Кристаллическая решетка, стр. 2

Сказано это было с оттенком гордости. Деймон и Миха воззрились на человека в кепке.

– До города – пять крон, – добавил тот.

Через минуту они уже ехали по брусчатой дороге, ведущей в город.

– У меня такое ощущение, будто мы совершили путешествие в прошлое, – сказал Деймон.

В зеркале заднего вида он увидел, как ухмыльнулся водитель.

– Таксомоторы – это, может быть, самая старая человеческая традиция, – сказал водитель. – А у нас на Скьелде любят старину. Вы скоро в этом убедитесь. У нас здесь много такого, про что все остальные люди только в книжках читают. – Он глянул через плечо. – Вы, парни, из кибергорода?

– Да, – ответил Миха. – Мы воентехники. В отпуск приехали.

– Думаю, вы тут неплохо развлечетесь. Небось скучно жить под колпаком у компьютера?

Друзья промолчали. Деймон поглядел в окно – по стеклу ползли неровными дорожками капли воды.

– Сейчас ливанет, – сказал водитель. – Нам бы только этот подъем одолеть, тогда все будет нормально.

Дождь резко усилился и вскоре уже хлестал настоящим водопадом, заливая стекла автомобиля и бурлящими потоками устремляясь под колеса. На крутую горку перед вершиной большого холма, отделявшего подъезды к городу от гавани, автомобиль взобрался, рассекая льющуюся навстречу лавину воды, как настоящий скутер.

– Остановите, – вдруг попросил Деймон.

– Ты чего? – удивился водитель. – Ты же промокнешь, куда ты полез?

Но Деймон, не слушая его, выбрался наружу. Сквозь стену дождя он увидел город – вытянувшуюся между берегом гавани и туманными вершинами полосу маленьких домов из серого камня, льнущих друг к другу, как выводок утят. Город брусчатых мостовых, черепичных крыш, мансард и печных труб. И не важно, что все это лишь стилизация под старину и здесь нет ни одного камня, который был бы положен раньше двадцать первого столетия, а внутри эти домишки напичканы бытовой электроникой и комфортабельными гарнитурами. Сквозь стену дождя был виден настоящий человеческий город, спокойный, консервативный, знающий свое место – на берегу гавани и у подножия высоких гор, город живой и теплый, а не бездушные громадины небоскребов, покоривших и землю, и небо, и сознание ютящихся в их чреве людей.

Деймон улыбнулся. Он еще не знал, что для города и для него самого уже начался последний отсчет.

В это же самое время из вагончика канатной дороги на панораму города смотрела девушка по имени Айрина. Ее широко раскрытые глаза пытались запечатлеть каждую черточку медленно приближающегося Скьелда. Это была первая поездка Айрины за границы Гайанской Зоны, и сердце девушки напряженно билось в ожидании большого приключения.

Поначалу впечатление от земли Скьелда было неприятным – легкое ухудшение самочувствия от непривычной атмосферы и смены климатических поясов. Стратолет, на котором прибыла Айрина, опустился на каменистом плато, откуда открывался впечатляющий вид на гавань и порт. Фуникулер отвез пассажиров в город.

Пока шел спуск, Айрина любовалась видами. Ей доводилось наблюдать с высоты птичьего полета купола гайанских поселений – но это был совсем иной пейзаж. И теперь, в преддверии Большого Приключения, Айрина старалась ухватить каждую деталь. Первая поездка за границу, первая встреча с другим миром, первое и самое важное задание Гайанского Управления Внутренней и Внешней Разведки. Сердце девушки трепетало.

В компании с попутчицей по стратолету они взяли машину. Такси заскользило вниз по склону навстречу извилистым улочкам Скьелда. Осеннее небо цвета простокваши усердно поливало город дождем, а где-то в вышине, выше дождя и облаков, парил разведывательный спутник, ощупывая антеннами приемников исходящие из города радиоволны.

До часа X оставалось чуть меньше суток.

