Новое восстание, стр. 38

— Может сработать, — в конце концов кивнул Хэн. — Может сработать.

— Что? — спросил Давис, демонстрируя полное непонимание языка.

— Эти туннели выходят в песок, верно?

Давис подтвердил; он хмурился — то ли недовольно, то ли недоуменно. Хэн широко улыбнулся.

— Это здорово, — объявил он. — Замечательно. Давненько я не имел дела с джавами.

20

Люк не заметил, как подошел дроид. Золотистый корпус робота-секретаря тонул в солнечном сиянии помещения. Сначала Скайуокер его услышал., металлические ноги клацали по металлическому полу. Потом появился сам дроид: фоторецепторы сияли на угловатом лице. Словно металлическое божество восстало из волн электронного моря во всем блеске могущества, привычного для него, запредельного для простых смертных.

— Джедай Скайуокер? — спросил дроид, как будто ему уже был известен ответ.

Голос по модуляциям напоминал голос Си-ЗПиО, но. лишен нервозности и суеты. Да и модель была явно другая. Теперь Люк разглядел: лицо уже, корпус вытянутее, заостренная грудина.

— Я — Люк Скайуокер, — сказал он.

— Пойдем со мной.

Люк кивнул. Двигаться было приятно. На мгновение он ощутил присутствие еще одного, одновременно знакомого и незнакомца. Как будто друг стал чужим. Остались следы, человек изменился. Если бы Люк был сейчас на Явине, он нашел бы время посидеть и подумать, разобраться в своих ощущениях, отыскать следы. Но не было ни времени, ни покоя. Пусть трудится подсознание. Сознание сейчас будет занято.

Где-то здесь был Бракисс.

И Бракисс был напуган.

Дроид повел гостя вдоль конвейерных лент. Похоже, его не волновало, что повсюду были разбросаны детали его сотоварищей. Он был собран, остальные — только запчасти.

— Что это за место?

— Лаборатория для тестирования манипуляторов роботов-секретарей. Мы разрабатываем новую систему, которая повысит подвижность суставов, а пальцы получат возможность осязания. За последний стандартный год мы внесли много модификаций во все основные функции…

Больше похоже на рекламу предприятия, чем на ответ на вопрос.

— Вы обычно общаетесь с заказчиками? — полюбопытствовал Люк.

— О нет. Я всего лишь робот-секретарь, джедай Скайуокер. Я сопровождаю гостей и уполномочен удовлетворять их любопытство.

— Сколько времени провел здесь Бракисс?

Дроид повернул золотистую голову.

— Я не знаю. Мою память много раз смывали.

Люк едва сдержал дрожь. Промывка памяти дроидов всегда казалась ему варварством. Если бы Р2Д2 и Си-ЗПиО подверглись такой процедуре, он потерял бы двух добрых друзей.

Ну, по крайней мере, дроид подтвердил, что Бракисс находится здесь.

Следующий зал был заполнен ногами: они стояли рядами, похожие на странную обувь; казалось, отдай им команду, и они сами собой пройдутся пугающим маршем.

— Здесь мы тестируем ноги, — объявил дроид.

— Это я понял. Не обязательно придерживаться заготовленной речи. Просто отвечай на вопросы.

— Как пожелаете, джедай Скайуокер.

Люк пригнулся, чтобы не стукнуться лбом о пару ног, свисающих со стенда.

— Крупное производство…

— Цех занимает все здание, джедай Скайуокер.

— Нет, — Люк постучал пальцем по одной из ног; твердая, безжизненная и холодная, — я говорил про завод.

— Завод занимает весь спутник, джедай Скайуокер. Мы изготавливаем все типы дроидов. Желаете осмотреть какой-нибудь определенный цех?

Люк покачал головой.

— Здесь так пусто…

— Мы только что приняли большой заказ на МД-10. Практически все работники заняты в центре производства медицинских дроидов.

— Десять? — переспросил Люк. -Я видел только. пятую модель.

— «Пятерка» более старая и менее эффективна. Шестую модель недолго использовали в Империи. Семь, восемь и девять — прототипы, ими пользовались лишь в некоторых секторах. Появление «десятки» — настоящая революция, и мы выпускаем только эту модель.

