Лунатик исчезает в полночь, стр. 4

Ознакомительная версия. Доступно 18 стр.

– Эй, кто там прячется? Выходи, иначе подниму весь дом на ноги и вызову полицию!

Створка приоткрылась, и я увидела девушку-блондинку, живущую в третьем номере. Мы пока не успели познакомиться, просто кивали друг другу за завтраком.

– Чего орешь? – шепотом спросила она.

– Там комната? – поразилась я.

– Кладовка, – уточнила соседка. – Хочешь посмотреть? Входи.

Я наклонилась, чтобы не задеть головой притолоку, и юркнула внутрь.

– Дверцу надо плотно закрыть, – пробормотала блондинка и потянула за ручку.

– А снаружи и не понять, что в кухне есть чулан, – продолжала я удивляться. – Вот странно…

Незнакомка сложила руки на груди.

– Ты ваще кто?

– Степанида Козлова, – представилась я, – ведущий стилист и один из директоров фирмы «Бак».

– Врешь! – воскликнула блондинка.

– Почему ты так решила? – спросила я.

– Топ-менеджер косметического монстра не станет даже смотреть на пансион «Уютный уголок», – твердо заявила соседка, – у специалиста такого уровня есть собственные шикарные апартаменты. Пентхаус или загородный дом.

– Тебе повезло увидеть уникума, – парировала я. – Вообще-то мне наплевать, что ты считаешь меня лгуньей, но если хочешь, приезжай в головной бутик «Бака», я сделаю тебе персональную скидку. С соседями надо дружить! А как тебя зовут?

– Светлана Кузнецова, – ответила блондинка, – зоопастырь.

– Кто? – не поняла я.

Света объяснила:

– Я помогаю людям подобрать животное, с которым они долгие годы проживут душа в душу. Некоторые покупают собак, а потом мучаются с ними, не понимают, почему пес безобразничает, везде гадит, не слушается. А все просто: хозяин по менталитету не совпал с породой. Например, приобрела пенсионерка бигля. Охотничий пес настроен гулять, бегать, ему не менее четырех часов в день активный моцион требуется, а старушку тянет посидеть. Налицо конфликт интересов. Бабуле лучше завести кота, желательно британца, который может сутки с бока на бок перекатываться и быть счастливым.

– Ясно, – кивнула я. – Берта мне ничего не говорила про этот чулан. Странно, что забыла. Хотя о нем, наверное, написано в правилах, которые я до сих пор не удосужилась прочитать.

– Нет, – заговорщицки зашептала Светлана, – это маленький секрет Нечаевой. Гляди…

Глава 3

Света отошла в сторону, и моим глазам открылось небольшое помещение. Впереди у задней стены стоял шкаф, около него холодильник. Справа на стеллаже на одной полке я увидела пар шесть дорогой обуви, на другой несколько недешевых сумок. Слева стоял кронштейн с одеждой: четыре вечерних платья, столько же дорогих пуловеров, две шубы, кашемировое пальто.

– Ну и ну! – удивилась я, подходя к вешалкам. – Вещи все новые и разного размера, вот этот кардиган определенно мал Берте. Вечерние платья тоже не на нее, а на высокую очень стройную даму. Может, это гардеробная дочери Нечаевой? Она работает в пансионе горничной, коридоры пылесосит. Кажется, ее зовут Юлия. Но шмотки очень дорогие, к тому же разные, тут тридцать четвертый размер, тридцать восьмой, сороковой… Очень странный гардероб! И почему вход сюда замаскирован? Кстати, неразумно хранить вещи рядом с кухней, сквозь щель легко проникают запахи еды, мех и парадные наряды ими мгновенно пропитаются. Пансион большой, у хозяев весь третий этаж, неужели там не нашлось более подходящего места?

Светлана уронила пакетик, который держала в руке, наклонилась, из выреза ее кофточки выпал медальон и закачался на цепочке. Я залюбовалась украшением. Оно было дорогое, красивое и оригинальное: сердце, увитое виноградными листьями. Кузнецова выпрямилась и спрятала вещицу под одежду.

– О, там полушубок из соболя! – не успокаивалась я.

– Сделай пару шагов и открой шкаф, – велела Света.

Я послушалась и ахнула.

– Продукты! Но какие! Два окорока хамона на подставках со специальными ножами, чай из Англии, геркулес из Франции, бутылки молока из Америки…

– Теперь холодильник открой, – скомандовала Кузнецова.

