Капитан мародеров. Демон Монсегюра, стр. 8

– Проверим вас в деле, защищайтесь.

Де Флок ловко наступал на Шарля. Несмотря на то, что он только что провел тренировочный бой с двумя новичками, силы у него не убавилось. Шарль поначалу успешно отбивался, а затем перешел в наступление. Де Флок удивился такой прыти и решил испытать незнакомца до конца. Сражались рыцари до тех пор, пока закаленный в боях де Флок не почувствовал усталость.

– Как ваше имя, сударь? – поинтересовался капитан.

– Честь имею представиться: барон Шарль де Баатц де Кастельмар.

– Наверно, жизнь припекла, если вы, барон, проделали столь долгий и опасный путь, – заметил капитан. – Я тоже граф и, как видите, – в наемниках. Здесь все мы из знатных разорившихся родов Аквитании, Шампани, Нормандии, Бретани. Приглашаю в мой бриганд. Я смотрю, вы крепкий и выносливый. Мне такие воины нужны. Пойдемте, покажу, где вы сможете разместиться и передохнуть.

Они прошли по внутреннему двору к колодцу. Роббер ополоснулся прямо из ведра. Шарль последовал его примеру. Оба мокрые, направились к местной харчевне. Расположившись за одним из столов, капитан заказал бутылку вина и жареное мясо с фасолью для себя и своего новоявленного бриганда.

– Вам необходимо подкрепиться, негоже приступать к службе на голодный желудок. Наверное, несколько дней не ели? – поинтересовался капитан, наблюдая, как Шарль энергично наворачивал, поставленное перед ним блюдо.

– Угу…Два дня, с вашего позволения…

– Да, время летит быстро. Я сам когда-то пришел в Невер без денег, лошадь еле ноги переставляла. Поместье и замок в Нормандии уничтожили англичане. Отец, мать и старший брат погибли. Кроме титула и жажды жизни у меня ничего не осталось… Давно это было, больше двадцати лет назад. С тех пор я участвовал в четырех компаниях под знаменами графа Неверского и в семи – герцога Бургундского. Герцог Бургундский как правящий сюзерен платит больше. Наемники – его опора. Правда, он в бою нас не жалеет, но награда выжившим того стоит. Сейчас засиделись мы без дела. Боюсь, так все люди разбегутся. Нет войны, нет денег… Как говорится, кому беда, а кому – нажива.

Капитан Роббер не ел, пил только вино. Зато Шарль, слушая своего командира, наворачивал за двоих.

* * *

В харчевню вошли двое бригандов и подсели за стол к Робберу и Шарлю. Гарсон тут же принес им вина.

– У нас пополнение? Ест не слабо, значит, так и сражается, – заметил один из вошедших. Шарль обратил внимание, что бриганды были примерно того же возраста, что и капитан. Лицо говорившего украшал шрам.

– Познакомьтесь, – сказал капитан, – это Шарль де Баатц де Кастельмар из Гаскони.

– Я, Ла Гир, – представился бриганд со шрамом. – А это, мой друг Потон де Ксентрэй. Мы оба из Шампани. Далеко же вы забрались де Кастельмар. Что в Гаскони совсем худо?

– Да, несладко… Бедность сплошная, налоги задушили… – ответил Шарль с полным ртом.

– Налоги не только Гасконь задушили, но и Шампань. Мой замок развалился от старости, сервы повымирали от болезней и недоедания, поля заросли. Скоро пятнадцать лет, как я в наемниках. Из них десять лет здесь, в Безансоне, тут мы и встретились с де Флоком и Ксентреэм, – пояснил Ла Гир.

– Кстати, вы слышали новость? – вступил в разговор Ксентрэй. – Согласно указу его светлости герцога Бургундского «О прекращении мародерства» пойман капитан Филипп де Пюи в Нанси. Его ребята так долго разоряли окрестности, что городские власти призвали на помощь регулярные войска сюзерена. Что и говорить: для воевавших война – ремесло, а мародерство – привычное дело. Короче, закончилось это крайне печально: де Пюи и его бригандов зашили в мешки и утопили в Мозеле. Кто бы мог подумать, что де Пюи, прошедший почти пятнадцать компаний, закончит свой жизненный путь так бесславно.

Все слушали де Ксентрэя с повышенным вниманием.

– Господа, что же получается: если нет войны, нам с голода умирать? – возмутился де Флок.

