Алые ночи, стр. 38

Тесс помолчала, а когда снова заговорила, ее голос был еле слышен:

— Ты нравился женщинам с тех пор, как стал подростком. И ты всерьез веришь, что неинтересен Саре?

— Ты смеешься?

— Пытаюсь удержаться, хоть это и нелегко. Ну и как ты намерен помешать ей выйти за этого негодяя?

— Видимо, свяжу по рукам и ногам.

— В качестве прелюдии к более приятным занятиям?

— Слушай, где же хваленая поддержка, которой вы, женщины, так гордитесь? Тебе как будто не терпится узнать, что я надел наручники на твою подругу.

— Тебе прекрасно известно: я хочу, чтобы ты женился на Саре и жил вместе с ней в Мерлинс-Фарм долго и счастливо. Иначе с кем играть моему малышу?

— Когда я взялся за это дело, ни о какой свадьбе и речи не было. Думаю…

— Все, пока. Рэмз идет.

Через двадцать минут Майк был на площади Нейтс-Филд, рассчитывая не только помочь строителям, но и послушать местные сплетни. Несмотря на уверения Сары, что она готова пересказать все, что ей известно, Майк считал своим долгом находить новые источники информации.

Вокруг большой открытой площадки возвышались трибуны и росли деревья. Когда подошел Майк, все примолкли, и он понял, в чем дело: эти мужчины были не прочь посмотреть, умеет ли он держать в руках молоток. Несомненно, они уже слышали от матери Сары, что Майк разбирается в экологически чистых продуктах и даже умеет готовить из них еду — всему этому он научился на одном из многочисленных заданий. Несколько раз Майку приходилось месяцами вживаться в очередную роль и лишь потом действовать. Работать на стройке ему довелось долго, поэтому он не терялся при виде пояса с инструментами.

Понаблюдав за Майком пару часов, местные жители смягчились и завели общий разговор, обращаясь и к нему. Слаженнее всего действовала команда Майка и Люка: двигаясь с разных сторон, они прикладывали доски к поперечинам и сильными ударами молотков прибивали их.

— А такой штукой пользовался? — спросил Люк, показывая пневматический молоток.

— На досках или на людях? — так, чтобы слышал только Люк, уточнил Майк.

— Когда закончишь работу, я, пожалуй, попрошу у тебя консультации по детективному роману.

— Кстати, мой начальник хотел получить твой новый роман с автографом.

— Да запросто! — Люк взялся за ручную пилу. — А вот такую в руках держал?

— Хочешь, расскажу, как мне пришлось своими руками и без электрических инструментов мастерить самому себе гроб?

— Не тяни, выкладывай скорее, — встрепенулся Люк.

— Им стало скучно, вот они и предложили, чтобы я, пока мы ждем…

— Кто «они»?

— Скажем так: плохие парни.

Люк кивнул и, впитывая каждое слово, начал перебирать инструменты на поясе.

Часов в десять на стройплощадке появились трое молодых людей с габаритами профессиональных борцов.

— Кто эти громилы? — спросил Майк у Люка.

— Братья Фразьер. И наши соперники в ярмарочных состязаниях.

Глядя на эту троицу, Майк поначалу усомнился, что справится в схватке хотя бы с одним из них. Однако он напомнил себе, что до настоящей драки дело вряд ли дойдет. В любом случае изменять привычке побеждать он не намерен. Какими бы внушительными мышцами ни обладали Фразьеры, проворством они не отличались, да и не нуждались в нем.

— Завтра у меня свидание с их сестрой. Придется быть с ней повежливее.

— Ариэль умеет постоять за себя. — И Люк улыбнулся, увидев вопросительное выражение на лице Майка. — Не волнуйся, ты же ее видел: до четырех братьев ей далеко.

— Четырех?.. Ну да, как я мог забыть про юного Шеймаса! Кстати, как у него дела?

— Сидит дома с моей женой и рисует цыган, не разгибая спины. Но никому не показывает: Джос задумала большой сюрприз.

— Отлично! — Майк улыбнулся.

В половине десятого объявили перерыв, и Люк познакомил Майка со своей двоюродной сестрой Кимберли Олдридж, которая вместе с другими женщинами распоряжалась за столом с напитками. Симпатичная Кимберли была ровесницей Сары. Новые знакомые в один голос намекали Майку, что если он начнет встречаться с Кимберли, то не пожалеет.

