На тебе греха не будет..., стр. 1

Татьяна Голубева

На тебе греха не будет...

ПРОЛОГ

С самого утра зарядил мелкий, надоедливый дождик из тех, что сеются как бы со всех сторон, а не падают с неба. «Хорошо, что не снег, в середине марта такое вполне возможно, да и в апреле не исключено — Питер все-таки, не Сочи и не Кипр», — думала Илона, неторопливо шагая по набережной канала Грибоедова с пачкой газет и писем в больших дорогих конвертах, хмуро поглядывая по сторонам из-под огромного дряхлого зонта. Зонт был черный, с толстой ручкой, тяжелый и неудобный. Но Илона сегодня не злилась на зонт, как это бывало до сих пор. Ее мысли в это унылое утро были, пожалуй, чернее доисторического неуклюжего изделия.

В пять утра, когда женщины-почтальоны коммерческой службы доставки собрались в сортировочном зале почтамта, начальство сообщило им ужасную новость. Прошедшей ночью два здоровенных мужика в масках и с обрезом пытались ограбить (к счастью, неудачно) офис небольшой, незаметной фирмы «Карина», что на Казанской. В сейфе фирмы всегда лежала немалая сумма наличными, причем не только в отечественных рубликах, но и во вполне конвертируемой валюте.

Однако вряд ли об этом могло знать большое число посторонних. В фирме работали люди проверенные, осторожные. Чем они там занимались, Илона, само собой, не знала, да и знать не хотела. Но вот кое-что другое ей очень даже хотелось бы выяснить. А именно — не приложил ли руку к неудачному налету на фирму один хорошо знакомый ей человек… У нее были основания для таких подозрений, были. Но если он и в самом деле в этом замешан, что делать ей самой? Что делать?.. У Илоны не было ни малейшего желания снова очутиться в тюрьме. Нет, только не это…

Она принялась тихонько напевать: «Рыдает шарманка, стирая улыбки, вздыхает шарманка с душой первой скрипки…» Илона чувствовала себя именно так: она была сейчас старой, заезженной шарманкой, и никто, никто в мире не понимал, какой тонкой и нежной душой она обладает, какие сокровища скрыты в ней — сокровища любви, нежности, преданности… Ах, где же он, где же он, рыцарь на белом коне?

А ведь когда она познакомилась с Нерадовым, ей совсем было показалось, что это и есть он, тот самый, способный дать ей то, о чем она так мечтала…

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава 1

И как ее угораздило тогда, три с лишним года назад, связаться с Толяном? Впрочем, она не очень-то и помнила, как очутилась в его квартире и в его постели. Просто ее в очередной раз потянуло на «приключения», она напилась в стельку в какой-то странной компании… И ничего в этом не было удивительного. Она всю жизнь, все свои двадцать пять лет, просто плыла по течению, не задумываясь, не сопротивляясь, не пытаясь грести поперек.

Она проснулась с трудом. Голова трещала, как и полагалось после такого насыщенного радостями вечерка, к горлу подкатывала тошнота, во рту — самая натуральная помойка, да еще и спина почему-то отчаянно болела. Илона с трудом разлепила веки, с трудом повернула голову. Что это за мужик рядом храпит? И где она, собственно говоря?

Постанывая и покряхтывая, Илона отбросила грязное лоскутное одеяло и села, спустив ноги на пол. Где тут туалет, черт побери? И ванная? Илона встала, натянула на себя какой-то гигантский бесформенный джемпер, подвернувшийся под руку, и побрела к двери, которую рассмотрела между двумя черными древними шкафами, упиравшимися резным верхом в потолок. «Да уж, — подумала она, — шкафчики что надо, в таких жить можно». Дверь, затаившаяся между этими монументальными произведениями мебельного искусства, была вполне им под стать. Мощные резные филенки могли без труда выдержать не только напор столетий, но, наверное, и ядерный удар. В смысле удар пары ядер из какой-нибудь пушки, сотворенной в ту же эпоху, что и эта дверь.

