загрузка...

Никогда в жизни я не видела такого количества эмоций, бушевавших во взгляде, как сейчас. Мощный, слепящий огонь надежды и тень страха, исказившие лицо. Неистовое желание получить нож обратно и недоверие, что это, наконец, произойдет. Ни один взгляд на моей памяти не был столь давящим, столь пронзительным, столь напряженным.

Всего лишь за секунды атмосфера в салоне изменилась с тихой и ленивой на бушующую, пропитанную вихрями взметнувшейся в ожидании энергии.

- Я подпишу. – Еще раз кивнула я и сжала сумочку.

Водитель осторожно, будто с трудом управляя собственным телом, разжал пальцы и медленно втянул воздух. Затем разжал губы и спросил:

- Что ты хочешь взамен?

Наши взгляды в очередной раз схлестнулись, и мне вдруг стало жарко. Сознание будто размякло, впиталось в происходящий момент и застыло в нем.

Вот это напор…

- Ничего.

Почти ничего.

- Просто приезжай по вечерам, общайся со мной. Побудь рядом, ладно?

Он смотрел на меня и не верил. Я видела это. Не верил, потому что пожелание показалось ему слишком странным, почти что глупым.

Ну и пусть.

- Хорошо. Я сделаю так, как ты скажешь.

Я медленно опустила голову и выдохнула с облегчением. На секунду прикрыла глаза, пытаясь унять все еще скачущее галопом сердце. Затем повернулась к нему, несколько секунд наслаждалась смятением, обычно царившим в безучастном взгляде, но теперь уступившем место почти безумному блеску, и улыбнулась.

- Бумагу составишь сам. Я подпишу.

Он откинул голову на подголовник и прикрыл глаза. Пальцы вновь сжались на рулевом колесе с такой силой, что пластмасса скрипнула. Мне показалось, что ему тяжело дышать. Мощная грудь поднималась и опускалась неравномерно, почти рывками.

Все, ставки сделаны. Однажды подарив человеку надежду, слишком бесчеловечно ее отнимать. Так что, я подписалась.

*****

Адвокат Хью Декарт, высокий, одетый в костюм тройку мужчина, с черными редкими волосами, прокашлялся.

- В договор внесены все пункты, которые, даже в случае если клиент изменит решение после подписания, позволят вам стать полноправным владельцем заявленного предмета. Здесь подробно разъяснены и оговорены все моменты: на случай кражи, потери, отказа от выполнения обязательств, форс-мажорных обстоятельств и смерти. Документ заверен сегодняшней датой и вступит в силу, начиная с этого дня, даже если будет подписан завтра.

Декарт деловито положил эксклюзивную, именную ручку в раскрытый кейс, лежащий рядом с ним на софе, и выжидательно посмотрел на двух мужчин, склонившихся над бумагой.

Перечитав лежащий на кофейном столике договор несколько раз, Дэлл поднял глаза.

- При каких условиях Комиссия может счесть его недействительным?

Адвокат покачал головой.

- Ни при каких, если клиент подпишет его в присутствии вас и двух свидетелей.

- Хорошо. Благодарю за вашу помощь.

- Рад быть полезным. Если понадоблюсь…

- Да, у меня есть ваш телефонный номер.

Декарт с удовлетворенным видом захлопнул кожаный кейс, поднялся с места и вежливо кивнул мужчинам.

- Мистер Аллертон, мистер Одриард, имею честь.

- До свиданья, Хью.

- Всего доброго.

Когда один из лучших адвокатов Уровня, приглашенный, а точнее сказать, вежливо, но настойчиво оторванный этим вечером от дел, чтобы помочь в составлении документа, покинул гостиную, Дэлл посмотрел на друга. Мак дотянулся до бутылки, стоящей в центре стола, и разлил виски в два стакана.

- Что ж, осталось дождаться завтрашнего дня.

За окном царила ночь. Взгляды мужчин встретились, в них обоих читалось одно и то же желание: сейчас же прыгнуть в машину, прихватить с собой второго свидетеля и понестись по направлению к Солару. Но часы над камином показывали начало двенадцатого - слишком поздно для гостевого визита. Да, дело важное, но если надавить слишком сильно, результат может получиться обратным, не тем, каким хотелось бы, и каким он должен быть. И Дэлл, отвечая на немой вопрос Мака, покачал головой.