Очередной кусочек запрограммированной речи. Дроид распахнул перед ним еще одну дверь. Зал, полный голов, золотистых голов с темными, мертвыми фоторецепторами. Головы были сложены в пирамиды, как камни. Рты их были полуоткрыты, словно пытались заговорить.

Или вскрикнуть.

Часть голов была недоделана. Их начинка 6ыла разложена на рабочих столах.

— Тебе здесь не страшно?

Дроид вновь повернул голову.

— Джедай Скайуокер, мы занимаемся усовершенствованием дроидов, а не. снабжаем их эмоциями.

Вам не хуже меня известно, что эмоции делают дроида бесполезным.

Люку опять пришли на память нервические восклицания Си-ЗПиО и более чем выразительные вопли Р2Д2. Он как-то привык считать этих двоих невероятно полезными.

— Кроме того, — продолжал дроид, — мы должны принимать место своего рождения таковым, каково оно есть.

Вот это верно. Ему самому пришлось немало потрудиться, чтобы свыкнуться с мыслью, кто его отец… Люку не очень нравилась тема их разговора. А еще больше — что они уходили все дальше от корабля.

— Куда ты меня ведешь?

— Мы направляемся в сборочный цех. Вам оказана огромная честь. Практически никто из наших гостей не видел его.

Люк не был уверен, чувствует ли он себя польщенным. Он по-прежнему ощущал присутствие Бракисса; теперь гораздо сильнее, и Бракисс пытается обуздать свой страх. Трудно сказать, кого именно боится Бракисс, то ли гостя, то ли кого-то другого. Раньше Бракисс никого не боялся.

— И далеко этот цех?

— Не очень, джедай Скайуокер, но нам надо будет покинуть общественный сектор. Вы не должны ни к чему прикасаться.

Люк кивнул. Это нетрудно. У него и без того крепло ощущение, что он шагает по кладбищу. В душе не шевелилось ни малейшего желания кинуться и собрать всех этих несчастных дроидов.

Не обращая внимания на большие центральные двери, дроид открыл одну из боковых. Люк даже не заметил, что там есть дверь, пока его провожатый не коснулся ее.

Здесь свет был не такой яркий. Воздух пах гидравлической жидкостью. От пола до потолка поднимались стеллажи, заполненные мелкими деталями. Суставы, пальцы, фоторецепторы, вокодеры, сенсоры, все рассортировано, все разложено по коробочкам, фоторецепторы вдруг активировались — все одновременно, коридор утонул в солнечно-желтом свечении.

— Они предназначены для новейшей модели, — несмотря на промывку мозгов, дроид определенно сохранил ощущение гордости. — Они могут служить детекторами движения. Также они определяют температуру тел разумных форм жизни.

— А как быть с формами жизни, у которых холодная кровь? Глотталфибы или, к примеру, вертены?

— Они могут использовать наших дроидов для слежки за непрошеными гостями.

Люк оглянулся на стеллаж. Тысячи электронных глаз пялились на него. форма странная, не круглая, скорее, овальная… Люк поежился.

— Их тут делают? — шепотом спросил он.

Все рецепторы одновременно подмигнули. Похоже, они были детекторами не только движения. Необычная способность и не очень понятная. Зачем глазам слышать? Роботы-секретари оснащены неплохими слуховыми рецепторами.

— Конечно, — откликнулся его металлический гид. — Здесь сделаны все комплектующие.

Он заметил, что Люк рассматривает фоторецепторы.

— Идемте, джедай Скайуокер, нам нельзя опаздывать.

До этого мгновения Люк и не подозревал о жестком расписании. Ну, раз уж эти «глаза» не только видят, но и слышат неплохо, придется воздержаться от искушения прикарманить парочку. Ладно, он просто запомнит, а обдумает позже.

Они миновали стойку с фоторецепторами, и сияние погасло. Теперь полки притягивали Люка, точно магнит. Так хотелось задержаться, порыться в таинственных деталях, разложенных здесь. Чипы с номерами, разноцветные проводки, что-то совсем уж несусветное, но, кажется, безопасное.

Узкий проход постепенно расширялся, пока не превратился в длинный зал. По стенам — компьютерные панели и мониторы. Стульев нет, клавиатура расположена необычно высоко, как будто работать предполагается стоя.