Колодцы тумана, стр. 8

— Да, ты похож на человека, который знает, чего хочет, — заметила Ирма, и щеки Фариса снова разрумянились.

— Может, это вообще последний урожай в наших землях, — пробормотал он. — Туман не пропускает солнечный свет, а без света ничего не растет.

Повисла пауза. Чтобы продолжить разговор, Хай Лин спросила:

— А Великое Собрание — это что?

— Это шестьдесят мужчин и женщин, избранных, чтобы управлять Найдорном.

— Кем избранных? Королем?

Впервые с момента их встречи Фарис расхохотался.

— Королем? У нас нет никакого короля, зачем он нам? Последнего короля свергли тысячу лет назад — не меньше. Это взрослые жители Найдорна решают, кто будет заседать в Собрании. Выборы проводятся раз в пять лет. А что, в вашем мире все решения принимает король?

— Нет, у нас тоже избирается народное собрание, как и у вас.

Хай Лин устыдилась собственной глупости. Да, они посетили немало миров, где правили короли и королевы, но это еще не означает, что повсюду дела обстоят так же. Однако в этом Найдорне было что-то сказочное, может, поэтому Хай Лин и подумала о королях и замках.

— У меня есть один родственник, он ненамного старше меня, а уже заседает в Великом Собрании, — с гордостью произнес Фарис. — Отец у него был писцом, он-то и научил Халона чтению и письму, когда мальчишке было всего три года. А сейчас, не сомневаюсь, он знает наизусть все тома из ясинской библиотеки. Он самый умный из всех, кого я знаю.

— Вот уж, наверное, зубрила и зануда, — прошептала Ирма, обращаясь к Хай Лин. Тарани же заверила Фариса, что они, чародейки, с превеликим удовольствием встретятся с Халоном. Дорога впереди становилась все круче, но из-за тумана никак не удавалось определить, далеко ли еще до города. — Мы уже почти на месте? — поинтересовалась Вилл. — Неуверен, — признался Фарис. — Трудно сказать, сколько мы прошли. Хай Лин снова призвала ветер и немного разогнала туман. Ей ужасно хотелось приложить всю силу, вызвать ураган и смести серые клочья куда подальше, но Вилл сказала, что с этим лучше подождать. И Хай Лин пришлось сдержаться. Тем не менее ее магия принесла немалую пользу: теперь компания смогла разглядеть солнечное небо и пейзаж на несколько сотен метров вокруг. По обеим сторонам дороги по-прежнему тянулись фруктовые деревья, а где-то поблизости слышалось журчание реки.

Фарис замер как вкопанный и уставился на Хай Лин.

— Как тебе это удалось? Ты прогнала туман!

— Каждая из нас обладает особыми способностями, — пояснила Хай Лин. — Поэтому мы сюда и явились — наша сила может помочь Найдорну.

— Вы и вправду так считаете?

Хай Лин вынуждена была признать, что Фарису очень шла улыбка. А сейчас он был на седьмом небе от счастья: он смеялся и, казалось, был готов обнять воздушную чародейку.

— Конечно, считаем, — уверенно заявила Ирма. — Хай Лин продемонстрировала лишь малую толику наших возможностей. Подождите, и сами увидите, что будет дальше.

Хай Лин оставила довольного Фариса беседовать с Ирмой, а сама немного тстала и присоединилась к Вилл и Корнелии.

— Думаю, мне стоит приподняться над туманом и взглянуть на окрестности сверху, — сказала она.

— А разумно ли это? — покачала головой Корнелия. — Вдруг ты потом нас не найдешь?

— Ну, это как раз не проблема. Пока Ирма трещит, как громкоговоритель, я ее даже сквозь туман за несколько миль услышу.

Вилл привычным жестом покрутила прядку волос.

— Ну ладно, — наконец сказала она. — Поднимись и посмотри. Нам будет полезно узнать, высоко ли поднимается этот туман.

Довольная Хай Лин подпрыгнула и полетела. До чего же это было здорово поднять свое собственное тело в воздух, сделаться невесомой и слиться со своей стихией. Летать свободно, как пташка. Чародейка сделала несколько кругов и устремилась ввысь, сквозь туман, в нетерпении увидеть голубой лоскут неба.

Через несколько секунд она потеряла подруг из виду, но по-прежнему прекрасно слышала их голоса. Чародейка набрала высоту, и голоса слились в еле различимый гул. К сожалению, со всех сторон ее все еще окружал туман. Хай Лин решила взлететь еще выше. Воздух делался все более холодным и разреженным. Стало трудно дышать.

