Торговый баланс, стр. 5

Пейтор сделал паузу, и Джетри стиснул руки у себя на коленях, сосредоточившись на том, чтобы его лицо выражало подобающее купцу вежливое равнодушие. У них на борту были ткани – полдюжины штук целлошелка, который Крис взял двумя заходами раньше, имея в виду именно Инсольт. И Джетри гадал, возможно ли, что дядя Пейтор собирается позволить…

– Ты сам – ты займешься шелком. Я ожидаю от этого груза кэс прибыли. На твоем месте я прежде всего обратился бы к почтенному господину бин-Флоре.

Джетри вспомнил о необходимости дышать.

– Да, сэр. Спасибо, сэр.

Он стиснул руки так, что стало больно. Его собственная торговая операция! Его собственная, самая первая самостоятельная торговая операция без наблюдения Старшего, готового вмешаться в случае ошибки.

Дядя махнул рукой:

– Пора тебе уже самостоятельно совершать мелкие продажи. А теперь вот что. – Он резко подался вперед, сложил руки на крышке стола и серьезно посмотрел на Джетри. – Ты знаешь, сколько мы вложили в этот рейс.

Это было так: больше четверти спекулятивного капитала «Рынка» было вложено в восемнадцать земных фунтов виа – пряности, которая, как правило, продавалась партиями по пять граммов. Джетри провел самостоятельное расследование, показавшее, что виа является действующим веществом фавиа, лиадийского напитка, который корабельная библиотека отнесла к сильнодействующим афродизиакам. Инсольт был лиадийским портом, и пряность должна была принести кораблю немалую прибыль. Джетри поспешил напомнить себе, что прибыль никогда нельзя считать гарантированной.

– Мы хорошо заработаем здесь на пряности, – говорил Пейтор, – и тогда капитан отведет нас на Кинаверал, чтобы провести капитальный ремонт сейчас, а не через два стандартных года.

Возможно, именно это известие подвигло Дика на печение пирога. Джетри сел прямее, вытирая ладони о грубую ткань рабочих брюк.

– Ремонт задержит нас на планете примерно на год, насколько мы можем судить. Капитану очень нужно поставить более мощные двигатели, а для торговли понадобятся два лишних грузовых контейнера, которые компенсируют затраты. – Он вдруг ухмыльнулся. – Три, если меня послушают.

Джетри вежливо улыбнулся, думая, что дядя не выглядит таким довольным, как полагалось бы, и гадая, какие у этой сделки могут быть минусы.

– Пока будет идти ремонт, мы решили – капитан и я, – что будет оптимально реструктурировать команду. И мы записали тебя старшим подмастерьем на «Золотоискатель».

Это было сказано так гладко, что Джетри сразу не уловил смысла услышанного.

– «Золотоискатель»? – недоуменно повторил он, усвоив только это, поскольку при последней встрече они с Маком Златом обменялись ударами, что Джетри причинило больше неудобств, чем Маку. Он так и не рассказал никому из своей команды всех подробностей, поскольку команда «Золотоискателя» приходилась кузенами его матери, а его мать не один раз подчеркивала, что чуть было не оказалась в экипаже того корабля, а не этого.

Джетри сел на самый край своего кресла, слыша, как последняя фраза проигрывается у него в ушах.

– Вы записали меня на «Золотоискатель»? – вопросил он. – На какой срок?

Этот вопрос прозвучал настолько громко, что его голос вырвался в коридор, но он не стал извиняться.

Пейтор поднял руку.

– Спокойней, мальчик. На один рейс по шахтам. К тому времени, как они вернутся в порт, тебе исполнится двадцать: ты будешь совершеннолетним и сам сможешь найти себе место. – Он кивнул. – Будь полезным – мы ведь с тобой оба знаем, что ты на это способен – и ты сойдешь с «Золотоискателя» полноправным купцом с опытом за плечами…

– На три стандартных года?

