Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках, стр. 34

Сестры по-разному отреагировали на предъявленные им обвинения. Сначала обе все отрицали, но наконец Алекс попросила у Дарси разрешения поговорить с ним наедине. Он отвел ее в сад, где «она упала на колени и сказала, что два духа, посланные Урсулой Кемп, пришли к ней всего день или два назад, сообщили, что Урсула ее предаст, и велели стоять за себя. Созналась, что она сама и ее сестра Марджори получили духов от матери, которая умерла за двенадцать дней до начала дознания».

Марджори Саммон отрицала, что у нее есть помощники, и, возможно, продолжала бы и дальше, если бы Дарси не заставил сестру поговорить с ней. Алекс рассказала ей, в чем она призналась Дарси в саду, и, осознав невозможность дальнейшего сопротивления, она тоже созналась.

Одной из наиболее примечательных черт этого процесса стало общее число помощников, целых 31! В то время наличие помощников уже считалось надежным доказательством ведовства, ибо они были подарками дьявола.

Итак, сквайр Дарси продолжал производить аресты и допросы, а затем перевел всех обвиняемых в челмсфордскую тюрьму дожидаться суда, который должен был состояться во время следующей выездной сессии. Но, когда все закончилось, усилия Дарси не увенчались триумфом. Результат этого печально знаменитого процесса является, возможно, одной из страннейших его черт.

«Недостоверное обвинение» — таков был вердикт присяжных относительно троих ведьм, в их числе и Марджори Саммон, которая созналась в том, что у нее были духи-помощники. Не было предъявлено официального обвинения и еще двоим, так что суд вынужден был их отпустить. Однако их продолжали держать в тюрьме по подозрению в других преступлениях. Четверо, у которых хватило смелости заявить о своей невиновности, были оправданы, в их числе и Эннис Херд. Еще четверо также отказались признать свою вину, но вердикт присяжных гласил «виновны», и им вынесли смертный приговор: это были Эннис Гласкок, Сесилия Селлз, Джоан Робинсон и Алекс Ньюман. Однако в отношении каждой из них приведение смертного приговора в исполнение было отложено. Еще двоих, Урсулу Кемп и Элизабет Беннет, признали виновными и повесили. Именно этим женщинам, как мы помним, судья Дарси обещал помилование в случае признания своей вины.

Одним из самых необъяснимых аспектов этого дела стала отсрочка приведения в исполнение приговора в отношении Алекс Ньюман. Ее обвинили в соучастии в преступлениях Урсулы Кемп; обеих признали виновными, однако Алекс осталась в живых, тогда как Урсулу повесили.

Челмсфордский процесс 1589 г.

Третий большой процесс в Челмсфорде произошел в 1589 г., обвиняемых было 10: мужчина и 9 женщин; предъявленные им обвинения в основном касались порчи, которая повлекла за собой смерть. Четверых осудили и повесили; троих оправдали, обвинения против них касались в основном порчи, не повлекшей за собой смертельного исхода, а также порчи имущества. Показания свидетелей столь же фантастичны, как и на более ранних процессах, и заключаются в основном в установлении причастности бесенят или демонов-помощников к причиненному несчастью или вызванной смерти. Среди свидетелей было много детей, а два мальчика даже удостоились особой похвалы судей за то, что помогли изобличить свою невенчанную мать (Эвис Канни) и бабку (Джоан Канни). Трех ведьм (Джоан Канни, Джоан Апни и Джоан Прентис) казнили в течение двух часов после оглашения приговора, так что в своих грехах они исповедались уже на эшафоте.

Задержание и признания трех известных ведьм, которых казнили по приговору суда в Челмсфорде, графство Эссекс, пятого дня прошедшего июля месяца 1589 года. C описанием их дьявольских деяний и помощников, истинный облик которых изображается здесь.

Если бы мы не забывали обо всех тех милостях и бесчисленных благах, которыми Господь осыпает нас каждый день нашей жизни, то наверняка бы простились со своими греховными привязанностями и дурными склонностями к омерзительным деяниям, противным как Богу, запретившему их в Своих могущественных заповедях, так и человеку, чей закон называет такие деяния ненавистными Господу, на Чьем слове стоят и которое заключают в себе все земные законы, применяемые для того, чтобы наказывать и уничтожать тех порочных и закоренелых во зле нарушителей заповедей Всевышнего, которые по всем законам человеческим заслуживают казни. Но такова наша слепота, греховность страстей и ненасытность внушенных дьяволом желаний, что ни заповеди Господни, ни законы нашего королевства, ни любовь ближних, ни даже собственное наше благосостояние не в силах убедить нас в том, как полезно было бы для нас самих окинуть пристальным взором свою жизнь и заклеймить те пороки, которые запрещает как закон Божеский, так и человеческий. Ибо может ли быть что-либо ненавистнее и отвратительнее в глазах Господа, нежели наш отказ от Его Божественной власти, когда мы ради горстки земного богатства отдаем себя в услужение сатане или расточаем свои силы на ненависть к ближним, в то время как могли бы оставаться слугами, нет, детьми Всевышнего Господа, Который принес в жертву Единственного Сына, чтобы освободить нас из рабства и привести к вечному свету и благодати, неизменным во веки веков. Да и найдется ли христианин, настолько ослепленный невежеством или сбитый с пути истинного сатанинскими наваждениями, чтобы без трепета помышлять о приговоре Всевышнего таким преступникам или законах сего королевства, по справедливости творящих суд за все их дьявольские деяния и отвратительные прегрешения? Власть, которую дают преступникам последние, недолговечна, хотя и совершаются преступные дела втайне, ибо Господь не потерпит подобных дел, да и сердце любого истинного христианина не станет долго хранить порочный секрет. Чтобы привести пример подобных деяний, я расскажу читателю о прославленных ведьмах, чьи имена назову и преступления опишу в сем трактате вместе с показаниями свидетелей, которых выслушали и сочли достаточными благородные и достопочтенные судьи ее величества на последней выездной сессии суда в Челмсфорде, графство Эссекс, согласно протоколам признаний обвиняемых, написанных во время допроса, и принятым обвинительным актам.