- Не сегодня. Завтра.

Тот шумно вздохнул и откинулся на спинку кресла. Глотнул виски.

- Думаешь, она подпишет? – Задал он вопрос, который за последние два часа смотал нервы его коллеге в ощипанный клубок пряжи.

- Не знаю. – Дэлл качнул головой. Казалось, дрожь сотрясала не только пальцы, но и внутренности, прожаривая их волнами высоковольтного напряжения. Он на секунду прикрыл глаза, стараясь совладать с непривычной нервозностью. – Не знаю.

- Если она этого не сделает,… - темные брови Аллертона нахмурились, а взгляд сделался тяжелым, почти жестоким, - это добьет тебя. И тогда…

Одриард усмехнулся.

- Не надо, Мак. Не сейчас.

И удивился, когда смог донести стакан до рта, не расплескав виски.

*****

Лежа в постели, я наблюдала за бликами на бетонной стене, безмолвно взирающей в окно – под светом уличного фонаря раскачивалось на ветру дерево.

«Побудь рядом, ладно?»

«Я сделаю, как ты скажешь»

Только не соскользни, только не оступись, шагнув в пропасть. Слишком легко поверить в иллюзию, в то, что однажды он приедет по собственному желанию. Это обещание. Вынужденное. Полученное в обмен на заверение отдать нож.

Впереди две недели притворства, спектакль для двоих, где один будет делать вид, что наслаждается присутствием «друга», а второй поддерживать видимость общения вежливыми кивками. Игра актеров. Не более.

Чувствуя ноющую боль в сердце, я закрыла глаза.

Маленькая Меган, не обращая ровным счетом никакого внимания на мои тревоги, увлеченно расставляла на полу пустой комнаты игрушки. Складывала кубики, притворяясь, что не слышит моих мыслей, деловито и сосредоточенно возила паровозик и что-то напевала себе под нос. В ее взгляде застыла решимость.

Глава 4

Если бы на следующий день кто-то попросил назвать меня первое, пришедшее в голову слово, я бы тут же выпалила «зеркало», потому что мыслями именно об этом предмете терзалась больше всего. Обязательно после работы забежать в супермаркет, и не тот, что на углу, а в большой, вверх по улице, в трех кварталах от работы, и купить любое зеркало и хотя бы тушь для ресниц. Плевать на расходы, когда такое дело…

Коллеги косились на мои блестящие глаза с подозрением, а мой вопрос «нет ли у нас еще дополнительных заказов» заставил Тони усмехнуться. Обычно я не рвалась вскрывать замки, но теперь требовалось экстренно подзаработать: счастливо выпавшие на мою долю две недели хотелось провести так, чтобы в памяти, помимо слов «не могу себе позволить», осталось что-то еще. И если уж развлекаться, то не просить ведь нового знакомого покрыть все расходы? Нет-нет. Придется самой.

Перебирая бумаги и радостно мурлыкая, я пыталась припомнить, не упоминал ли Саймон во время последней встречи, что собирается уезжать? Вроде бы, нет. А если так, то стоит на днях (завтра?) забежать и к нему, позаимствовать парочку красивых вещей, которые тот неизменно предлагал, стоило нам увидеться.

Саймон Гаррет – дизайнер одежды (и абсолютный гей) стал числиться в списке моих друзей почти два года назад, после того как я, тогда еще в составе «Кину», помогла спасти склад с новыми образцами, подготовленными для показа, от пожара. Если бы не своевременное вмешательство спасателей, успех, возможно, никогда не пришел бы к Гаррету, так как именно тот показ, состоявшийся благодаря нашим усилиям, проложил молодому и неизвестному дизайнеру красную ковровую дорожку на олимп, к славе.

И с тех самых пор Саймон считал честью принимать мою персону у себя в гостях. Обожал поить эксклюзивным чаем, делиться последними новостями, показывать новые эскизы, шутить и примерять на меня новые модели платьев и блузок. Он бы давно выставил меня и на подиум, если бы не малый рост – метр семьдесят два никак не дотягивал до нужных метра восьмидесяти. Стандарты, черт бы их подрал… Они, порой, хуже бюрократии.

Не то, чтобы я тосковала по подиуму, все-таки вспышки телекамер, тонна макияжа и застывшая маска королевы стиля на лице – не мое, но заглядывать к Саймону в гости от этого было не менее приятно.