Как-то раз на рождество..., стр. 19

Джо, не смогла сдержать улыбки.

— Не думаю, что эта особа осмелится там появиться. Она — в немилости. Если же явится, Хью прихлопнет ее чем-нибудь тяжелым, что попадется под руку.

— О, кажется, Хью наконец-то взялся за ум, — Реджина накрасила темно-красным лаком ноготь большого пальца правой руки Джо. — У тебя красивые руки.

— Спасибо!

Придирчиво взглянув на свою работу, домохозяйка торжествующе воскликнула:

— Взгляни-ка! Безупречно. Навык-то, оказывается, сохранился! Я еще могу делать маникюр. — Она снова окунула маленькую кисточку в пузырек. — А что касается твоего сегодняшнего визита в гости, то я тебе скажу так: расслабься, голубушка, и ни о чем не беспокойся. Просто наслаждайся отдыхом и веселой компанией! У меня хорошие предчувствия. Вот помяни мое слово, ты вернешься домой счастливой. А сама знаешь, как встретишь Новый год, так и его проведешь.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Хью давно так не волновался, как теперь, когда Хамфри вез его с Джо и Иви к дому Элиотов. Ситуация, похоже, вырвалась из-под его контроля. Сила чувств, которые он испытывал по отношению к Джо, оказалась неожиданной для него самого. Он действительно в нее влюбился, и это открытие повергло его в шок. Он никогда еще не ощущал себя таким счастливым и в то же время таким измученным и беспомощным.

И откуда вдруг эта странная робость, охватившая его; он вел себя, будто подросток, добивающийся расположения девочки на школьном балу.

В течение прошлой недели Хью неоднократно убеждался в том, что девушка отвечает ему взаимностью. Он то ловил на, себе нежный взгляд Джо, то замечал, как она медленно заливается румянцем, когда он входил к ней в комнату. И когда он поцеловал Джо, ее тело ответило ему сладкой дрожью, которая не могла быть притворной.

И вдобавок он не мог не думать об удивительном контрасте между двумя девушками! Присцилла так любила его титул и деньги, что готова была пойти на все что угодно, лишь бы выиграть его в качестве мужа, как главный приз. А Джо, наоборот, отвергла предложенные им богатства!

— О, взгляни, Иви, — Джо с широко раскрытыми глазами смотрела в окно автомобиля. — Я думаю, это снег. — Она восхищенно посмотрела на Хью. — Это снег, да?

Пушистые белые хлопья кружились и мерцали в ярком свете уличных огней и фар.

— Да. Вы никогда не видели его? — удивленно протянул Хью.

— Нет, никогда, — ответили хором Джо и Иви, а Джо добавила еще: — Как красиво!

— Боюсь, что вам не удастся увидеть вид заснеженного Лондона, обычно снег сразу тает и становится слякотью, — Хью почувствовал необходимость предупредить ее.

Но девушка нисколько не огорчилась.

— Не имеет значения! Это настоящий снег. Теперь я смогу рассказать всем дома, что видела его.

Хью подавил тяжелый вздох.

Когда они доехали до дома Элиотов и вылезли из машины, белые хлопья все еще продолжали плавно кружиться вокруг них.

Затем дверь открылась, и навстречу им полились громкие звуки музыки. Опередив дворецкого, к ним выскочил Руперт и, широко улыбнувшись, пригласил их войти в дом.

Зрелище, представшее глазам Джо, поражало роскошью: великолепные люстры, увешанные гобеленами стены, зеркала, сверкающий паркетный пол...

Дворецкий Элиотов помог Иви и Джо снять пальто. Джо кивком головы поблагодарила и медленно повернулась, немного смущенная, кто знает, удастся ли ей почувствовать себе не лишней в этом обществе.

Хью замер, когда увидел Джо.

Она была прекрасна!

Платье словно специально было создано для нее. Его насыщенный темно-красный цвет оттенял ее каштановые волосы и естественно подчеркивал розовую нежность ее лица и восхитительную прелесть ее алых губ. Мягкая ткань платья облегала ее стройную фигуру. Глубокий разрез на боку и дразнящий низкий вырез невольно привлекали взгляд.

Изысканное сочетание сексуальности и скромности привело Хью в полный восторг.

— Что-то не так? — Джо слегка покраснела. — Тебе не нравится мой наряд?

