Люди, дружившие со смертью, стр. 43

– Не говори глупостей. Это всего лишь скала. И ты сделаешь еще много шагов за нее. Если не раздумаешь, конечно…

– Не раздумаю. Только ведь это будет уже не мой мир.

– А я, значит, мил-сударь, – обратился ко мне хозяин, – живу на краю мира. Вот бы не подумал. А вот скажите, господин Реннер, вы-то везде были. Какой он на самом деле – Край Света.

– Ума не приложу. Я его нигде не встречал. Пару раз подходил к краю жизни

– причем с разных сторон, но не к краю мира.

– Так это что же, получается, края мира нет?

– Может, и есть, да только я его не видел. Вообще, есть мнение, что земля круглая. Хозяин деревянного замка начал смеяться, но, заметив, что Ади остался серьезным, поперхнулся. Все утро мы посвятили обходу города. Ади вел нас, сверяясь по каким-то записям, планам. В здание, которое я сначала принял за манеж, уходило много реек. Несколько огромных ворот было закрыто. Ади не спешил открыть их, и вовнутрь мы проникли через обыкновенную дверь сбоку. А в ангаре стояли машины: металлические звери на железных колесах, длинной в десяток вершков, высотой с пару моих ростов. Остановленные три четверти века назад, машины были в хорошем состоянии. Меня испугало, еще то, что они были отнюдь не брошены. Машины не были умерщвлены, они просто спали глубоким сном. Их хорошо смазали, даже излишне хорошо, и поставили в сухое прохладное место, где они могли бы дожидаться своего времени. И это время пришло. Я подумал, что люди, умеющие строить таких зверей, запросто могли бы завоевать наш мир. Но не захотели. Или захотели и раздумали? Почему? Побрезговали? Даже от сна веяло силой. Машинерия крепости Хастен рядом с ними смотрелась детской игрушкой. Ади прошелся меж рядами, как иная торговка ходит по базару, выбирая зелень или сметану к праздничному обед. Прошли раз, вернулись, пошли снова. Лишь на треть круге Ади остановился возле одной машины.

– Оно, – сказал Ади, – вот на нем и поедем.

– И что, мы с тобой полезем в эту самобеглую мышеловку?…

– Ага… – он выглядел довольным, но исмущенным. Вроде бы я как-то привык к видам этих железных чудищ, но мысль о том, что один из них оживет и даже повезет нас, повергла меня в смятение. Хотя, надо признать, что Ади выбрал не самую жуткую и не самую большую машину. Она была примерно такой же высоты и ширины, как и остальные, но зато многим короче. Когда я спросил у Ади, чем вызван его выбор, он пожал плечами:

– А зачем нам большая машина? Мы не собираемся перевозить весь мир. Нам нужна хорошая телега для двух человек.

Депо

Печь долго не разоралась, наконец, я не выдержал, разложил дрова и плеснул на них чашку самогона. Пламя метнулось вверх. Потом я вымыл руки в ведре. Вода была холодной, и на теплых руках быстро испарялась – казалось, что руки дымятся. Я осмотрелся и остался доволен – обед должен был готов к тому времени, как солнце коснется верхушек деревьев на западе, отмечая завершение еще одного скоротечного дня. Ибо полумир в котором мы жили, был полон полумер. Напрасно Ади говорил мне, что здесь не конец света. Может, свет и заканчивался как-то по другому, с огненными реками, со знаками на воде, на земле и воздухе. Но определенно – части мира здесь уже не было. И день здесь начинался без утра, сразу с полудня, когда солнце выкатывалось из-за скалы. И ночь здесь была какая-то ущербная – лишь с половиной звезд, с половиной лунного пути. Я ожидал, что мы пустимся в путь, чуть не на следующий день, но дни были готовы сложиться в неделю, а мы еще пребывали в этом городе. Все оказалось не так просто. Выбранная машина оказалась глубоко среди себе подобных для начала нам пришлось оживить еще одну самобеглую телегу. Командовал Ади, верней всего Тот, Кто в нем сидел. Тот чье тело умерло, раздавал приказы мне, хозяину деревянного замка и самому Ади. «Хорошая телега для двух человек и трех душ» – так надо было сказать Ади. Я был уверен, что хозяин в курсе всех наших секретов, но отчего-то имя четвертого так и не было произнесено. Во всяком случае, в моем присутствии. С самого нашего появления, роли разделились. Ади уже на следующую ночь ушел ночевать к машинам. Через окно я видел, как и поздней ночью у него в ангаре не гаснет свет. Пару раз я заходил к нему, но старался не окликать – я не знал, кто сейчас управляет этим телом: если Ади что-то писал, то, вероятно, это был не он, если же читал – то, наверное, все же это Ади, но отвлекать его не надо… Хозяин занялся охотой, сбором дров. На третий день он отлучился из нашего расположения, и съездил домой, известить о нашей задержке своих домочадцев, и, возможно, работодателей Ади. Мне же осталась все остальное – я готовил еду на день текущий и в дорогу, колол лучину и дрова, таскал ведра с водой. Готовил я просто ужасно, но никто не нарекал – вероятно, всем нам приходилось есть гораздо худшее.

