Берсерк, стр. 25

– На обратном пути подберем… Напарники ушли, улыбаясь во весь рот.

– Этот здоровяк подогадливее тебя будет, – снова с насмешкой сказала она. – А по лицу не скажешь, что шибко умный.

– У него большой жизненный опыт. Хотя наукам не обучен.

– А ты, стало быть, обучен.

– Экономист-бухгалтер, – с некоторым достоинством ответил Миха.

– Ну в руках у тебя явно не бланки документов.

– Обстоятельства так сложились…

– Понятно.

– Тебя как зовут-то хоть?

– Жульфа.

– А тот, что был связан?

– Мой брат Шамиль.

– Ага… А меня зовут Миха Кемпл.

– Тогда что же ты здесь делаешь, бухгалтер, среди зэков? Хотел обчистить свою бухгалтерию по подложным документам, но засыпался?

– Если отбросить частности, то общий смысл верен. Кто такие зэки?

– Вы: те, кого набрали по тюрьмам. Но это неважно. Спасибо, что спас меня от того животного.

– Да не за что. Если бы я этого не сделал, все ваше мужское население принялось бы по нам стрелять. Мне это ни к чему. Я собираюсь спокойно дослужить срок и вернуться домой. Вот и все.

– Я понимаю, и все равно спасибо. Вот, возьми подарок.

– Дорогая вещица, – заметил Миха, принимая цепочку с красным камешком.

– Это местный рубин. Брат нашел на заброшенной шахте.

– Спасибо. Ну все, мне пора, мои ребята возвращаются. А то братик искать кинется, а тут четыре мужика с одной девушкой, поймет неправильно, стрелять начнет.

– Шутник, – усмехнулась Жульфа и скрылась в лесу еще до того, как солдаты подошли к своему командиру.

– Ну что, Кот, у вас все было? – с явной заинтересованностью спросил Штырь.

Очевидно, этот вопрос не на шутку волновал всех остальных.

– Какой же ты все-таки пошляк, Штырь. Пойдемте обратно, нам еще переть и переть. Не было ничего, – наконец ответил Миха на насмешливо-вопросительные взгляды. – Идем.

Уже вечером, подходя к точке, они услышали щелчок и мгновенно упали в траву.

– Объявился-таки наш снайпер, – досадливо сказал Миха, бросая дымовую шашку, чтобы прикрыть группу дымом от повторного выстрела. – Вылечился, гад.

Миха ждал ответа Улькиного «стилета», но его так и не последовало.

33

Но стреляли не в группу Подстреленным оказался Косой, он слишком долго задержался на одном месте, и пуля, пробив бронежилет, вошла в плечо.

– Вот ведь гадость-то какая, – посетовал сержант Нильсен, показывая извлеченную пулю солдатам. – Бронебойная, наконечник с алмазной нарезкой. Это вам не это.

Несмотря на каламбур, все поняли, о чем речь. У снайпера новые боеприпасы, а значит, нужно быть внимательней.

Кемпл нашел Улька в столовой и подсел к нему.

– Не засек?

– Засек, но немного поздно, – ответил Ульк, перемешивая кашу. – Времени на выстрел уже не оставалось. Но теперь я знаю, где он примерно в следующий раз объявится, и буду его ждать.

Ульк принялся за еду, всем видом показывая, что разговор окончен.

Ночью на обстрел ответил автоматический миномет первого поста, что случалось довольно редко. Утром, чтобы оценить результаты его работы, отправили группу.

– Вот, Миха, миномет отрабатывал этот квадрат, посмотри там все, – наставлял сержант, тыкая в карту. – Точку обстрела хорошо накрыли, должен быть результат.

– Все проверим.

– Двигай. Но будь осторожен.

– Обязательно.

Группа без проблем добралась до нужного квадрата. Где-то высоко в небе, так что и не видно, висел вертолет, сканируя местность чувствительными локаторами.

– «Шмель», что-нибудь видно? – спросил Кемпл.

– Пока все чисто, но гарантировать, что рядом с тобой никого нет, не могу.

