Пикты. Таинственные воины древней Шотландии, стр. 17

Адамнан оставляет много неясностей относительно характера миссионерской деятельности Колумбы. У Беды Колумба обращает «народ» проповедью и личным примером, и «они» дарят ему Иону. Выглядело бы естественно, если бы главным действующим лицом в этих событиях был Бриде (Bridius), которого Беда называет «самым могущественным королем пиктского народа». С другой стороны, у Адамнана говорится просто, что Бриде всю оставшуюся жизнь почитал Колумбу, потому что ему внушала благоговение чудотворная сила святого. То, что Колумба ничего не говорит ни о крещении Бриде, ни о дарении Ионы, не поддается объяснению. Возможно, что Бриде позволил Колумбе проповедовать среди его народа, но отказался креститься сам. Точно так же, по словам Беды, поступил в последние два года своей жизни и король Мерсии Пенда.

В остальном несколько происшествий, запечатленных Адамнаном, показывают, что Колумба проповедовал «через переводчика» и крестил как отдельных людей, так и целые семьи. По какой-то причине такие обращения никогда не приводили к дарению земли (в отличие от более поздних ирландских житий, где такое встречается повсеместно).

В 635 году епископ Аэдан прибыл с Ионы в Нортумбрию, чтобы обратить нортумбрийцев по просьбе их короля Освальда, который уже был христианином. Беда весьма восхищался Аэданом, и он чрезвычайно подробно рассказывает о деятельности этого наследника Колумбы в своей «Церковной истории». Освальд предоставил Аэдану самые широкие полномочия — наверное, гораздо большие, чем король Бриде Колумбе за семьдесят лет до этого, однако сами обстоятельства обращения, видимо, могли быть похожи.

Аэдану, как и Колумбе, пришлось прибегнуть к услугам переводчиков, и у него с собой было множество помощников-ирландцев, которые проповедовали и крестили по всему королевству Освальда. Сначала почти вся церковь в Нортумбрии состояла из ирландских священников, но Аэдан почти сразу же принялся обучать клириков из местных жителей. В самом начале своей миссии он выбрал двенадцать нортумбрийских мальчиков, чтобы обучать их. Один из них, Эата, в конечном счете стал аббатом собственного монастыря Аэдана в Линдисфарне.

Насколько мы знаем, Колумба не назначил ни одного епископа к пиктам, так что в пиктской области не возникло епископского престола, аналогичного Линдисфарну. Беда рассказывает, как во многих местах строились церкви, и на постройку монастырей использовались деньги и земли короля. Эти первые храмы строились из бревен и покрывались хворостом — традиционный метод строительства, который, видимо, применялся и в пиктских церквях, что создает археологам дополнительные трудности при поиске культовых сооружений эпохи Колумбы.

ДАННЫЕ ПОСВЯЩЕНИЙ [40]

Многие историки, которых огорчает отсутствие деталей в зарубежных источниках, сочли возможным широко использовать то, что можно назвать данными посвящений, чтобы получить некое последовательное повествование о том, что происходило в пиктской церкви в промежуток между известными нам событиями: миссией Ниниана в V веке, миссией Колумбы в VI веке и романизацией церкви Колумбы в VIII веке. Использование этих данных оправдывают тем, что в кельтской церкви существовал якобы стойкий обычай называть церкви в честь их основателей. Такое посвящение церкви, основанной до Реформации, кельтскому святому, позднее подкрепленное формальным освящением храма или названием места, считается «достоверным даже при отсутствии каких-либо свидетельств того, что святой лично работал на этом месте». Историки, вооруженные формулой «посвящение = личное основание», начали с большими подробностями реконструировать миссионерскую деятельность кельтских святых в пиктских краях в VI—VIII веках.

