Двести лет вместе. Часть вторая, стр. 124

А из России ему:

«Я верю, что неспроста это получилось на путях России – этот контакт души иудейской и души славянской, что было тут какое-то предназначение» [1564].

ОТ АВТОРА

В 1990 году, заканчивая «Апрель 1917» и приводя в порядок огромный материал, оставшийся за пределами «Красного Колеса», я решил представить часть этого материала в виде исторического очерка о евреях в российской революции.

Почти сразу стало ясно, что для понимания происшедшего очерк неизбежно должен отступить по времени, – и так он отступал, даже к первому включению евреев в Российскую Империю в 1772, с чего и был начат; с другой стороны, революция 1917 стала динамическим толчком в судьбе российских евреев, – и очерк естественно протянулся в историю послереволюционную. Так родилось и название: «Двести лет вместе».

Однако я не сразу оценил тот отчётливый исторический рубеж, который положила широкая эмиграция евреев из СССР, начавшаяся в 70-х годах XX века, – как раз к 200-летию пребывания евреев в России, – и ставшая вполне свободной к 1987. Этот рубеж впервые отменил недобровольность состояния российских евреев: они более не прикреплены к жизни здесь, их ждёт Израиль, им доступны все страны мира. Ясно обозначившийся этот рубеж внёс поправку в мой план довести повествование до середины 90-х годов – ибо замысел книги исчерпан: с момента Исхода исчезает и уникальность русско-еврейской переплетённости.

Теперь открылся совсем новый период в истории уже свободного российского еврейства и его взаимоотношений с новой Россией. Этот период явил стремительные и существенные перемены, но ещё короток, чтобы предсказывать его дальние результаты и судить о том, насколько характерны окажутся для него черты именно русско-еврейские, или же будут проявляться общемировые законы еврейской диаспоры. Следовать за развитием этой новой темы – уже за пределами жизненных сроков автора.

вернуться

1564

Л-ский. Письма из России // «22», 1981, № 21, с. 150.