У Джетри сорвался голос, но в кои-то веки он не съежился от стыда. Он был слишком занят мыслями о том, что переоборудованный космический рудовоз намного меньше «Рынка», что его исключительно мужской экипаж набит в каюты по шесть человек в каждой, а торгует исключительно провиантом и рудой, рудой и горнодобывающим оборудованием, кислородными баллонами и рудой…

– Руда, – сказал он, глядя на дядю. – Даже не необработанные драгоценные камни. Промышленное сырье. – Он набрал в грудь воздуха, понимая, что по нему видно, в каком он ужасе, и не обращая внимания даже на это. – Дядя Пейтор, я же учился! Если есть что-то еще, что я…

Пейтор снова поднял ладонь.

– Никакого отношения к твоей учебе. Ты делал реальные успехи. Скажу тебе – большие, чем ожидала капитан. Поначалу ты проявлял несколько больше интереса к лиадийской стороне торговли, чем я считал бы разумным, но ты всегда был похож на Эрина. Нет ничего плохого в изучении языка, и я скажу, что на лиадийцев ты должен произвести положительное впечатление. – Он покачал головой. – Конечно, ты еще не перестал расти, и потому ближе к ним.

Лиадийцы были низкорослыми и худыми – по земным меркам. Джетри не был таким коротышкой, как лиадийцы, но, как с горечью подумал он, ему по росту далеко до Мака Злата.

– Дело в том, – медленно сказал Пейтор, – что у нас нет места. – Для нас это тоже тяжело, Джетри. Будь наш корабль побольше, мы бы тебя оставили. Но ты – самый молодой, никто не имеет желания менять место и, ну… Мнение Корабля. Капитан это утвердила. Бен Злат говорит, что готов тебя взять. – Он со строгим видом откинулся на спинку кресла. – И руду тоже нужно изучать, подмастерье. Ничто не бывает таким простым, как кажется.

«Выбрасывают, – подумал Джетри. – Меня выбрасывают с корабля». Он решил, что ему было бы легче, если бы его просто изгнали, предоставив самому искать свой путь. Обговоренное место на «Золотоискателе» только добавляло к его изумлению ярость. Он открыл рот, собираясь протестовать дальше, но ему помешал сигнал терминала Пейтора.

Старший купец резко подался вперед и повернул рукоятку, принимая первые торговые сведения из порта Инсольта. Он посмотрел на Джетри.

– Изволь получить мне кэс с того шелка. Если пряность хорошо продастся, я дам разрешение на ключ Синдиката, о котором ты мечтал. Ты его заслужишь.

Это было знаком того, что разговор окончен. Джетри встал.

– Да, сэр, – произнес он настолько спокойно, насколько это позволил пересохший рот, и вышел из торгового офиса.

День 33-й

1118 год по Стандартному календарю

Порт Инсольта

Дом Текстиля

– Высший сорт, почтенный господин, – сказал Джетри, скромно опустив глаза, как подобает молодому человеку, разговаривающему с персоной родовитой и благородной.

Почтенный господин бин-Флора пошевелил плечами и отвернул край материи, хмуро разглядывая изнанку. Джетри стиснул зубы, подавляя желание добавить новые хвалы целлошелку, вручную сотканному на Джиндори.

«Не переусердствуй! – услышал он мысленный окрик дяди Пейтора. – Купец не суетится».

– Восемь торов за шесть штук, – заявил покупатель, набрасывая образчик ткани на валик.

Джетри тихо вздохнул и развел руками.

– Почтенный покупатель, конечно, настороженно относится к товару, который предлагает ему человек, на столько лет уступающий ему в мудрости. Я заверяю вас, что получил инструкции от старейшины моего корабля, который велел мне не соглашаться ни на чуточку меньше, чем два кэса.

– Два?

Плечи лиадийца снова пошевелились. Это не было пожатием, но выражало какие-то чувства. Иронию, как показалось Джетри. Или гнев.

– Ваш старейшина неверно вас инструктировал, юный господин. Возможно, это испытание. – Покупатель чуть склонил голову набок, словно задумавшись. – Я предложу вам лишнюю пару торов, – сказал он после длительной паузы, сглаживая звуки торгового языка. – Из снисхождения к усердию ученика.

«Неверный ход», – подумал про себя Джетри. Это не означало, что почтенный бин-Флора не был воплощением доброты – вполне возможно, он им был, но только в свободное время. Торговля – дело другое.

Джетри уважительно поклонился и столь же уважительно перевел взгляд на лицо покупателя.