Он попытался ответить, но его сердце так стучало, что он не смог произнести ни звука.

— А как насчет моего платья, папа? — требовательно спросила Иви, чтобы не остаться в стороне. — Хорошее?

Хью перевел взгляд с Джо на дочь в платье из изумрудно-зеленого бархата, который прекрасно шел к ее искрящимся зеленым глазам.

— Ты великолепна, детка. Вы обе выглядите... — Ему пришлось перевести дух. — Вы обе выглядите как принцессы. — Он обратился к стоявшему рядом другу. — Не правда ли, Руперт?

— У меня просто нет слов, — Руперт быстро оценивающе оглядел Джо с ног до головы. — Вы обе настолько красивы, что я просто не могу не пригласить вас обеих на танец. — Он повернулся к девочке: — Что скажете на это, юная принцесса? Вы согласны потанцевать со мной?

Иви внезапно засмущалась и посмотрела на Джо. Та ободряюще похлопала девочку по плечу.

— Иви волнуется, потому что не умеет танцевать, — объяснила она Руперту.

— Тогда я научу вас, — сказал хозяин дома с очаровательной улыбкой и протянул ей руку. — Идемте!

Хью и Джо остались вдвоем. К ним тотчас подошел официант с подносом, предлагая напитки — Джо выбрала себе шампанское, а Хью шотландское виски. Какое-то время они молча стояли вместе, наблюдая за тем, как Руперт кружил Иви по комнате. Лицо девочки сияло от счастья.

— А, вот вы где! — раздался голос поблизости. К ним подошла Энн Элиот. — Мы решили, что позволим детям побыть с нами в течение часа или около того, а затем няня отведет их наверх, — объяснила она. — Не волнуйтесь об Иви. Тут много детей, с которыми она сможет поиграть.

Затем Энн потянула их за собой и стала представлять Джо другим гостям. Все шло очень мило, все болтали, шутили, и никто не касался темы статьи в утренней газете.

А затем один из гостей, Джек Соамес, пригласил Джо танцевать.

После легкого колебания та ответила согласием. Оставшись один, Хью прислонился к мраморной колонне со стаканом виски, и стал наблюдать за танцующими. Один или два разу Джо кинула короткий взгляд в сторону Хью, но в целом она явно наслаждалась танцем. Как и ее партнер.

— Твоя Джо очаровательна, — раздался рядом голос Руперта.

— Сам не слепой, — огрызнулся Хью, чувствуя, что его захлестывает волна ревности.

Руперт удивленно поднял рыжеватую бровь.

— Ты не похож на себя сегодня вечером, старина.

Хью хмыкнул и пробормотал что-то нечленораздельное.

— Ты же, надеюсь, не беспокоишься из-за этого идиота журналиста.

— Нет, нисколько. Но бедняжке Джо досталось. И во всем виновата эта проклятая Присцилла.

— Говорят, что ее папаша, старый Майслей-Харт, потерял все свои деньги, — покачал головой Руперт. — Погнался за легкой прибылью и прогорел. С инвестициями надо обращаться поосторожнее.

Так вот чем объясняется неожиданная перемена в поведении Присциллы, вот почему она вцепилась в него мертвой хваткой, когда он вернулся из Австралии, подумал Хью. Виной всему — деньги.

— Должен сказать, что твоя маленькая Иви просто прелестна, — добавил Руперт в очевидной попытке успокоить друга.

На сей раз, он попал в точку.

— Она неподражаема, правда? Мне страшно повезло. До сих пор не могу поверить, что я отец. Мы так быстро привыкли друг к другу. Я ее обожаю.

Его друг хитро усмехнулся.

— Постой, постой, что-то я запутался, ты ведь говоришь о своей дочери?

— Естественно, — Хью почувствовал, что краснеет.

— Но если бы я говорил о Джоанне Берри, твой ответ был бы точно таким же, я не ошибаюсь?

Хью открыл, было, рот, чтобы возразить другу, но какой смысл? Они с Рупертом были знакомы с детства, и тот мог читать его как открытую книгу.

— Да, — тихо проговорил он, а затем одним глотком допил свое виски.

Руперт подозвал официанта, чтобы тот принес им напитки, и, когда оба взяли по бокалу, сказал:

— Если я еще не утратил свою способность составлять мнение о человеке по первому взгляду, то поверь мне, приятель, ты сорвал куш.