— Ким сама придумывает украшения, делает их и продает— в том числе и в магазине Сары. Она сделала Тесс кольцо на помолвку, — гордо объяснял Люк. Через несколько минут он отошел побеседовать с кем-то о садовых растениях.

— О вас весь город говорит, — улыбнулась Ким, подавая Майку бумажный стаканчик, полный лимонада.

— Досадно. — Майк опустошил стаканчик и попросил подлить еще.

Ким наклонилась к нему и понизила голос:

— Я могу быть откровенной с вами?

— Пожалуйста.

— Все мы любим Сару, а ее словно хотят поссорить с друзьями и родными. У нее и Грега находится время для покупателей, но не для нас. Что бы ни намечалось в городе — пикники, дни рождения, что угодно, — она вечно занята или куда-то уезжает с Грегом. По-моему, Сара просто не понимает, к чему он клонит. По городу ходят слухи, что вы вернете ее нам.

— Честно говоря, мне нечем похвастаться, — скромно ответил Майк. — Сара считает своим долгом хранить верность жениху.

Некоторое время Ким вглядывалась в его лицо.

— А вы, похоже, здорово увлеклись ею.

— Да нет, я… — Майк умолк, не зная, что сказать.

Она улыбнулась:

— Ничего. Я никому не скажу. Сара заслуживает счастья. Последние несколько лет выдались для нее нелегкими.

В половине первого приехала Сара с матерью в фургоне, нагруженном бутербродами, салатами и домашними пирожками. Мужчины принялись хлопать Майка по плечу, благодарить и повторять, что они его должники.

— Что все это значит? — спросил он у Люка.

— Сара уже давным-давно ничего не пекла. А когда она только подрастала, ни одно событие в городе не обходилось без ее сладких пирожков. Ты себе даже не представляешь, что она способна сотворить из теста и ягод! Но она ничего не пекла с тех пор, как…

— Дай угадаю: как в городе появился Андерс.

— На самом деле еще до него. Ты, наверное, уже слышал про ее первого бойфренда. В жизни Сары все изменилось после того, как он бросил ее — до сих пор не могу его простить. Я уже собирался съездить в Англию и вбить ему в глотку пару зубов, но Рэмз отговорил. — Люк поднял голову и крикнул брату: — Кен, если ты не оставишь мне ни кусочка пирога с персиками, я покажу тебе, для чего на самом деле нужен пневматический молоток! Извини, убегаю, — бросил он Майку и отошел.

Майк заметил, что Сара стоит возле фургона, держа бумажный пакет и красную тарелку, и невольно улыбнулся: похоже, она приберегла обед специально для него.

Вечером они ужинали с Джос и Люком, разговор крутился вокруг ярмарки. Возвращаясь к себе, Сара зевнула.

— Извини, — смутилась она, — просто я весь день на ногах и засыпаю на ходу.

— Я и не знал, что ты так здорово печешь пироги. Что было в том абрикосовом?

— Сабайон с мускатом «Асти», — бросила Сара через плечо, удаляясь к себе. — До завтра.

Майк застыл, растерянно моргая. Оказывается, она умеет делать крем-мусс и даже знает, что лучше всего добавлять в него итальянское десертное вино!

Чем больше он узнавал о Саре Шоу, тем больше она ему нравилась.

Глава 16

Субботу Майк провел на поле для гольфа в Уильямсберге, в обществе отца Сары — вышедшего на пенсию врача, который был настолько же медлителен и невозмутим, насколько его жена энергична и деятельна. О Саре он говорил с любовью, и Майк часто ловил на себе его внимательный взгляд.

Играть в поддавки Майк никогда себе не позволял, но вместе с тем не хотел расстроить отца Сары проигрышем. На первой метке Майк просто не стал как следует целиться, и мяч полетел чуть ли не в противоположную сторону от лунки.

Доктор Генри Шоу окинул его задумчивым взглядом.

— Чем лучше ты выступишь на этом поле, тем больше хорошего я скажу о тебе своей младшей дочери.

Майк посмотрел на него, чуть было не выпалил «Опять сватают!» и одним ударом загнал мяч в лунку.