Я потянула за никелированную ручку и подпрыгнула.

– Масло из Нормандии, сыры из Парижа, йогурты из Германии, селедочка из Швеции, коробка швейцарских конфет…

– Пробовала их? – деловито осведомилась Светлана. – Я видела такие в «Территории еды», махонькая упаковка две тыщи стоит.

– Мне их каждый вечер на тумбочку у кровати кладут, – сказала я, – по одной штучке. Шоколад горький, настоящий, сои в нем нет. Потом так хорошо спится! Обычно я долго ворочаюсь, прежде чем заснуть, часа полтора, не меньше, а две ночи в пансионе провела великолепно – съем конфетку в постели, и минут через пять глаза сами собой закрываются.

– А не ври-ка! – поморщилась Света. – Берта скорей удавится, чем жильца угостит.

– Честное слово, конфеты на тумбочке лежали, – продолжила я, – одна и сейчас там. Во многих отелях постояльцам дают сладкое, это маленький комплимент от администрации. Пустячок, но приятный.

– Еще скажи, что тебе их зеленые человечки приносят, – фыркнула Светлана.

Я решила сменить тему разговора.

– Куда это мы с тобой попали?

– В нору запасливого крота, – засмеялась Света. – Открой второе отделение шкафа.

Я уже поняла, что там очередная нычка, и не поразилась, когда увидела дорогие шампуни, кондиционеры, пену для ванны, крем для тела… Потом повернула голову и не сдержала восклицания:

– Пятислойная туалетная бумага из США? Дешевле использовать в туалете доллары! Для кого эта роскошь?

Светлана скорчила гримасу.

– Уверена, Берта Борисовна покупает гастрономические изыски для себя любимой. Днем никого из постояльцев нет, все на работе, вот она и лакомится. В ее апартаментах мы не бываем, Нечаева на третьем этаже живет. Если подняться туда, уткнешься носом в крепко запертую дверь. Не привечает хозяйка незваных гостей, не желает, чтобы они знали, в каких условиях она живет.

Я вспомнила «Кошмар в сосновом лесу». Мы с бабулей тоже жили на самом верху, но любой из клиентов мог спокойно подняться туда, нужно было только открыть незапертую дверь. Белка задвигала щеколду исключительно на ночь. И питались мы тем же, чем кормили отдыхающих.

– В холодильнике на кухне у нее копеечные сосиски, яйца, молочные продукты из самого дешевого магазина и побитые яблоки, – не успокаивалась Света. – А здесь, смотри, бутылка греческого оливкового масла по полторы тысячи рублей, экзотические фрукты.

– Зачем ей пена для ванны? В пансионе только душ!

– Это у тебя лейка, – возразила собеседница, – а у Берты и Юлии, может, пятиметровое джакузи.

Кузнецова вынула из кармана махрушку, стянула длинные волосы в хвост и усмехнулась.

– Я слышала ваш разговор про хамон. Небось ты решила купить несчастной пенсионерке немного испанской ветчины?

– Угадала, – кивнула я, – хотела завтра вечером деликатес ей привезти.

Светлана сделала шаг вперед.

– Берта ловко прикидывается несчастной козой. Я случайно про ее «Форт Нокс»[3] узнала. Купила новые туфли, надела их, пошла к метро, а на полпути так пальцы заболели, что решила вернуться и переобуться. Входная дверь почему-то оказалась незапертой, наверное, Нечаева закрыть забыла, случается с ней такое. Я без звонка вышла в холл. Скинула лодочки, решила водички попить. Вхожу босиком на кухню и вижу: деревянная панель распахнута, внутри за ней свет горит. Ну и понятно стало, что у хозяюшки потайное местечко имеется. Пошли отсюда, не хочу, чтобы кто-нибудь из жильцов про запасы прознал. Да и ты бы ничего не учуяла, не урони я случайно банку с крабами.

– Причем ты проделала это дважды, – хихикнула я. – Услышав первое «бух», я удивилась, но собиралась спокойно уйти. Тебя выдал Патрик – он царапал панель, мяукал.

– Вот пакостник, учуял меня!

Кузнецова взяла небольшой пакетик, который лежал на одной из полок. Я пригляделась к прозрачной упаковке и тут только поняла, зачем Светлана посетила кладовую.

вернуться

3

Форт Нокс – хранилище золотых слитков в США.