Новое восстание, стр. 20

Все желающие согласились терпеть. Перерой они всю Галактику, и то не нашли бы убежища лучше.

И такого же защищенного. Хэну было известно, что за «Соколом» начали следить еще на подходе. Вот чего он не ожидал, так это вооруженной охраны в конце коридора.

Пятеро. Все старые знакомые.

Чуи негодующе проревел. Пришлось удержать друга за мохнатое плечо. После этого Хэн внимательно рассмотрел комиссию по встрече. Малыш ДКсо'лн, совсем лысый, впервые взял Хэна в рейс на Кессель. Зиен Афит, морщин на его лице прибавилось, впервые привел Хэна и Чуи на Ход. Синюшка Ана Синь, прекрасная как никогда, заведовала азартными играми, а в частности сабакком, в котором Хэн в свое время выиграл немало кредиток. Винни, вуки, пытавшаяся соблазнить Чубакку с первого их визита на Ход, выглядела она как обычно, ни чуточки не изменилась. И Селусс, суллустианин, который обычно летал с Джаррилом, а теперь хватается за бластер, словно собирается им воспользоваться.

Хэн продемонстрировал пустые ладони.

— Это что, еще один способ приветствовать старых друзей?

— Ты не друг, Соло, — сказала Синюшка.

— Ну, так когда твои друзья из Новой Республики прилетят нас арестовывать? — поинтересовался Зиен Афит.

— А вы совершили что-то незаконное? — спросил Хэн.

Винни заворчала.

— Я ведь имею право задать простой вопрос?

— Нет, если только не знаешь ответа на него заранее, — сказал Малыш ДКсо'лн.

Чубакка напрягся. Хэн еще крепче вцепился в его шерсть.

— Если бы Республика хотела разобраться с Ходом, то это бы случилось давным-давно.

Селусс застрекотал, подергивая острыми ушками.

— Да, верно, — откликнулся Хэн. — Но вы не занимаете верхние строчки их списка неотложных дел. Ребята, вы себя переоцениваете. Верно, Селусс?

Винни взревела. Чубакка ответил.

— Прекрати, Чуи, — зашипел Хэн. — Не вмешивай сюда еще и личные отношения.

Чуи забурчал. Он напоминал капитану, что терпеть не может Винни и что капитану об этом известно. Хэн кивнул. Винни никогда не действовала согласно кодексу вуки. Она бросила свою семью и не выплатила два долга жизни ради карьеры контрабандиста. Но меньше всего Хэну сейчас хотелось, чтобы старые счеты вылились в нечто вовсе неуправляемое. Особенно когда огневая мощь противника превосходит их собственную.

— Личные отношения уже замешаны, Хэн, — сказал Малыш. — Ты бросил нас много лет назад. У тебя нет права возвращаться.

— У меня столько же прав быть здесь, как и у тебя, — возразил Соло. — Я, что-то не слышал, чтобы на Ход пускали только избранных. Зато хорошо помню, как многие из здесь присутствующих боролись за право убраться отсюда.

— Времена изменились, — сказала Синюшка.

— Воняет по-прежнему.

Пятерка приблизилась. Зиен ткнул в Хэна бластером. Чуи снова взревел. Винни прицелилась в него из самострела.

— И что? — поинтересовался Хэн Соло. — Собрался толкать меня всю дорогу до «Сокола»? Или пристрелишь прямо здесь?

Никто не успел даже опомниться, как он сгреб в охапку суллустианина и, выставив коротышку-антропоида перед собой вместо щита, перехватил его руку с оружием.

— Я здесь по приглашению твоего напарника, приятель, — проговорил он в острое ухо Селусса. — Не желаешь привести его сюда?

Селусс вывернулся и сердито и громко заверещал. Хэн поднял левую руку. В правой он держал конфискованный у суллустианина бластер.

— Эй, а откуда мне было знать, что его тут нет? По моим расчетам, он уже должен был вернуться.

Селусс пнул Хэна, и удар оказался на удивление сильным, если учитывать, что Селусс едва доставал Хэну до пояса. Чубакка с ревом ухватил Селусса за шиворот и приподнял над полом.

— Отпусти его, Чуи, — Предложил Хэн. — Он расстроен.

— Сообразил наконец-то, — фыркнул Зиен. -Джаррил отправился к тебе и не вернулся. А теперь ты здесь.

Селусс все еще верещал, отчаянно размахивая конечностями. Чубакка держал его на расстоянии вытянутой лапы от себя. Селусс напоминал разозленную вомпу-песчанку.

