Тайна трех портретов, стр. 21

— Кого? Кто — "она"?

— Саманта Тримейн, — выпалила Трейси. — Саманта Тримейн была в Эбби с Дэвидом — мы их засекли. Холли, мы даже видели, как они целовались!

— Ты не ошиблась? — изумилась Холли. — Ни один из них никогда не упоминал, что они знают друг друга.

— Еще как знают, можешь не сомневаться, — продолжала Трейси. — Судя по тому, что мы с Белиндой видели, они прекрасно друг друга знают.

ГЛАВА XII

Исповедь Саманты

На следующее утро Холли решила первым делом найти Саманту. Ее первое удивление после сделанного Трейси открытия уступило место раздражению. Какую игру затеяла с ней Саманта? Почему она не сказала с самого начала, что ою. забавная. в дверь, крикнул: "а их мотоциклах. ни с Дэвидом Тейлором дружат? Разглагольствовала о том, как ее семья не любит Тейлоров, и в то же время, судя по всему, встречается с Дэвидом. И он тоже хорош — и словом не обмолвился, когда она ему все выложила насчет брошки.

Теперь некоторые мелкие эпизоды встали на свое место. Например, стало понятно, кого ждал Дэвид у школы в тот день, когда он их подвез. Или почему Саманта вышла из-за угла, а потом тут же ушла в сторону, завидев их с Дэвидом. И этот странный взгляд, которым она проводила их, уезжающих в его машине. Теперь все ясно: Дэвид поджидал Саманту. Но почему же он ничего им не сказал? Холли была полна решимости выяснить причину всех этих несуразностей.

Ей удалось найти нескольких одноклассниц Саманты, но оказалось — никто ее в тот день не видел. Холли обыскала всю школу. И, наконец, в библиотеке она заметила знакомую златокудрую головку, склонившуюся над книгой.

Саманта подняла на нее глаза.

— Привет, Холли, — с улыбкой проговорила она.

— Я не люблю, когда из меня делают дуру, — сказала Холли если не сердито, то, как минимум, весьма решительно. — Я хочу знать, что за игру затеяли вы с Дэвидом Тейлором.

— Что ты имеешь в виду? — непонимающе заморгала Саманта.

— Тебя видели, — сказала Холли. — С Дэвидом. В Вудфри-Эбби. В какие игры ты и Дэвид с нами играете? Нарочно подбрасываете нам фальшивые подсказки, чтобы потом посмеяться над нами? Что вы задумали? Хотите, чтобы мы бегали вокруг как идиотки, пока вы будете надрывать животы от смеха за наш счет? Так, что ли?

— Нет, конечно, не так. Ничего подобного и в помине не было, — замотала головой Саманта. — Честное слово, Холли, все совсем не так. Ты неправильно поняла.

— Тогда объясни, как. — Холли уселась напротив Саманты. — Я должна знать правду, Саманта. И я не уйду отсюда, пока ты мне ее не скажешь.

— Ну хорошо, слушай. Мы с Дэвидом тайком встречаемся уже почти полгода, — тихо начала Саманта. — Мы держали это в секрете, чтобы не узнала моя мама. Она ненавидит всех Тейлоров. Ненавидит, потому что нам приходится из кожи вон лезть, чтобы платить за проживание бабушки в доме для престарелых, в то время как они владеют всем Вудфри-Эбби. Она так об этом говорит, что можно подумать, будто Тейлоры украли его у нас. На самом деле они всего лишь деловые люди, увидели, что дом собираются продавать, и купили его. Дело в том, что денег, которые я получаю за свою работу… их не хватает на оплату за бабушку, поэтому Дэвид давал мне деньги. Мама все время думала, что это я зарабатываю, но большую часть их я получала от Дэвида. Ему хотелось помочь мне. И все бы ничего, да только на прошлой неделе я узнала, что он сам занял деньги, чтобы помогать мне.

— Занял? У кого? — спросила Холли.

— У одного мошенника, который дает в долг под огромные проценты. Я так на Дэвида рассердилась, когда он мне это сказал! Мы серьезно поссорились. Но самое ужасное то, что этот проходимец теперь требует вернуть ему деньги немедленно, он не хочет ждать ни дня. А у Дэвида нет таких денег. Из-за этой истории у нас с ним чуть не произошел полный разрыв. Я уже думала, что мы больше не будем встречаться. Но мне хотелось хоть как-то попытаться помочь ему. Ведь в конечном счете он бы на запутался в долгах, если бы не хотел помочь мне. Выходит, все так вышло из-за меня.