– Понятно…

Группа прочесывала местность; разрушения выглядели так себе, ничего серьезного: с десяток воронок, пара поваленных деревьев. «Это тебе не работа «беркута», – уважительно подумал Миха, вспоминая причиненные тем разрушения. – Но все даже к лучшему: тела убитых должны уцелеть». Миха отметил, что площадка хорошо оборудована и наполовину защищена скалами, которые и приняли на себя пару снарядов. Нервировало то, что совсем рядом высились обрывистые горы, откуда эта огневая позиция просматривалась как на ладони, но пилоты вертолета упрямо твердили, что там никого нет; по крайней мере, никто не двигается.

– Ребята, кто-нибудь что-нибудь нашел? Хотя бы малейшие следы?

– Нету тут ничего, Кот. Никаких фрагментов тел или техники, даже следов крови нет.

– Наверное, все с собой унесли, – предположил Штырь.

– Выходит, что так, – согласился Миха. – Ладно, идем обратно.

– Тоже верно.

Кика пошел первым: ему не терпелось вернуться на точку. В лесу он чувствовал себя неуютно. Миха хотел его придержать, но, едва открыл рот, прозвучал взрыв. Кика упал. Откуда-то сверху забил пулемет. «Сволочи, – подумал Миха. – Наверное, всю ночь там в засаде сидели, нас ждали».

– Медведь, бери Кику. «Шмель», «шмель», быстро сюда!

– Вижу, уже спускаюсь.

– Раньше надо было видеть! Уходим! Группа быстро уходила с места происшествия.

Медведь нес на руках раненого бойца, а остальные их прикрывали.

– Кот, вижу движение справа, – предупредил Штырь.

– И слева, – доложил Чума.

– Короче, они везде, – подытожил Миха, заметив еще две тени.

Пулемет на скале замолчал: видимо, его расчет опасался случайно задеть своих.

Кто первым открыл огонь, Кемпл не заметил, может быть, он сам. Пули выбивали щепу из стволов деревьев, за которыми они спрятались. Группа вела ответный огонь, не давая себя окружить. Боеприпасы быстро подходили к концу. Очередную атаку удалось отбить Медведю своим гранатометом, и в рядах нападающих появились наконец раненые, что несколько охладило пыл противника. Потом наконец-то подоспел вертолет и накрыл нападавших пушечным огнем, дав время отступить группе Кемпла. Чтобы закрепить успех, «шмель» добавил неуправляемыми ракетами. Их мощность была не слишком большой, и самих ракет было не много, но и этого вполне хватило.

Уже на точке Миха насчитал у себя на бронежилете две пулевых вмятины, а на теле обнаружил здоровенные синяки.

– Ну как он там? – спросил Миха местного лекаря, выходившего из лазарета от Кики.

– Плохо, потерял много крови, осколков полно. Шансы пятьдесят на пятьдесят.

– Ну и?

– Я сделал все, что смог. Сейчас за ним вертолет прилетит.

Вертолет прилетел, но это мало помогло. Из-за гула двигателя никто не расслышал выстрела. Раненого погрузили на борт, а когда пошли посмотреть, почему пилот не взлетает, то оказалось, что он мертв. Второй пилот находился в шоковом состоянии, поскольку кровь его товарища забрызгала весь салон и его самого. Он ошалело смотрел вокруг, стирая одной рукой кровь со своего лица, а другой тормошил товарища, все время повторяя:

– Бинг, ты чего, а?.. Бинг…

– Ульк, твою мать! – сплюнув, прокричал Миха, направляясь к снайперской башенке. – Почему не стреляешь?! Ты же говорил, что сможешь засечь!

– Я засек и выстрелил, просто вы ни черта не слышали!

– Ну?

– Баранки гну! Мимо.

– Черт возьми!

Пока прилетел второй вертолет со сменным пилотом, пока взлетел, Кика умер от болевого шока.

– Дерьмо. Завтра с тобой на дежурство заступаю, – сказал Миха. – Возьму твою старую винтовку, и будем смотреть в два глаза.

– Как знаешь.

34

Рано утром, в самый густой туман, Миха с Ульком поставили давно снятую как нежизнеспособную систему «панорама». Ее настроили только на конкретный участок, где ожидалось появление снайпера. Экран поставили в башенке, чтобы отреагировать оперативней. Плюс ко всему систему подключили к автоматическому миномету, чтобы поразить вражеского снайпера наверняка. Раньше такого не делали, это была идея Михи, и с помощью толкового специалиста системы совместили.

– Все, теперь точно не уйдет, – сказал Миха, беря старую винтовку Улька.

– Угу, – подтвердил ротный снайпер, впрочем, без особой уверенности.