Осуждение и казнь Джоан Канни из Стайстеда, графство Эссекс, вдовы восьмидесяти лет или около того, приведенной к судье Энтони Майлдмею, эсквайру, в последний день марта 1589 года.

Во-первых, обвиняемая говорит и подтверждает, что обучена и искусна в ведовстве, сем отвратительном промысле, а наставницей ее в этом была некая матушка Хамфри из Мейплстеда, которая рассказала ей, что если встать на колени и очертить круг, а потом помолиться сатане, владыке всех дьяволов, словами, которые матушка Хамфри сообщила обвиняемой, но та теперь позабыла, то к ней придут духи. Обвиняемая так и сделала лет двадцать тому назад на поле Джона Уайзмана, джентльмена из Стайстеда, которое называется Кауфеннфилд. Там она начертила на земле круг, встала в центре него на колени, помолилась словами забытой теперь молитвы и призвала сатану. Два духа и впрямь появились внутри круга: они приняли облик черных лягушек и сказали ей, что сделают все, чего она ни попросит, но не раньше, чем она отдаст им свою душу. Тогда она пообещала им свою душу, а они согласились делать все, чего она от них ни потребует, и назвались один Джеком, а другой — Джилл, и под этими именами она знала их все время (у нее было несколько духов-помощников. Первым был Джек. Вторым — Джилл. Третьим — Николас. Четвертым — Нед. Джек убивал мужчин. Джилл — женщин. Николас — лошадей. Нед — остальную скотину). Тогда она подняла их с земли и понесла в подоле домой, где положила их в коробку и кормила хлебом и молоком А через месяц она послала их доить коров Харриллов, и они пошли и принесли молока, но только для себя, а не для нее.

Еще она сказала, что все время, пока они были с ней, ее духи никогда не меняли цвет, а когда ей нужно было что-нибудь им сказать, отвечали на ее собственном языке.

Также она призналась, что посылала своих духов вредить жене Джона Спарроу-старшего из Стайстеда, что они и сделали, а еще по ее приказу они разбросали поленницу дров, что лежали во дворе мастера Джона Гласкока из Стайстеда. Дальше она сказала, что за последние шестнадцать или двадцать лет насылала порчу на многих людей, на скольких, не знает.

Более того, она призналась, что посылала своих духов вредить Уильяму Англи, мельнику из Стайстеда, но ему они ничего сделать не смогли, и тогда она через них наслала порчу на Барнаби Гриффина, слугу мельника, и это у нее получилось.

Также она призналась, что посылала упомянутых духов вредить мастеру Китчину, священнику упомянутого города, и Джорджу Коу, сапожнику там же, но духи ничего не могли поделать, а причина, почему они ничего не могли поделать, как сказали ей сами духи, была в том, что эти люди имели твердую веру в Господа, взывали к Нему и полагались на Него, почему они и не смогли причинить им никакого вреда. А еще она сказала, что ее дочь Маргарет Канни разругалась со стариком Харриллом и прокляла его, после чего, как ей думается, она послала к ней своих духов. Однако отрицает, что посылала упомянутых духов к жене Финча, к жене Девениша или к Рейнолду Феррору. После этого сказала, что, хотя ее духи не всегда могут навредить человеку, над скотиной они всегда властны. У этой Джоан Канни, которая сама жила в разврате, две дочери, такие же, как их мать, и у каждой по ребенку, оба мальчики. Они были главными свидетелями и дали много показаний против матери и бабки, старшему мальчику было от десяти до двенадцати лет. Про матушку Канни старший мальчик сказал, и она сама потом подтвердила, что однажды, по дороге на Брейнти-Маркет, она зашла в дом Гарри Финча попросить попить, но его жена была занята, варила пиво, и отказала, сказав, что ей недосуг. Джоан Канни, недовольная, ушла, а ночью жене Финча сильно вступило в голову, а на следующий день в бок, она промучалась с неделю, а потом умерла. Матушка Канни призналась, что послала своего духа по имени Джилл мучить ее. Тот же мальчик показал, что однажды бабка послала его принести хворосту, и он насобирал целую охапку, но другой мальчишка ее украл, так что он вернулся домой с пустыми руками и пожаловался бабушке. Она послала своего духа сделать так, чтобы мальчишка пропорол себе ногу, так и случилось, и мальчик пришел, хромая, в суд давать показания против ведьмы. Дальше мальчик рассказал, что, когда он вернулся домой с пустыми руками, его бабка сказала, что все же достанет дров, и послала внука вместе со своим духом Джеком в поместье сэра Эдуарда Хаддлтоунза, шерифа графства, и они пошли, причем духа никто не видел, кроме мальчика. Когда они подошли к большому дубу, дух обошел кругом него, дерево тут же задрожало и повалилось, подломившись у корня, хотя никакого ветра не было. Господин шериф подтверждает, что дуб упал в безветренную погоду.