— Хэрри Оуэн! — выдохнула Холли. — Дэвид взял деньги у Хэрри Оуэна.

— Имени я не знаю, — покачала головой Саманта. — Все, что мне известно, — это что Дэвид попал в беду. Вот еще почему я взяла ту копию картины. Я хотела отдать ее Дэвиду. Надеялась, что мы с ним вдвоем сумеем разгадать подсказки. И если бы нам повезло, и мы нашли бы портрет Белой Леди, Дэвид смог бы продать его и вернуть этот долг. Но когда я позвонила ему в тот вечер, он даже не стал со мной разговаривать — все еще сердился, потому что я назвала его дураком безмозглым за то, что он впутался в это дело. Поэтому я вернула тебе копию и рассказала о брошке в надежде, что ты передашь это ему.

— Но ведь картина принадлежит школе, — сказала Холли. — Даже если бы вы ее нашли, это бы не помогло Дэвиду.

— Я знаю. Но я должна была попытаться хоть что-то сделать. В конце концов, я не могла вот так бросить его в беде. И когда я увидела его возле школы с тобой и твоими подружками, я поняла, что он хочет поговорить со мной. Вот почему вчера вечером я поехала в Вудфри-Эбби. Дэвид напускает на себя вид крутого парня — все будто бы ему нипочем, но я-то вижу, как он напуган. Знаешь, Холли, ему уже угрожали по телефону. Обещали избить его, если он не заплатит. Я очень за него боюсь.

— Он должен обо всем сообщить в полицию, — решительно сказала Холли.

— Я тоже ему это говорила, — согласилась Саманта. — Но он боится, что эти люди до него доберутся раньше, чем полиция успеет что-то предпринять. Он сказал мне, что хочет попробовать еще раз уговорить их подождать… — Саманта проглотила ком в горле, ее голос дрожал. — Он сказал, что собирается встретиться с этим негодяем сегодня вечером.

Протянув руку, она сжала запястье Холли.

— Обещай, что никому об этом не скажешь. Обещаешь?

— Мне бы очень хотелось как-то помочь ему, — сказала Холли, — но только если он согласен обратиться в полицию…

— Кого я вижу! Не наша ли это звезда журналистики? — вдруг послышался ехидный голос. — Стряпаем новую статейку для "Винформации", да?

Холли резко обернулась. Конечно же, это была Стефи Смит. Она подкралась к ним неслышно, как кошка.

— Ну как, уже нашла этот старый портрет? — насмешливо поинтересовалась она.

— Нет. Пока что нет. Но можешь не волноваться, — сказала Холли. — Когда найду, я непременно сообщу тебе об этом и напишу статью в журнал.

— А я и не волнуюсь, с чего мне волноваться? — пожала плечами Стефи. — Твоя последняя заметка, надо сказать, была так себе, не шедевр. Так что вряд ли я соглашусь еще что-нибудь напечатать из твоего творчества. Сначала научись писать как следует.

Холли гневно сверкнула на нее глазами:

— Да если бы я писала так же плохо, как ты, мне бы и в голову не пришло критиковать других. А пока что извини, у меня есть дела поважнее и поинтереснее, чем стоять тут и спорить с тобой.

Резко повернувшись, она вышла из библиотеки, не дав Стефи возможности ответить.

В тот же вечер члены Детективного клуба собрались в комнате Холли. Теперь основной темой для обсуждения были не поиски картины, а Дэвид Тейлор и его проблемы.

— Если этот мерзкий тип, Хэрри Оуэн, перешел к угрозам, с этим что-то надо делать, — сказала Трейси. — По закону это считается преступлением.

— Ты хочешь сказать, мы должны заявить в полицию? — с сомнением посмотрела на нее Белинда.

— Во всяком случае, мы должны попытаться убедить Дэвида самому это сделать, — сказала Холли. — Саманта сказала, он хочет еще раз попробовать договориться с Оуэном. Но если то, что я услышала на церковном кладбище, правда, то не сам Оуэн преследует Дэвида, его толкает к этому Барни.

— Как ты думаешь, Дэвид об этом знает? — спросила Трейси.

— Разумеется, знает, — пожала плечами Холли. — Поэтому он так изворачивался тогда вечером в Вудфри-Эббли. Он прекрасно знал, кто был этот нарушитель, вторгшийся в их владения. Я с самого начала это заподозрила. И окончательно убедилась, когда он упомянул об орле на кожаной куртке.