— Парни, вы меня знаете, — Хэн тоже начал злиться. — У меня нет привычки надувать людей и хладнокровно убивать их. Я здесь, потому что Джаррил сказал: здесь возникли проблемы.

— Ты здесь потому, что Джаррил сказал: здесь возникли большие деньги, — отозвался Малыш ДКсо'лн.

Винни угрожающе заурчала.

Хэн задрал бровь.

— Сначала я враг номер один на Ходе. Теперь я прилетел за деньгами. Выберите что-то одно, а?

Чуи гавкнул.

— Параноики — это слишком мягко сказано, — не согласился Хэн. — Парни, что вы скрываете?

— Видите? — вскинулся Зиен. — Я же говорил, что он работает на Республику!

Синюшка вонзила ему в бок острый локоть.

— Он задал законный вопрос, -сказала она. — Отпусти Селусса и поговорим.

Чуи помотал головой. Селусс попытался замахнуться на него, но не достал. Чубакка крепче сжал пальцы.

— Поставь его на землю, Чуи.

Чубакка взвыл.

— Я сказал, поставь его на землю.

Мало ему этих пятерых, теперь еще собственного напарника придется уговаривать.

Чубакка отнес суллустианина к потоку слизи и разжал хватку. Селусс взвизгнул так, что у всех заложило уши. Оба вуки даже заткнули уши ладонями. Потом Селусс шлепнулся в слизь, разбрызгав ее по коридору. Запах заметно усилился. Хэн успел отскочить, а пятерым контрабандистам пришлось вытирать с себя желто-зеленую мерзость.

Селусс выбрался из лужи и вырвал у Хэна свой бластер.

— Берегись! — заорал Соло.

Чубакка потянулся за оружием, но было поздно. Селусс выстрелил.

13

Ландо ждал почти всю ночь, и это было очень долго. Он старался уснуть, но ему снились сны. Сны, которые ему не нравились. Воспоминания — в основном Хэн, замерзающий в карбонитовой камере. Что происходит… дружище? Хэн задавал этот вопрос снова и снова. Ландо пытался ответить, что это не он, что Вейдер… он не мог говорить. А потом ему снились лапы Чубакки, сжимающие ему горло, и вуки тоже все время повторял, что Ландо мог предотвратить…

Ландо мог…

… предотвратить…

Он сел на койке, закутавшись в тонкое одеяло. Ему было холодно, несмотря на то, что он очень аккуратно настроил термодатчики. Он давно уже не думал об этом кошмаре, зато сейчас в деталях вспомнил ощущения от него.

Он всегда просыпался, чувствуя, как ему холодно. Он в жизни так не замерзал. И холод шел изнутри. Как будто…

…как будто это его сунули в карбонитовую камеру и оставили умирать.

Ландо посмотрел на экран монитора. Никаких известий с Корусканта. Он оставил сообщения для Хэна, Чуи, Леи и даже для Зимы. Он повторял эти срочные сообщения, но ответа на них не приходило. Обычно хоть кто-нибудь отзывался.

Он даже попробовал связаться с Явином, понадеявшись, что уж Люк-то должен знать, куда все подевались, но нашел там лишь Стриена, который ответил, что Люк срочно улетел на Корускант, но никто не знал, чего ради.

После этого Ландо оставил несколько сообщений для Люка. Одно он послал на комлинк его истребителя (послание вернулось), на Корускант и в Императорский дворец. Затем попытался добраться до Мон Мотмы, адмирала Акбара и Веджа Антиллеса. Он даже направил сообщение для всех членов Внутреннего Совета.

Не ответил никто.

Ну хоть кто-нибудь ему ответит?!

Ландо был в панике. Вот-вот застучат зубы. Он вылез из постели, завернулся в самый теплый, самый плотный балахон и налил в чашку горячего протеинового напитка с Айтта. Обхватил чашку ладонями, чтобы согреть хотя бы пальцы. Затем уселся за компьютер, постарался успокоить нарастающую панику и вызвал Мару Джейд.

Она ответила так поспешно, что он еще больше испугался. Он почти был уверен, что она тоже пропала. Мара сидела в рубке «Дикого Каррде», принадлежащего Когтю Каррде. Также принадлежащий Каррде ворнскрс сидел рядом с ней.

— Не можешь провести без меня даже пару дней, а? — усмехнулась она.

— Без тебя мгновения кажутся годами, — сказал он, сообразив, что обязан подшучивать над ней, даже если настроение для этого совсем неподходящее.