* * *

В кафе на площади имени основателя города Кристиана Скьелдаля Деймон с Михой заказали сущую мелочь: по чашечке кофе с булочкой, маслица, джема, фруктового мармелада, конфет, пару бисквитов, маленький торт с кремовой розочкой, орехи «грильяж» и ведерко мороженого. Глядя на то, как Самосадов уплетает сладости за обе щеки, Деймон решил не отставать, и посетители за соседними столиками – спокойные неторопливые горожане – только поглядывали на них чуточку снисходительно, как на детей, впервые в жизни попавших на праздник кондитеров. Когда Деймон понял, что шоколадных конфет у него в желудке достаточно, чтобы создать самостоятельную политическую фракцию, которая могла бы захотеть отделиться от остального организма, он отвлекся от еды и посмотрел вокруг. Двое посетителей, расположившиеся за отдельным столиком возле стеклянной стены, привлекли его внимание. Это были девушки, и Деймон присмотрелся к ним: уж во всяком случае, они прибыли другим рейсом, иначе он их запомнил бы.

– Заметил ту парочку? – сказал Миха. – Они конфеты трескают и мороженым заедают. Все девчонки любят сладкое.

Он откусил кусок бисквита, но прожевал его с таким видом, будто съел змею.

– А мы, значит, не любим сладкое? – усмехнулся Деймон, пошелестев рассыпанными по столу конфетными обертками.

– Нас можно понять, – сказал, натужно глотая свой бисквит, Самосадов. – У нас на базе порционный шоколад, и тот не дают, интенданты зажимают, гады. А им на гражданке чего? Ешь – не хочу, хоть днем, хоть ночью, хоть на дежурстве.

– А кстати, это не наши девочки, – сказал Деймон.

– Что значит не наши?

– Не из кибергорода.

– С чего ты взял?

Деймон пожал плечами.

– Да ведут себя как-то не так. Не знаю даже, как сказать. Да ты на одежду погляди!

– Не пойми что, – присмотрелся Миха, – какие-то лохмотья серо-зеленые. У нас так не одеваются, это верно.

Они переглянулись.

– Гайанки? – полуутвердительно спросил Деймон.

– Похоже на то. – Миха справился с бисквитом и тяжело вздохнул, вытирая руки салфеткой. – Не ожидал их увидеть? Вот так сразу?

– Не ожидал, – признался Деймон. Конечно, он знал, что Скьелд – открытая территория и здесь можно встретить евразийцев, но чтобы столкнуться с ними в первый же день…

– Спокойно, парень, – положил ему ладонь на плечо Миха. – Мы в отпуске, ты забыл? И потом, думаешь, местные службисты лапу сосут? Да я спорить готов, что, если ты к тем девчонкам ближе чем на десять метров подойдешь, из-под земли двадцать полисменов выскочат. Думаешь, если бы тут разборки случались на каждом шагу, нас бы сюда в отпуск пустили? То-то. Ладно, пошли, чего на них пялиться. Ты вроде гулять хотел.

Выходя из кафе, Деймон еще раз посмотрел на двоих посетительниц. Обычные девушки в общем-то. Были бы они по-другому одеты, может, он и не заметил бы ничего. «И зачем мы, спрашивается, с ними воюем?» – подумал Деймон. В душе он был пацифист.

Глава 2

ХОЗЯЕВА СКЬЕЛДА

В девять утра на улицах немноголюдно – туристы еще спят, а горожане уже работают. Почти нетронутая тишина обнимает вступающий в новый день город. Скьелд не шумит даже в середине дня, он лишь негромко шуршит покрышками редких автомобилей, шагами прохожих и приглушенной музыкой уличных кафе. Город настолько спокоен, что в любое время дня с центральной площади можно услышать шум прибоя.

Ульф Свенссон подъехал к клубу «Драккар» со двора, загнал мотоцикл в гараж и по лестнице черного хода поднялся на второй этаж. На первом этаже располагался обеденный зал эпохи викингов – тяжелая мебель из почерневшего дерева, чадящие факелы, заменяющие дневной свет в лишенном окон помещении, низкий потолок и земляной пол. Второй этаж предназначался для тех, кто не благоговел перед замшелой стариной, а просто любил хорошую кухню.

Помимо ресторана в здании находились еще дискотека, два бара и офис Свенссона. Сие учреждение не значилось на вывесках и для посторонних людей просто не существовало. Завсегдатаям ресторана, конечно, был знаком добродушный светловолосый гигант, ежедневно появлявшийся в обеденном зале на втором этаже, но о том, что владелец «Драккара» господин Свенссон ведет политическую жизнь и решает государственные дела, не вставая из-за дубовой столешницы, никто и не догадывался.