– Баки сухие, воду стравили до капли и залили каменным маслом, чтоб не ржавело. Поэтому трубопроводы надо прогнать кипятком на холостом ходу. Воду бы желательно отстоять, иначе все забьется. С топливом дело обстояло чуть лучше. Ади нашел ящик, где было немного угля. Но трогать он его запретил, сказав, что на нем мы пойдем под горой. Был еще дровяной склад, но время отсутствия людей дрова там превратились в труху. Нам пришлось идти в лес. Поскольку дров надо было много, я свернул магией несколько деревьев.

– Ничего, подбадривал Ади. – одну телегу запустим – дела пойдут веселей. Хозяин безразлично кивал: все равно ехать на этой машине он не собирался. Я не слишком верил в слова Ади, но он не соврал. Когда я шел из леса, увидел, что из ворот ангара, где спали чудовища, валил густой дым. Потом он будто выплеснулся из ворот, и обрело очертания. Через белесый дым проступали контуры машины. Пар стелился по земле, дым бил вверх. Двигалось оно медленно, но даже в этой медлительности чувствовалась сила, безаппеляционность. Оно медленно ползло на меня. Раздался жуткий рев, рядом с трубой, из которой валил дым, выстрелил узкий сноп пара. Я просто остолбенел, и машина бы меня раздавила, но замедлилась и остановилась всего в пяти саженях от меня. Из кабины выскочил Ади, пробежался по помосту над колесами и крикнул мне:

– Ты чего не уходил? Я же тебе гудел?… Оказывается, тот рев назывался только гудком. Не хотел бы я слышать как эта машина ревет в полную силу.

– Давай ко мне! Покатаемся!… По узкой лестнице я поднялся в кабину. Ади повернул какие-то рычаги и машина тронулась. От страха я вцепился в поручни. Кабина была довольно высоко от земли, и казалось, будто я путешествую на крыше непоседливого дома. Наверное, я, выглядел растерянным и смешным, потому что глядя на меня, Ади засмеялся:

– Не бойся. Здесь гораздо безопасней, чем между реек. Он открыл дверку внутрь монстра и побросал туда поленья. Нет, точно – как есть дом. Даже камин есть. Кровати нету – ну так разве уснешь при таком грохоте. Третий наш компаньон, хоть и жил в деревянном замке, к стальному чудищу отнесся гораздо спокойней меня.

– Вот он, значит, какой… – Сказал он, погладив его по стальному боку, – Хоть увидел на старости лет. Мне про такие рассказывали. Только я думал – врут… Врут… Рассказы Эршаля про големов из руды мне тоже казались враньем. А тут надо же… Еще более удивительное, причем, что самое чудное – вовсе без магии.

– Сюда бы братьев Гамм… Они бы точно рехнулись.

– А что, машина простая, надежная. – шутил Ади. – Топить можно всем, что горит – каменным углем или каменным маслом, древесным, хуже – дровами… – он коротко хохотнул: в смуту схизматиками топили…

– И что? Она безопасна? Ади покачал головой:

– Боюсь, Дже в мире вовсе не существует безопасных вещей. И как только мы перестанем относиться к ней как к смерти, она нас убьет.

– Ну и как она работает?

– Ну как:… Огонь бьет вверх, вода сочится в низину. Если огонь разместить под водой – что будет?

– Ну как что? Дым…

– Какой дым?

– Обыкновенный. Огонь зальет воду и дрова и будет дым…