Никто не спорит с тем, что в кельтской церкви роль святого-основателя была огромной. Церковь посвящалась Богу, и мощи святого почитались по соседству с главным из основанных им храмов или монастырей. Аббаты считались не только духовными, но и физическими наследниками аббата-основателя [41]. Менее крупные монастыри, основанные святым, назывались в общем и целом его familia (семейство, домочадцы) и росли вместе с новыми приобретениями наследников святого. Таким образом, связь монастыря на раннем этапе его истории с самим основателем приносила небольшой обители престиж, а главному монастырю — неоспоримые права на взимание дани. В результате могущество монастыря росло и вместе с ним «росла» и личная биография святого: его деятельность «распространяли» на все более и более широкую территорию с тем, чтобы она «совпадала» с растущим территориальным престижем его «фамилии». Не говоря уже о том, что между эпохой самого святого и тем моментом, когда название монастыря было впервые зафиксировано письменно, зачастую проходили столетия, даже в самый ранний период основатель вполне мог почитаться в церкви, которая исторически не имела совершенно никакого отношения к личности святого.

Вся проблема достоверного использования данных посвящения была по-новому поставлена историком раннего Средневековья Э.Д. Боуэном в его работе «Поселение кельтских святых в Уэльсе». Он признает, что большинство посвящений — поздние, однако они говорят о возобновлении культа святых в тех областях, где сохранились старинные традиции о деятельности исторически известных святых. Профессор Боуэн выдвинул свою теорию в связи с кельтской церковью Уэльса, и тот же самый принцип вполне приложим и к Шотландии. Таким образом, у нас появилась надежда определить, действительно ли этот материал пригоден для исследования церковной истории пиктов.

Факт остается фактом: шотландские церковные календари полны ирландских имен, и многие приходские церкви в Шотландии посвящены ирландским святым. Откуда произошли эти посвящения, если они не являются реликтами миссионерской деятельности ирландцев в стране пиктов в эпоху «века святых»? Разумно предположить, что большая часть этих посвящений отражает (хотя и с одной стороны) стирание после 850 года национальных особенностей пиктов под влиянием ирландцев. К тому времени обычные посвящения святым, на манер римской церкви, уже должны были стать нормой, и церкви, построенные при новых властителях из Дал Риады, естественно, посвящались ирландским святым. Это может объяснить особенность этих посвящений и шотландских календарей — а именно почти полное отсутствие святых, которые явно были бы пиктами. Маловероятно, что в церкви пиктов совсем не было местных клириков, чья память заслуживала увековечения, как можно было бы подумать по этим поздним посвящениям. Если «кельтские» посвящения действительно появились после того, как власть пиктов на севере рухнула, тогда отсутствие чисто пиктских посвящений становится понятным.

Если верить Беде, то все монастыри в пиктских землях были основаны последователями Колумбы — заявление, которое становится особенно важным, если обратить внимание на осторожную оговорку Беды — «почти все», когда он говорит о монастырях Дал Риады. Эта фактическая монополия наряду с отсутствием какого-либо крупного монастырского центра среди самих пиктов, возможно, в какой-то степени подавила пиктский элемент в церкви. Иона, видимо, твердо контролировала церковь Колумбы в стране пиктов, особенно после поражения Нортумбрии, и именно оттуда в течение всей ее истории выходили главы этой церкви.

Таким образом, в некоторых посвящениях могут по меньшей мере сохраняться полезные обрывки информации о местоположении кельтских церквей и монастырей в темный период непосредственно после 850 года. Другие посвящения, видимо, являются плодом отношений между монастырями и деятельности наследников того или иного святого в более поздний (а может быть, и более ранний) период. Каждое посвящение нуждается в отдельном доказательстве своей древности или, по крайней мере, в отсутствии доказательств в пользу его позднего происхождения.

Хотя на данный момент практически ничего не известно об организации церкви Колумбы в самой пиктской области, отдельные упоминания у Адамнана и Беды создают впечатление, что пиктская церковь жила и развивалась как совершенно обычная часть кельтской церкви. Нет никаких упоминаний о периоде вероотступничества или каких-то ересях. По крайней мере, в этом отношении пикты, как кажется, были совершенно обычными людьми.

вернуться

40

Имеется в виду освящение церкви в честь того или иного святого, то есть названия церквей и монастырей.

вернуться

41

Более того, сам аббат назывался no-древнеирландски comarba, то есть «наследник». В быту аббат Армы назывался не «аббатом Армы», а «наследником Патрика», аббат Корка — «наследником Барре» (Барре или Финдбарр — основатель Коркского монастыря), аббат Ионы — «наследником Колумбы» и т. д.