Открылась чудо-дверь на удивление легко, не скрипнув и не пискнув, и Илона, перешагнув порог, очутилась в полутемном коридоре, сплошь заставленном и заваленном каким-то барахлом. Запах мышей и пыли пропитал все вокруг, и Илону от этой затхлой атмосферы затошнило еще сильнее. Она вообще с детства страдала от дурных запахов, ощущая их с остротой, не понятной большинству людей. Преодолев все препятствия, она таки отыскала ванную и туалет. Сумела даже договориться со старым газовым водогреем и раздобыла горячей воды. Приняв душ и вымыв волосы найденным на одной из многочисленных полочек шампунем, Илона почувствовала себя немного лучше. Теперь ей предстояло выяснить, куда ее занесло. Но сначала она нашла кухню. В кухне тоже царили мрак и запустение. Грязные занавески на двух высоких узких окнах были задернуты, воняло газом, протухшей рыбой, прогорклым салом… Над плитой жирными фестонами свисали «бороды Черномора» — черные от пыли и копоти клочья паутины. Передернув плечами, Илона взяла тяжелый закопченный чайник и налила в него воды из подтекающего крана. В старом холодильнике «Саратов» удалось отыскать только две мумифицировавшиеся сосиски, и ничего больше. В резном темно-коричневом шкафу нашлось полпачки самого дешевого индийского чая, початая банка растворимого кофе «Милагро» и замусоленная поллитровая банка с сахаром. Чашки и ложки тоже имелись. Причем старинные.

С чашкой горячего кофе в руке Илона вернулась в комнату и всмотрелась в спящего мужика. Тот лежал на животе, уткнувшись лицом в огромную подушку. Его накачанные спина и плечи ничего особо интересного Илоне сообщить не могли — только и понятно было, что дядя не из хилых. Его светлые волосы были подстрижены коротко, почти под «ноль», на левом бицепсе виднелась полустертая татуировка.

Вздохнув, Илона села на край кровати и стала рассматривать комнату.

Первое впечатление от увиденного не обрадовало. Все здесь было какое-то очень старое — пышное, неудобное и обветшалое донельзя. Хотя кое-какие вещи показались Илоне довольно дорогими.

В ногах постели она заметила свои черные брюки в обтяжку и золотую трикотажную блузку — смятые в неопределенный ком, залепленные каким-то подозрительным пухом. Белья не было. Илона попыталась стряхнуть пух с блестящей черной ткани брюк, но поняла, что так просто это сделать не удастся. Нужны щетка, вода… Потом она увидела свои Золотые босоножки на высоченных шпильках — они валялись на полу возле окна. Каблука на одной как не бывало. Ну, погуляли…

Мужик за ее спиной заворочался, рыкнул, фыркнул… По затхлой комнате пронеслась волна перегара вперемешку с изысканным ароматом «Miracle Homme». Этот одеколон фирмы «Ланком» Илона отлично знала, как знала и его цену. Ничего себе парниша, соображает, чем душиться, подумала Илона и обернулась. Черт, вспомнить бы, как его зовут, этого ценителя ароматов! Нет, безнадежно. Ни малейших проблесков памяти. Она увидела наконец его лицо — интересный парень, ничего не скажешь… но черты слегка грубоваты. Лет ему… ну, наверное, тридцать пять или около того. Серые глаза незнакомца уставились на Илону, он откашлялся и прохрипел:

— И мне кофейку сооруди. Побольше и погорячей.

Девушка молча отправилась на кухню, уже не пытаясь что-либо вспомнить. «Черт, черт, черт побери, — ругалась она мысленно, — ну когда же я научусь сначала думать, а потом делать? Когда я научусь вовремя останавливаться и не напиваться до поросячьего визга? Как теперь выкручиваться?»

Не спеша выпив полчашки кофе, мужик заметил:

— Надо же, а ты и с похмелья ничего себе красотка! Ну и как тебе в моем музее?

Илона уставилась в пол и промолчала. В музее? Ох, кажется, она поняла. Похоже, снова ее подвела любовь к красивой жизни. Наверняка этот тип наплел, что у него не дом, а филиал Эрмитажа, а она развесила уши и потащилась за ним в эту пыльную берлогу. На ознакомительную экскурсию. Вот влипла! Впрочем, ей не привыкать.

Незнакомец тем временем насмешливо наблюдал за ней, опершись локтем о подушку. Потом ухмыльнулся:

— Похоже, ты ни хрена не помнишь. Угадал? Илона безразлично пожала плечами. А что она могла ответить?