Пепел наших костров, стр. 54

Это не укрылось от Пантеры.

– Именно так, – подтвердил Пантера. – Но только ты должна просить.

– А как же Валгалла? Меня не примут в Царство Мертвых, если я буду унижаться перед тобой, как рабыня.

– Ну, если ты так хочешь, я могу помочь тебе. Мне нравится, когда люди умирают счастливыми. Но что мне сделать с тобою? Жанна – такое имя лучше всего подходит для костра. Но я еще не теряю надежды, что твой друг не откажется познакомиться со мной. Может, он сам придет сюда, если узнает, что я повесил тебя на столбе.

Эту казнь занесли в Японию христиане. В Европе о ней забыли с падением Древнего Рима, а в Японии практиковали еще в прошлом веке. Вы называете эту казнь распятием. Здоровые сильные мужчины выдерживают иногда несколько дней, но женщины умирают быстрее. Однако ты может быть и дотянешь до вечера, и тогда у тебя будет еще и завтрашний рассвет.

Жанна впервые увидела своими глазами орудие для распятия. Это действительно был не крест, а столб с Т-образной перекладиной наверху.

– Я не хочу уродовать твое тело, – обрадовал Жанну Пантера. – Поэтому твои руки не станут прибивать к столбу. Тебя просто привяжут.

И ее действительно привязали и водрузили столб на обрыве над рекой – так, чтобы он был виден и с воды и с обоих берегов.

У подножия столба курились какие-то благовония, и это было первое, что стало доставлять Жанне неприятные ощущения. Человеку, распятому на столбе, и без того трудно дышать, а тут еще этот дым, вызывающий надсадный кашель и заставляющий слезиться глаза.

Но гораздо страшнее было солнце, которое как раз только что перевалило зенит. И Жанна не знала, радоваться ей или огорчаться, осознавая, что солнечный удар неминуем и вместе с ним придет спасительное беспамятство.

Однако она была еще в сознании, когда у подножия столба поставили на колени первую девушку, согласившуюся произнести ритуальную фразу:

– Пусть это будет лишь меч и позволь мне умереть быстро.

Обнаженная, со связанными за спиной руками и завязанными красной тряпкой глазами, она стояла на коленях лицом в сторону реки, и со столба было видно, как она дрожит. Ей тоже было страшно умирать.

И Жанна поймала себя на мысли, что мгновенная смерть даже страшнее медленной.

Распятую предводительницу валькирий все еще не покидала надежда на спасение, которая только усиливалась от осознания того, что Григораш жив и где-то рядом. В том, что Дарью освободил именно он, Жанна нисколько не сомневалась, и это доказывало, что рыцарь Вереска и Трилистника вполне боеспособен.

А у девушки с завязанными глазами, над которой Пантера занес свой меч, никакой надежды уже не было. Тонкий свист клинка, и голова, пролетев несколько метров по воздуху, падает на крутой склон и катится по обрыву вниз к воде.

Жанну передернуло, к горлу подступила тошнота, голова закружилась, и она потеряла сознание.

65

Так вообще-то не бывает и по теории вероятностей такого случаться не должно, однако в жизни случается и не такое, в связи с чем ученые изобрели гипотезу, согласно которой законы теории вероятностей неприменимы для разумных существ. А теологи немедленно взяли эту гипотезу на вооружение в качестве доказательства бытия Божия.

В самом деле – каждый, наверное, может припомнить такие случайные совпадения, которые при ближайшем рассмотрении выглядели весьма странными и в корне противоречили теории вероятности.

Именно это и произошло с обладательницей выдающегося бюста после того, как Григ о'Раш, славный рыцарь Вереска и Трилистника, раненый в грудь настолько удачно, что не был задет ни один жизненно важный орган, прикончил пыхтевшего на ней боевика и разрезал путы на ее руках и ногах.

Григораш порывался искать Жанну, но быстро понял, что после того, как Дарья своим воплем подняла на ноги весь отряд Пантеры, эти поиски могут иметь только один конец – он и Жанну не спасет, и сам погибнет. Поэтому Григ обратился в бегство и утащил Дарью за собой.

