Римские фантазии, стр. 23

– Успокойся, – посоветовал начальник, – ты самый сильный тяжелоатлет во всей Солнечной системе. Только не испорть все своей вечной поспешностью.

– Хорошо, синьор начальник, – пробормотал Грилло, – просто я не привык зря тратить время, а этот корабль, похоже, не собирается идти в Египет.

Но корабль в Египет все же пришел, спортсмены высадились в Александрии и отправились в гостиницу.

Начальник и Анджела сказали Грилло:

– Тебе надо немножко поспать, чтобы успокоить нервы. А мы тем временем заглянем в спортзал, проверим, все ли там в порядке, нет ли каких подвохов…

И Грилло пошел спать. Но во сне он так торопился, что проснулся… вчера. Посмотрел на календарь и убедился, что сегодня еще понедельник, хотя в Александрию они прибыли во вторник.

– Так и знал, – подумал он, – теперь надо спать вдвое медленнее, чтобы проснуться вовремя.

Он снова уснул, но спал еще поспешнее и проснулся за три или четыре тысячелетия до нашей эры. Проснулся в пустыне, потому что гостиницы в те времена на этом месте еще не было, и увидел перед собой человека в древнеегипетском одеянии. Тот спросил Грилло:

– Квик, квек, квак и квок?

– Ничего не понимаю, – вежливо ответил Грилло. – Мы в Чивитавеккья говорим на другом языке.

Человек повторил еще несколько раз: «Квик! Квек!» – потом позвал двух рабов, те подняли Грилло, отнесли в лодку, полную людей в древнеегипетских одеждах, и сунули в руки весло.

– Квик! – приказал хозяин лодки.

– Это я понял, – проговорил Грилло, – это значит: греби!

И едва он начал грести, как все опустили весла – в них просто не было надобности. Достаточно было усилий одного Грилло, чтобы лодка стрелой полетела вниз по Нилу. Крокодилы в испуге шарахались кто куда, а хозяин так ликовал, что от радости сошел с ума, и его пришлось связать.

Грилло между тем догадался, что его везут на строительство египетских пирамид. Чтобы помочь немного. И он не ошибся. Вскоре в пустыне показалась недостроенная пирамида, а вокруг – тысячи рабов, которые с трудом волочили огромные камни. Тут же оказался и фараон. Он кричал своим секретарям все то же: «Квик! Квек!» Но было совершенно ясно, что фараон сердится, потому что работы идут ужасно медленно. Его секретари со страху попрятались кто куда – боялись потерять голову, а заодно и уши.

«Я, конечно, могу помочь, – подумал Грилло, – мне это нетрудно. Но только до обеда. А потом – премного благодарен, и а риведерчи [4]!».

Он поднимал эти чудовищные камни, даже не затянув потуже пояс. Каждой рукой – по дюжине. Народ обступил его, и все кричали: «Ойлe! Квек! Квек!» А фараон от изумления упал в обморок, и к его носу пришлось поднести дохлого кота, чтобы тот очнулся (таков фараонский обычай).

Не прошло и двух-трех часов, как пирамида была закончена. Конечно, сразу же – обед для начальства, тосты, речи, поздравления… Фараон захотел поближе посмотреть на чужеземного раба, так удивившего его. С помощью пальцев и некоторых иностранных слов он попытался объясниться с ним и спросил, откуда он родом.

– Вавилония?

– Нет, ваше величество, Чивитавеккья.

– Содом и Гоморра?

– Я же сказал вам, многоуважаемый, – Чивитавеккья.

Фараону надоело расспрашивать, и он сказал что-то вроде этого: ну и катись туда, откуда явился. Грилло из осторожности помалкивал: когда расспрашивают, всегда лучше говорить поменьше. Он поел, когда дали есть, попил, когда дали пить, а потом ему знаками объяснили, что он может отдохнуть под пальмой.

«Тем лучше, – подумал Грилло, – теперь постараюсь спать медленно-медленно, как можно дольше, чтобы вернуться в наши дни».

Поначалу он не торопясь отсчитывал во сне века, тысячелетия, но привычка спешить все же взяла свое, и он начал беспокоиться, не пора ли просыпаться, не проспал ли.

