Через терний — к звездам?, стр. 7
5.
«…попробовать еще раз!» — закончил свою мысль Парсинг и со скоростью метеора бросился в рубку управления. Звук магнитных подошв его ботинок по поверхности корабля зазвучал, как начало какого-то бравого марша.
Не тратя время даже на то, чтобы избавиться от скафандра, Парсинг занял свое место перед панелью управления.
— У вас появились свежие мысли? — без особой надежды в голосе поинтересовался Флитвуд.
— К черту мысли, Мак! — весело откликнулся капитан. — Иногда мысли только мешают. Сейчас — время действовать!
И начал разворачивать корабль в сторону Земли.
— Сейчас, сейчас… Главное — набрать дистанцию для разбега.
Когда необходимая дистанция была набрана, Дальнобойщик плавно повернулся на 180 градусов и застыл на месте. В его неподвижности чувствовалась скрытая сила и уверенность, он напоминал могучего тигра, присевшего на задние лапы за секунду до прыжка.
— Кто-нибудь из вас верит в Бога? — обратился капитан к своему помощнику и пилоту.
Ответом ему было молчание.
— Это хорошо! Значит, не будем тратить времени на молитвы, — бодро заявил капитан, один за другим вынимая из приборной панели все предохранители.
…Разогнав Дальнобойщик до пятой космической скорости (для чего капитану пришлось даже в двух местах закоротить накоротко — если вы, конечно, в состоянии оценить этот каламбур — провода, ведущие к двигателю), Парсинг твердой рукой повел его навстречу невидимой стене. За несколько секунд до предполагаемого столкновения, капитан начал обстреливать стену из бортовых протонных излучателей.
Когда корабль врезался в преграду, Парсинг собрал в кулак всю свою волю, чтобы не впасть в соблазн и не потерять сознание. С возрастающей надеждой капитан отметил, что на этот раз препятствие повело себя более «гибко» по отношению к кораблю: не погасило полностью его движение, а только очень сильно его замедлило. С поразительной скоростью пальцы капитана забегали по клавишам панели управления. Дальнойбойщик начал вращаться вокруг своей оси со все возрастающей частотой.
Подобно гигантскому победитовому сверлу с алмазной головкой корабль вгрызался в неподатливую, но все же постепенно отступающую под его натиском невидимую стену.
…Должно быть, в последние секунды невиданного противостояния с невидимым, капитан все-таки на время потерял сознание, хотя бы частично. Чем же иначе можно объяснить тот факт, что, когда он на мгновение закрыл глаза, а потом вновь открыл их — картина звездного неба, как показалось капитану, резко изменилась.