В джунглях их ждала лошадь. Королева вынесла двоих, и они долго скакали по лесу в кромешной тьме. Преследователи давно отстали, но Григораш даже не помышлял об отдыхе. Хуже того – чтобы не загнать лошадь, рыцарь Вереска и Трилистника заставил Дарью спешиться и бежать бегом. Он, впрочем, бежал рядом, держа Королеву под уздцы.

На рассвете, когда Дарья уже падала с ног от усталости, они встретили первых людей.

И надо же такому случиться – среди этих людей был старый любовник Дарьи Саня Караваев, бывший дальнобойщик, а ныне караванщик, который с отрядом и грузом направлялся в сторону Москвы. Он должен был доставить в город золото, а оттуда привести новую партию девушек, похищенных в Москве и ее окрестностях.

Дарья, разумеется, кинулась ему на шею, и Караванщик, выслушав ее сбивчивый рассказ, охотно согласился помочь валькириям. Но, конечно, не из чистого альтруизма, а с выгодой для себя.

Доставлять девушек из Москвы тяжело и опасно. Вечно случаются какие-то эксцессы.

То какая-нибудь красавица соблазнит охранника и он подрежет ей веревки, то не в меру стыдливая пленница доползет до края плота и назло всем утопится несмотря на отчаянные попытки ее спасти. А еще изредка – но чем ближе к Москве, тем чаще – попадаются банды отморозков, которые не признают никаких авторитетов и плевать хотели на Шамана. И в стычках с ними случаются потери, а иногда приходится даже бросать добычу, чтобы сохранить своих бойцов.

– Я же не камикадзе, – оправдывался в таких случаях Караванщик, и Шаман принимал его оправдания, потому что другого караванщика у него не было. Этот по крайней мере был верен и умел держать в узде многочисленных подчиненных.

А тут вдруг такая удача. Больше десяти девушек совсем рядом, на своей территории. И Пантера, как пить дать, порубит им головы, если не что-нибудь похуже.

Этого никак нельзя допустить!

– Ты ведь спасешь их, правда? – с надеждой вопрошала Дарья.

– Здесь ничто не делается даром, – честно ответил ей Караванщик. – Спасение придется отрабатывать. Иначе меня просто не поймут.

– Мы отработаем, – пообещала Дарья. – Сделаем все, что захочешь.

– Да нет, тебя я к себе возьму. Ты ведь не против, правда? А вот насчет остальных…

Он не договорил. Дарья пыталась расспрашивать, что же будет с остальными, но Караванщик ограничился неопределенным ответом:

– Там посмотрим. Сначала надо забрать их у Пантеры.

Григораш, который слышал весь этот разговор, и перебросился парой слов с людьми Караванщика, вскоре исчез куда-то вместе с лошадью.

Поначалу он принял Пантеру за обычного похитителя женщин или охотника за золотом, и уходил от погони без всякой задней мысли. После неудачной попытки спасти Жанну без всякого плана – за счет быстроты и натиска – он решил все получше обдумать и найти подмогу.

Подмогу он нашел, но, поговорив с несколькими людьми, понял, что времени нет совсем. Тем более, что Караванщик намекнул, что даже его многочисленному отряду понадобится подмога, чтобы наверняка справиться с Пантерой. И это при том, что Караванщик не собирался с Пантерой драться, а хотел лишь дипломатическим путем убедить его отдать девушек.

А еще Григораш гораздо лучше Дарьи понял намеки относительно того, что ленчей даром не бывает. И сообразил, что Жанну придется спасать не только от маньяка Пантеры, но и от местных рабовладельцев.

Он во весь опор скакал назад, к тому месту, где ночью был лагерь Пантеры, а Караванщик в это время посылал гонцов к Шаману.

– Шамана нет в ставке, – заметил кто-то. – Он еще не вернулся из города.

– Тогда к Клыку, – сказал Караванщик не без сожаления. С Шаманом он еще мог договориться, чтобы не ставить валькирий на торги, а назначить им отработку прямо в ставке, и когда выручка достигнет размеров, сопоставимых с ценой средней пленницы, отпустить девчонок с миром. Но Клык на это ни за что не согласится. Тут даже говорить не о чем. А без помощи Клыка с Пантерой не совладать.