Он проснулся как раз в тот момент, когда его помощь была совершенно необходима, чтобы закончить Суэцкий канал. Тут, к счастью, Грилло встретил земляка из Чивитавеккья. Звали его Анджелони Мартино. Он оказался школьным товарищем его прапрадедушки. На радостях Грилло даже заплатил за него, когда они немного выпили.

Засыпая снова, Грилло решил быть умнее и совсем не торопиться. Но перестарался. Он проснулся в гостинице, в Александрии, когда чемпионат мира уже закончился и победили все, кроме участников из Чивитавеккья. Начальник почты улетел в Италию первым же самолетом. А Анджела сидела рядом и помешивала ложечкой кофе.

– Выпей, – сказала она, – уже остыл. Его принесли еще три дня назад. Видимо, тебя обманули, чтобы ты никого не победил. Подсыпали сильное снотворное. Начальник грезит, что подаст в суд. Ну, ничего, в будущем году состоятся Олимпийские игры, и ты непременно победишь и станешь чемпионом!

– Нет, – ответил Грилло, – больше я не хочу побеждать. С таким грузом на шее, как у меня, нет смысла носиться по свету и поднимать тяжести.

– Постой, а на мне не женишься?

– На тебе я женюсь тотчас же, даже на прошлой неделе.

– О нет, меня вполне устраивает завтра.

Прежде чем вернуться в Чивитавеккья, чтобы пожениться, они побывали у пирамид. Грилло сразу же узнал свою работу – труды своих почтово-телеграфных рук. Но он ничего не сказал. Великие чемпионы обычно очень скромны. А самые великие – скромнее всех. Такие скромные, что их имена навсегда остаются неизвестными. Каждый день они поднимают невероятные тяжести, но никому не приходит в голову взять у них интервью.

Подарочные мышки

Однажды кот задумал разбогатеть. У него было трое дядюшек, и он решил отправиться к ним за советом, как это лучше сделать.

– Надо стать вором, – сказал ему дядя Первый. – Нет лучшего способа разбогатеть без особого труда.

– Я слишком честен для этого, – ответил кот.

– Ну и что? Среди воров немало честных людей, а среди честных сколько угодно воров. Так на так не получается. К тому же ночью все кошки серы.

– Ну я подумаю, – ответил кот.

– Можно стать певцом, – сказал ему дядя Второй. – Нет лучшего способа разбогатеть и прославиться без всякого труда.

– Но у меня нет голоса.

– Ну и что? Многие певцы поют, как петухи, но все равно превращаются в богатых акул. Надо же, как я удачно выразился! Постой, я запишу эту мудрую мысль. Ну так что, решил?

– Я подумаю, – ответил кот.

Дядя Третий сказал:

– Займись торговлей. Открой какую-нибудь милую лавочку, и люди будут выстраиваться в очередь, чтобы принести тебе свои деньги.

– А чем бы стоило торговать?

– Роялями, холодильниками, электровозами…

– Слишком громоздкие вещи.

– Ну тогда дамскими перчатками.

– Но в таком случае я потеряю половину покупателей – мужчин.

– Сделай так: открой табачную лавку на Капри. Великолепный остров. Круглый год прекрасная погода. Туда приезжает множество туристов, и каждый покупает хотя бы одну открытку и марку, чтобы отправить ее родным.

– Ладно, подумаю, – ответил кот.

Он думал целую неделю и наконец решил открыть небольшой продовольственный магазин. Снял подходящее помещение на первом этаже нового здания, разместил там шкафы, прилавки, кассу и усадил за нее кассиршу. А затем, чтобы не тратиться на художника, сам нарисовал вывеску: «Подарочные мышки (Новый консервный деликатес)».

– Какая прелесть! – сказала кассирша. Это была совсем молоденькая кошечка, впервые поступившая на службу. – Подарочные мышки! Гениальная мысль!

– Если б она не была гениальной, – уточнил кот, – она не пришла бы мне в голову.

На другой вывеске, поменьше, кот написал: «Тот, кто купит сразу три банки, в награду получит бесплатно консервный нож».

Кассирша нашла, что у ее хозяина прекрасный почерк.

– Так уж я устроен, – ответил кот, – пишу только прекрасно. Я бы не смог ошибиться, даже если б мне прищемили хвост.

– Однако, – заметила кассирша, – где же эти консервы?

вернуться

4

до свидания (ит.)