опять какой-то слишком взрослой. Только на этот раз не надменной, а слегка испуганной.

– Пять минут осталось. Пойдём?

– Куда это? – состроила непонимающую рожицу Света.

– На Солнечную палубу, – объяснила Алька. – Ночью глупо звучит, правда?

– Ага, ночью её надо называть Лунной.

– Так сегодня и луны нет, – заметила Алька.

Света запрокинула голову. Луны и в самом деле не было. Над теплоходом висела сплошная пелена тёмных облаков. Казалось, ещё чуть-чуть, и с неба посыплются холодные крупные капли, а может, наоборот, ударят о палубу тонкие тёплые струи.

– Дождя боишься? – догадалась Алька.

– Ничего я не боюсь, – помотала головой Света. – Пошли!

Чтобы попасть на верхнюю – Солнечную палубу, нужно было войти в салон и подняться по широкой лесенке с низкими ступенями или, не заходя, вскарабкаться по открытому трапу.

– Опаздываем! – охнула Алька и рванулась к трапу.

Она обеими руками ухватилась за перила и ловко полезла наверх. Но на четвёртой перекладине вскрикнула и остановилась.

– Ты что? – испугалась Света.

– Каблук! – простонала Алька.

– Сломался?

– Зацепился!

Света поднялась на одну перекладину и наклонилась к Алькиным ногам.

Острый каблук застрял в металлической сетке.

– Сними туфлю! – попросила Света.

Алька вытащила ногу и зябко поджала пальцы.

– Ты как обезьянка! – фыркнула Света.