«Туман может кончиться в любой момент, — убеждала себя чародейка. — Еще немного, и я увижу солнечный свет».

Но туман не исчезал.

Наконец Хай Лин сдалась и решила, что пора возвращаться. Поблизости не раздавалось ни звука, стояла мертвая тишина. Для человека с таким острым слухом, как у Хай Лин, это ощущение было не из приятных. Чародейка стала спускаться. Она уже представляла себе, как расстроятся подруги, узнав, что у тумана нет ни конца ни края.

Хай Лин быстро снижалась. Минут через десять она замерла и прислушалась. До земли должно было оставаться всего ничего. Где же остальные? В ушах пульсировала тишина. Хай Лин не на шутку разволновалась. Неужели она потерялась?

Она продолжила спуск, но земли по-прежнему не было видно, одна лишь серая дымка. Туман почти физически давил на нее. И ни одного звука поблизости.

— Вилл! Корнелия! — Чародейка чувствовала, что начинает паниковать. — Тарани! Ирма! Вы меня слышите?

Какая-то частичка ее разума поверила, что она никогда не найдет пути назад, что земля вдруг взяла и исчезла и что она, Хай Лин, теперь навеки обречена летать в густом тумане.

«Помогите! Где вы?» — Она послала подругам мысленный крик о помощи.

И тут она услышала их. Целый хор голосов, выкрикивающих ее имя. Они раздавались так далеко! Но они раздавались! Чародейка продолжила снижение.

— Не замолкайте! — кричала она. И они не замолкали. Хай Лин захлестнуло небывалое чувство облегчения. Вскоре она разглядела подруг. Они и Фарис стояли на дороге, вглядываясь в небо. Туман вокруг них был не такой густой, словно голоса девочек расчистили для Хай Лин воздушный коридор.

— Я чувствовала, как вы тянетесь ко мне, — произнесла воздушная чародейка, приземлившись.

Подруги кинулись обнимать ее. — Разве тут потеряешься, когда вы со мной!

Глава 5. Вечное дитя

— Ого! — воскликнула Ирма, запрокинув голову так, что у нее заболела шея.

— Вы только взгляните на эти башни!

Перед ними возвышались ворота, ведущие в Ясину. По обеим сторонам от ворот в небо утыкались тонкие мраморные шпили, украшенные затейливым узором из черных и золотых металлических полос. Верхушки башен тонули в тумане.

— Видели бы вы, как они сверкают на солнце, — тихо вздохнул Фарис.

— Идемте, нам сюда.

Он повел девочек сквозь арку входа и дальше, по широкой улице.

— Раньше у ворот стояла стража, — пробормотал юноша. — Не знаю, куда она подевалась.

Туман снова сгустился, так что было трудно что-либо рассмотреть, но Ирма продолжала вертеть на ходу головой. Теперь она понимала, почему, когда разговор заходил о Ясине, Фарис переходил на особый, благоговейный тон. Мостовые сверкали перламутром и серебром. А дома по обеим сторонам улицы скорее походили на дворцы — со стрельчатыми окнами, колоннами и бронзовыми, с налетом зелени, статуями у входа.

— А где все? — спросила у нее за спиной Вилл.

— Трудно сказать, — пожал плечами Фарис. — Обычно здесь полно народу.

В этот миг впереди показалась женщина с надетой на руку корзиной. Она посторонилась, освобождая дорогу, и даже не взглянула на них. При виде ее лица Ирме стало не по себе — на нем отражалось полнейшее равнодушие ко всему происходящему вокруг.

Затем компания приблизилась к величественному зданию в лесах. На лесах сидели двое мужчин в рабочей одежде. Один из них вяло помешивал что-то в ведре. Возле входа во дворец стояла другая пара рабочих — те просто пялились в пространство. Наверняка можно было сказать лишь одно: никто из них не был занят делом.

Чародейки и Фарис шли по городу, и у Ирмы на душе становилось все неспокойнее. Почему никто не обращает на них внимания? Обычно стоило им появиться где бы то ни было в чародейском обличье, как вокруг тут же собирались зеваки. Но жителей Ясины, казалось, уже ничего не интересовало. Они слонялись по улицам, сидели на ступеньках своих домов и ничего, абсолютно ничего не делали.