– Ну, с голода, пожалуй, не умрем. На жалованье протянуть можно. Вопрос как? – высказался Ла Гир. – А вы, де Кастельмар, рассчитывали деньжат скопить?

Ла Гир хлопнул Шарля по плечу и рассмеялся.

– Кажется, я не во время вступил в наемники? – огорчился Шарль.

Все дружно загоготали.

– Хорошее у нас пополнение, мне нравится! – Ла Гир опять хлопнул барона по плечу и сделал глоток из чаши с вином.

Барон понял, что панибратские отношения у наемников в порядке вещей.

– Господа! У нас с Ла Гиром есть план, как поправить наше пошатнувшееся финансовое положение. – Ксентрэй посмотрел на компанию с видом заговорщика.

– Говорите, наконец, не томите душу. И так тошно… – де Флок был явно раздражен.

– В соседнем маленьком городишке Бовэзи живет некий трувер[24] Пейре Карденале. Отъявленный мерзавец и пьяница, всех окрестных девиц перепортил. Так вот за свои мадригалы[25] он исправно получает деньги, причем золотом. Недавно в Бовэзи был праздник, так этот проходимец сочинил хвалебную оду в честь отцов города. Она им так понравилась, что «отцы» отвалили ему тысячу салю. Улавливаете мою мысль, господа?

– Мысль улавливаем. Откуда у вас, Потон, такие сведения?

– Названный трувер испортил кузину моей подружки Аньез. Она мне и рассказала про золото, с расчетом, что мы поделимся.

– Великолепно! Идея нравится мне все больше! Что скажете, барон? Вы с нами? – де Флок оживился.

– Господа, я никогда не участвовал в таких предприятиях. Я за деньги, но против убийства трувера, каким бы мерзавцем он не был.

– Ну, право, сударь! Зачем нам его убивать. Мы же не бриганды де Пюи, бургундских горожан не грабим и не убиваем. Тем более быть утопленными в Ду что-то не хочется. Мы этого трувера похитим и потребуем выкуп. А как вам? – Ксентрэй оглядел компанию и выпил вина.

– Я – за! – сказал де Флок.

– А я – тем более! – откликнулся Ла Гир.

Наемники посмотрели на Шарля. Он понимал, что выбора у него нет:

– Я присоединяюсь к вам, господа.

– Теперь надо все спланировать и действовать, пока наш трувер не пропил и не прогулял наши денежки! – воскликнул де Флок.

Глава 4

Шарль расположился в комнате еще с двумя новичками, которых он видел в зале для тренировок. Вечером договорились встретиться в харчевне с де Флоком. Шарль уже ориентировался в замке и знакомую харчевню нашел без труда. Когда же он вошел внутрь, создалось впечатление, что он ошибся дверью и забрел в вертеп разврата. Все столы были заняты подвыпившими наемниками, вино лилось рекой. Между столами разгуливали разряженные вульгарные девицы с полурасстегнутыми лифами, из которых призывно всем на обозрение выглядывали пышные прелести. Время от времени блудницы присаживались на колени к мужчинам, те похотливо заглядывали им в лиф, договаривались о цене за ночь.

Наконец, в этом царстве вина и разврата, Шарль заметил де Флока и его друзей. На коленях Ла Гира сидела раскрашенная девица. Выглядела она несколько приличней, чем другие, мимо которых пришлось пройти барону. Шарль догадался, что это, по всей видимости, и есть Аньез – «мозг» намечавшегося предприятия. Де Флок и Ксентрей также сидели в компании женщин.

– Присаживайтесь де Кастельмар. – Пригласил Ксентрэй и слегка подвинулся на скамье.

Его подруга, уже в сильно подвыпитом состоянии, перегнулась через Потона:

– Какой красавчик! – воскликнула она, бесцеремонно разглядывая молодого барона. – Это и есть Шарль, новый бриганд? Идем, я отдамся тебе бесплатно, за одни твои карие глаза!

– Уймись Люси, веди себя прилично. Живот уже торчит, а ты все кому-то отдаться собираешься, – приструнил ее Ксентрэй. Люси надула губки, изображая обиду и разочарование, и тут же прильнула к своему спутнику. Женщина, не первой молодости, выглядела неопрятно и потаскано. Ее серое невыразительное лицо, бесцветные неухоженные волосы, навели Шарля на мысль, что крестьянки в его гасконских владениях выглядели и то аккуратней и привлекательней. Невольно он вспомнил одну из них, весьма аппетитную на вид.