Хроники длинноволосых королей, стр. 31

В консульство Олибрия король Одоакр ночью вышел из Равенны вместе с герулами, достиг Пизы, [напал] на лагерь короля Теодориха, и полегли воины с обеих сторон, а обратившийся в бегство Левила, полководец Одоакра, был убит на реке Беденсе. И побежденный Одоакр 15 июля бежал в Равенну.

И вот Одоакр был вынужден отдать своего сына Фелу в заложники Теодориху и получил обещание, что тот не прольет его крови. Так Теодорих вошел [в город]; через несколько дней Одоакр составил против него заговор, но [Теодорих] узнал об этом и, прибыв в Лаврент, поразил [Одоакра] мечом во дворце. В тот же день по приказу Теодориха все его воины, кого только смогли отыскать, вместе с отпрысками и семьями были умерщвлены.

В Константинополе умер император Зенон, и императором стал Анастасий. Теодорих [как сообщалось выше] направил Фавста Негра с посольством к Зенону, а когда стало известно о его смерти, то [Теодорих] уже находился в Равенне и Одоакр был убит, так что готы провозгласили Теодориха королем, не ожидая соизволения нового принцепса. [75]

«Аноним Валуа». 49–57

Басня о льве и лисе

Когда известия о деяниях Теодориха и одержанных им победах достигли императорского дворца, император, посоветовавшись с сенатом, вновь повелел Теодориху прибыть в Константинополь, чтобы покончить с договором, который они вознамерились заключить. [Император] строжайше приказал сенаторам, чтобы никто не выдавал его истинных намерений, а если кто посмеет ослушаться, то тут же лишится головы. В это время Теодорих тайно послал к Птолемею своего мальчика-слугу, желая узнать, как ему поступить: стоит ли ехать или лучше отказаться. Птолемей тайно выслушал послание и ответил слуге так: «Я ничего не могу посоветовать Теодориху. Сегодня у нас праздник и по повелению Августа все сенаторы соберутся на пир у него во дворце. Ты отправишься туда под видом моего слуги. И внимательно выслушай и запомни ту басню, которую я расскажу сенату, а затем поскорее возвращайся назад и поведай ее тому, кто тебя послал». И вот, появившись в тот день вместе со слугой, Птолемей, когда сенаторы собрались за трапезой, начал свою речь: «Дабы трапеза наша прошла в веселье, позабавлю вас одной басней. Лев был самым сильным среди зверей, и поэтому звери решили избрать его царем и прибыли к нему на прием. А когда наступил час трапезы, явился и бык. Бык склонился перед львом, но тот схватил его за рог, решив, что бык и будет [блюдом] к обеду. Бык тут же вырвался и, потеряв рог, убежал в дикие степи. Тогда по приказу льва звери поручили лису возвратить быка. Лис отправился в путь, и, ничего не боясь, убедил быка самыми святыми клятвами, и уговорил его вернуться. Как только бык снова прибыл ко льву и поклонился повелителю, тот напал на него и разорвал на куски. А лис, не убоявшись и воровства, проглотил тем временем бычье сердце. Лев, возжелав, чтобы ему подали к столу именно сердце быка, обнаружил после тщательных поисков, в которых принимали участие все звери, дрожавшие от страха, что сердце исчезло. Тогда они заявили: „Лис привел быка и стоял во время казни ближе всех, должно быть, он и украл сердце“. Схватили виноватого, стали его допрашивать, потребовав, чтобы украденное было возвращено, однако лис ответил: „Я ведь и вовсе безвинно страдаю: не было у этого быка сердца, а иначе я никогда не смог бы убедить его вернуться. Ведь сперва, потеряв рог, он все же спас свою жизнь, но, будь у него сердце, разве осмелился бы он снова прийти сюда?“» Мальчик-слуга прилежно внимал басне и, запечатлев ее в своей памяти, отправился назад к Теодориху, чтобы передать ему совет Птолемея. Король был спасен от грозившей ему опасности и, отказавшись подчиняться власти императора, счастливо правил готами еще двадцать восемь лет.

«Хроника Фредегара». II, 57

Теодорих — король готов

Теодорих был человеком великой силы и мужества. Его родной отец по имени Валамер был королем готов; мать его по-готски звали Эрелиева, но при крещении получила имя Евсевия. В любом деле он был славен и руководствовался добрыми намерениями. Он правил тридцать три года. В его время Италия обрела счастье, ибо был мир среди народов. Он не совершил ничего дурного, управлял двумя народами, римлянами и готами, словно одним, и, хотя являлся сторонником арианской ереси, не сотворил ничего неправедного, так что римляне его называли Траяном и Валентинианом, ибо правлению этих императоров он подражал, а готы — королем могущественным во всем, именно так он именуется в эдикте, утвердившем установленные им законы.

Он приказал восстановить римскую милицию, которая существовала при принцепсах. Был щедр на подарки и хлеб, устраивал игры в цирках и амфитеатрах; если его интересовало какое-либо общественное дело, то он брал его в свои руки и не жалел сокровищ для его исполнения.

Будучи неграмотным, он проявлял такую мудрость, что многие из его изречений до сих пор ходят в народе как пословицы. Да не упрекнут нас за то, что мы упомянем некоторые из его фраз. Он сказал: «Кто завел дружбу с золотом или дьяволом, никогда от них не избавится». И еще: «Римлянин жалок, подражая готу, готу же полезно подражать римлянину».

Один человек умер, и остались после него жена и маленький сын, который еще не знал своей матери. Кто-то взял маленького сына, отвез его в другую провинцию и там воспитал. Когда же сын достиг юношеского возраста, его вернули матери. Мать же снова собралась замуж. Когда мать увидела сына, то возлюбила его, и возблагодарила Бога за то, что смогла увидеть его снова, и провела с ним тридцать дней. Но вот возвратился жених матери, увидел юношу, спросил, кто это такой. Она ответила, что это ее сын. Он, узнав, что это ее сын, начал требовать назад брачные подарки со словами: «Или откажись от того, что это твой сын, или я ухожу». Женщина по принуждению жениха перестала признавать сына и сказала ему следующее: «Ступай, юноша, из моего дома, ибо я приняла тебя как пилигрима». Он же утверждал, что возвратился к своей матери в дом своего отца. Что дальше? Когда это случилось, сын подал на свою мать королю жалобу, и тот приказал ей явиться к нему. Он сказал ей: «Женщина, твой сын жалуется на тебя. Что скажешь?» Она ответила: «Он мне не сын, я приняла его как пилигрима». Когда же в соответствии с [установленным] порядком сын этой женщины изложил все королю, тот спросил женщину снова: «Он тебе сын или нет?» Она ответила: «Он мне не сын». Король ей сказал: «А какое у тебя состояние, женщина?» Она ответила: «Тысяча солидов». Тогда король решил взять с женщины клятву в том, что она не возьмет в мужья никого другого, кроме [юноши], и она, испугавшись, созналась, что он приходится ей сыном. Были и многие другие случаи.

Затем он взял жену из франков по имени Аугофлада. До того как он стал королем, у него уже была жена, которая родила ему двух дочерей: одну, по имени Ареагна, он отдал в жены Алариху, королю визиготов в Галлии, а другую, Теодеготу, — Сигимунду, сыну короля Гундобада. Благодаря посредничеству Феста он примирился с императором Анастасием, и тот отослал ему все дворцовые украшения, которые Одоакр отправил в Константинополь.

В это время в Риме возникла распря между Симмахом и Лаврентием: оба были посвящены в сан. По Божьему соизволению одержал верх тот, кто был достоин, а именно Симмах. После того как в Городе и Церкви установился мир, король Теодорих посетил Рим и проявил такую преданность святому Петру, как будто он был католиком. Папа Симмах вместе со всем сенатом и жителями Рима вышли его встречать за пределы города. Прибыв туда, Теодорих затем вступил в город, пришел в сенат и, обратившись к народу, с Божьей помощью пообещал соблюдать все, что было установлено римскими правителями.

Отмечая тридцатилетие [своего правления], он при стечении народа проследовал во дворец, а для римлян были устроены игрища в цирке. Он подарил римскому народу и нищим зерна на один год двадцать тысяч модиев и на восстановление дворцов и на приведение в порядок городских стен приказал выделить двести ливров из винного налога.

вернуться

75

Принцепс — глава государства времен Ранней империи.